Чтение онлайн

Главное сейчас — разобраться с местными делами. Город сам себя в новом статусе не утвердит. И шоу с культурными даргами тоже само не запустится.

Плюс местное самоуправление, с которым всё же надо что-то придумать. И масса иных, более мелких вопросов. И всего четыре дня. Даже три, если подумать. Маловато. Хотя это отнюдь не значит, что я не справлюсь.

Первым делом я озаботился местным самоуправлением. Конечно, если созданную мной конструкцию можно было так назвать.

Зал собраний на втором ярусе уцелел почти полностью. Длинный стол из тёмного камня, кресла с резными спинками, светильники на стенах. Кто-то даже прибраться успел — ни пыли, ни обломков.

Одиннадцать местных с пафосными мордами расселись вдоль стола. Мастера, рабочие, пара инженеров. Те, кто пользовался авторитетом среди местных.

У стены толпилась ещё десятка три цвергов. Наблюдатели. Представители общины, которых позвали для легитимизации. Среди них и Кьярра — скрестив руки на груди, хмуро разглядывала собравшихся. В совет входить отказалась заранее. Но посмотреть пришла. Вообще, последнее время цверга меня как будто игнорировала.

Гоша устроился справа от меня. Сорк — расположился чуть дальше. Гамлет занял место слева. Волосы кобольда светились мягким оранжевым.

— Главная новость дня, — я обвёл взглядом присутствующих. — Мы создаём Технический совет. Совещательный и одновременно исполнительный орган при мне. Занимается инфраструктурой, ресурсами, текущими вопросами.

— И какие у нас полномочия? — тут же подал голос один из цвергов. Невысокий даже по меркам своей расы, с аккуратно заплетённой бородой, в которой виднелись металлические цепочки и внимательным взглядом.

— Те, которые я делегирую, — перевёл я взгляд на него. — Все решения — рекомендательные. По сути своей, советы. Окончательное слово — за мной.

— А если тебя нет на месте, дарг? — не унимался тот.

— Тогда за моим полномочным представителем, — указал я взглядом на Гамлета.

Кобольд, на котором тут же скрестились взгляды цвергов, чуть склонил голову.

— Состав совета определяю я, — продолжил я. — Распустить могу в любой момент. Одновременно с членством в совете, каждый из вас курирует одно из направлений работы и командует своей вертикалью. Вопросы?

Оптимизм — это хорошо. Но поверьте мне на слово — если беседуете с цвергами, не предлагайте им задавать вопросы. Они это обожают. Болезненно, чтоб их всех! Я б каждого к психотерапевту засунул.

Мы полчаса обсуждали детали знаков отличия членов совета. И ещё бы пару часов проболтали, если бы я не рявкнул. Только тогда переключились на более практические вещи. Кто за что отвечает, как принимаются решения, какие вопросы требуют первоочерёдного рассмотрения. Цверги оказались въедливыми. Особенно тот, с заплетённой бородой. Звали его Тосип — и он казался куда более энергичным, чем все остальные.

В итоге его я и назначил секретарём совета. До этого момента не представлял, кого выбрать. А тут — быстро определился. Пусть свою энергию в полезное русло направляет.

Пока шло обсуждение, я прокручивал в голове общую картину. Подземный город — хорошо. Ресурсы, укрытие, база. Но удержать его и наладить быт, не так просто.

Ударная рота Гамлета уже здесь. Две трети её бойцов — кобольды. Дисциплинированные и надёжные. Но я не могу оставить их всех. Самого Гамлета тоже бы забрал. Но сейчас и выбора нет — кого тут ещё оставить?

В моё отсутствие именно он становится главным. Полномочное лицо с правом принимать решения. А технический совет ему подчиняется. Просто и понятно.

Приемлемо. Если не случится ничего непредвиденного. Ну а совсем скоро я пришлю сюда рекрутов. Глобальное решение принято — в Ереване начали принимать заявки. Пополним ряды «Щенков Косуль» новыми бойцами. Заодно нарастив численность местного гарнизона.

Виталий, кстати, закончил работу над сводом новых традиций. «Культурные дарги» теперь существовали не только в моей голове. Всё было формализовано. Статус «культурного» присваивается только после признания лидером — то есть мной. Запрет на поединки до смерти. И на убийства вне рамок закона. Никакого насилия по отношению к другим расам.

По сути — кодекс поведения. Изложенный на условной бумаге. Что в этом мире значило уже немало. Шутка ли — после одобрения комиссией, эти правила по сути превратятся во внутреннее законодательство нового народа.

Совещание тянулось ещё минут сорок. Цверги обсуждали приоритеты, спорили о распределении ресурсов, предлагали варианты. Я слушал, вмешиваясь только когда требовалось моё решение. Пусть привыкают разбираться самостоятельно.

Гоша откровенно скучал. Пару раз пытался встрять с комментариями, но быстро затих — обсуждение вентиляционных шахт явно не входило в круг его интересов. Сорк за каким-то хреном строчил в блокноте, делая пометки. Кьярра так и простояла всё время у стены, ни разу не вмешавшись. Хотя остальные наблюдатели регулярно лезли с предложениями.

Спустя пару часов, я понял, что цверги и правда слишком въедливые. Слишком уж долго длилось этот совещание. Пора бы уже и честь знать. Да и жрать хочется так, что я бы от чашки крепкого кофе не отказался.

В общем — мозг переключился на идеи о фразе, которой можно было бы закончить бесконечное обсуждения восстановления электроснабжения, ликвидацию затоплений и ремонт вентиляции. Но ещё до того, как я успел придумать что-то толковое, завибрировал планшет. Сообщение в «Сове» от Фота.

«Шеф, первичный отбор завершили. Осталось восемнадцать кандидатов. Окончательно определяться лично будешь?»

Знакомое помещение на первом ярусе. Столы, кресла, светильники на стенах. И ждущий меня ноутбук на столе.

Гоша развалился справа. Сорк примостился по соседству, зачем-то держа в руках планшет. Остальные интерес проявляли не так откровенно, но пялились вовсю.

— Первый, — вздохнув, клацнул я мышкой по кнопке вызова. — Пусть это будет хотя бы весело.

Гудки. Загрузка. И на экране появилась морда дарга. Молодой, лет двадцать на вид. Бритая голова, шрам на подбородке, взгляд как у быка, которому показали красную тряпку.

— Ты кто? — с ходу рыкнул он. — Чё звонишь? Охренел?

— Тони Белый, — рыкнул я в ответ. — Тот, кто отбирает участников.

— А. Ну давай, — кивнул он. — Отбирай. Чё делать надо? Кого топтать?

Следующие три минуты я пытался понять, есть ли у него хоть что-то в голове кроме желания сломать кому-то рёбра. Выяснилось — почти ничего. Зато энтузиазма хоть отбавляй.