Чтение онлайн

– Мы не знакомы лично, но я о тебе наслышан, Рити, - он сдвинул брови, вспоминая ушедших соратников, и протянул ей руку, - Меня зовут Богдан. До Клима я был предводителем стаи, и теперь... после... вернулся на место вожака.

Верити тоже протянула ему руку, пожала и почувствовала, как сдержано и тактично жмёт он. Она прониклась уважением, осознавая, как нелегко ему это даётся.

– Мне жаль твоего брата...

Девушка отдернула ладонь.

– Не надо о нём, пожалуйста. Насколько много вы обо мне слышали?..
– она невольно огляделась по сторонам, как воровка.

– На этот счет не беспокойся, девочка, я не распространяю сплетни и не особо верю в них...

– Значит, достаточно много, чтобы испортить мне жизнь...
– у неё по спине пробежали мурашки.

– Ничего не бойся. Иди лучше поработай!
– подбодрил Богдан.

– Не горю желанием участвовать в групповухе, особенно в главной роли...

– Взгляни на них...
– он кивнул в сторону рабочих.

Рити оглядела стройку. Все занялись делом, и никто не осмелился даже глаз поднять.

– После нашего рукопожатия никто не решится подойти к тебе.

– Боятся?

– А может быть, и уважают...
– он поспешил скрыться на стройке.

– За что? Вы же не разносите сплетни!
– крикнула девушка, но он только посмеялся.

– Приступай к работе!
– улыбка на грубом лице воина была так непривычна.

– День задался...
– вздохнула Верити, глазами выискивая своих набожных друзей.

Как и раньше в монастыре, так и здесь на стройке, она работала наравне со всеми, но не всем это было по вкусу. К полудню на площадь потянулись женщины и девушки, с корзинками, чтобы накормить своих мужчин, или просто у них было принято кормить 'строителей их общего будущего'. Не всех порадовало присутствие девушки среди крестьянских парней. Верити предпочла укрыться от ревностных взглядов и вернулась к монахам.

– А у нас будет 'обеденный перерыв', или как?
– она подошла с этим вопросом к Бартоломею.

– Конечно! Потерпи немного. Как видишь, здесь мы почти закончили.

– Хорошо.

Рити согласилась с ним. 'Уж лучше я еще поработаю и подожду, пока площадь снова опустеет, чем обедать в таком окружении... кусок в горло не полезет...' Пока они заканчивали, Верити нашел Богдан.

– Идем, найдем тебе более подходящие шмотки, иначе живой ты сегодня не уйдешь.

Девушка пошла было за ним, но остановилась.

– Что это значит?

– Видела, что твориться на улице? Чтобы не попасть на людской суд, тебе надо бы замаскироваться...
– он оглядел её с головы до пят своими выцветшими на солнце голубыми глазами, - Ну или хотя бы одеться не так вызывающе.

– Что может быть вызывающего в этом куске мешковины?!
– возразила Верити, догоняя его.

– Я бы показал тебе, но слишком свежа память о наших общих друзьях... Я уважаю тебя, но другие тебя не знают, и им очень хочется залезть тебе под подол. Я помню, я обещал, что никто тебя не тронет, но напряжение здесь растет, и даже воздух раскалился к полудню. Еще эти бабы...

Рити набрала воздуху, но проглотила возмущение и молча последовала за ним. Узкими улочками они обогнули площадь и спустились в погреб трактира. Богдан пошарил по складу и преподнес девушке кипу тряпок.

– Что это?
– недоверчиво взглянула она на старого волка.

– Тебе понравится. Переодевайся, я жду на улице.

– Эй, а сюда никто не войдет?..
– вскрикнула Рити ему вслед, оглядываясь на дверь, вероятно ведущую в сам трактир, но Богдан ей не ответил.

Девушка переоделась в белую мужскую рубашку и черные облегающие брюки наездницы, высокие сапоги... 'Интересно, он сам выбирал этот костюм? Так значит ЭТО, по его мнению, 'не вызывающе'?!' - улыбнулась Верити. Ей и в самом деле понравилось это перевоплощение. Такая одежда была для неё привычнее.

– Я готова!
– она коснулась его плеча, пытаясь подняться наружу, и волк поддержал её, помогая, и одновременно разглядывая.

– Дьявол... А ведь хотел как лучше...
– озадачено почесал затылок Богдан, скользя взглядом по теперь уже отчетливо очерченным бедрам.

– Подлецу всё к лицу... так у нас говорят...
– беззаботно улыбнулась девушка, - Не стоит за меня так переживать. Я еще помню кое-что из уроков Морлока. 'Под подол' ко мне никто не попадет. Если только под каблук...

Вернувшись к работе, девушка задумалась: 'А что я собственно обижаюсь на этих 'древних людей'? Все ведь правильно. Они мужчины, я женщина... девушка... другого пола, в общем. Просто у них нет таких строгих правил приличия, как у нас, вот они и не лицемерят, не выдумывают, что хотят подружиться...или жениться, а говорят, как есть. Нравится девка - в кусты её! Надо привыкать к местным нравам. Это такие комплименты на самом деле. По-другому они чувства выражать не обучены. Бандерлоги... Да и монахи туда же! Но у них религия. Их за это наказывают. Не потому, что я обижусь от такого 'комплимента', они не говорят, а потому что их выкинут из монастыря с позором и не разрешат больше промывать мозги себе и крестьянам...' Она стукнула себе по пальцу молотком и опомнилась: 'Неужели мне самой больше не о чем думать?! Так не хотелось влезать в политику, хоть немного пожить нормальным, обычным человеком... Но, наверное, это не по мне. Так что же произошло здесь с властью? Не помню почему, но мне кажется, здесь должен случиться переворот. Как же всё-таки жаль, что я не помню многих вещей! Хотя... некоторые и не хочу вспоминать...' На этот раз её мысли прервала канонада. Множество копыт зацокало по каменной мостовой. Верити выбежала на улицу. Около десяти всадников пересекли площадь. Они были одеты одинаково - темно синие куртки со стоячими воротниками, черные брюки, заправленные по современной военной моде в высокие, до колен, ботинки, напомнившие Рити мотоботы. 'Военные на все сто! Но что за войска? Местная 'полиция нравов' наблюдает, как бы мы не построили машину времени? Или миротворцы?..'

– Имперцы...
– негромко прокомментировал кто-то из мужчин, из тех немногих, что тоже любопытно высунули носы.

– Кто такие 'Имперцы'?
– обратилась Верити к нему, но мужчина её нагло проигнорировал, - А так у них проявляется вежливость - молчанием...
– для себя заметила она вслух.

– Имперские войска. Это их патрули, - ответил голос за спиной.

'Знакомый голос...
– девушка оглянулась, - А, Черт! Это тот мажорный господин, что так внезапно умчался в поле, так и не добившись от меня ничего вразумительного и вежливого. Не думала встретить его здесь, среди крестьян, и не думала, что он теперь подойдет ко мне...' Но он подошел, и он ответил на её вопрос, заданный в пустоту.

– Значит, миротворцы?
– недоверчиво поморщилась Рити.

– Совершенно верно. Гляжу, ты быстро освоилась здесь, у нас...
– он снова улыбался, но не так, сдержаннее, не пошло, даже смущенно. Вблизи девушка разглядела в нём что-то восточное. 'Быть может, казахские корни?.. но лишь наполовину. Уж слишком у него широкие глаза, но и волосы сильные и темные, как у восточных мужчин... Теперь они затянуты в хвост, чтобы не мешали работать. Он стал еще привлекательнее...' Верити почувствовала, что чересчур увлеклась. 'Не стоит его так внимательно разглядывать, а то он может возомнить о себе, бог знает что...'

– Освоилась. Спасибо, - поблагодарила она и поспешила вернуться к работе, но спиной чувствовала, как парень провожает её взглядом.

'Итак, что я знаю об Империи?..
– Верити всерьёз решила выяснить, что происходит в городе, - В голове крутится 'имперские наемники', а вовсе не 'имперские войска'... Почему? Мне бы очень помог разговор с Богданом, но его нигде не видно. А разбираются ли монахи в политике своей Империи?..'

Цецилия