Чтение онлайн

– Да что она там забыла?!
– разозлилась Цецилия.

Но времени на это не было. За две минуты по приказу седлали ее коня. Уверенно держась в дамском седле, принцесса рысью поехала к главной площади, где растянули гигантский шатер, чтобы солнечный свет не попал на кожу старших офицеров.

Отец встретил девушку неодобрительным взглядом, когда та подъехала на возвышение. Император восседал на могучем, длинноногом андалузе Вириде. Конь был огромен, и молодая кобыла Цецилии рядом с ним казалась едва ли не пони.

– Почему принцесса позволяет себе опаздывать?..
– негромко спросил Сальватор, не меняя выражения лица, глядя, как ровные ряды дневных защитников империи строем вышагивают под громогласный марш.

– Я... искала везде Марту. Она должна была разбудить меня, но...

– Посмотри на этих волков, - перебил отец, и девушка обратила взор к параду, - Молодые, сильные, напористые. Они сожгли бы тебя взглядами, если б могли повернуть голову...

– К чему ты, отец?..
– сдвинула тонкие брови Цецилия.

– Их преданность... их вера, крепка, покуда инстинкты не возьмут верх над их разумом. Пока я держу над ними жесткий контроль. Лишь над тобой я не могу установить свою доминанту. Надеюсь, я не пожалею об этом...
– со вздохом закончил он.

Принцесса несколько минут молчала, размышляя, а потом ответила вопросом, пытаясь увести отца от темы.

– Ты хочешь сказать, войска империи не преданы тебе сердцем?..

– Преданы, дитя моё... Куда проще с офицерами. Вампиры получше умеют думать, и свою сторону избирают со всей душой.

Девушка проводила взглядом колонну имперских наемников, бесстрастно глядящих перед собой.

Едва закончился парад, военные ровным строем отмаршировали в казарму, здесь же на площади. Начали стекаться богачи, прибывшие сюда со всех концов страны и из-за ее пределов. Цецилия подалась вперед.

– Не думал, что тебе интересны торги трофейным оружием!
– прокричал отец ей вслед.

– Я хочу взглянуть на лошадей, отец!
– с улыбкой отвечала принцесса.

Разоблачение в облаках

Через неделю строительство 'общежития' для крестьян и ремесленников подошло к завершающей стадии, а отношения девушки с местными более или менее наладились. 'Заметили, наверное, что работаю я на совесть, и мне не тяжело...' - возгордилась Рити. И только она об этом подумала, рядом снова появился красавец-сеньор. Он придирчиво оглядел комнату, в которой Верити только что закончила работу, прошел к окну, осторожно, боясь провалиться вниз, на первый этаж, но пол был постелен безупречно.

– Вот это да...
– покачал он головой, - Как тебе удалось? Чем ты занималась там, у себя на родине?

– Люблю физический труд. В особенности - мирный, - девушка почувствовала, что краснеет и тоже подошла к распахнутому окну, чтобы освежиться, - Мы с братом делали всё по дому. Он меня научил и гвозди забивать и много чего еще...

– Поразительно, но всё же... это не правильно.

Верити вскинула на него глаза.

– Ты не должна подвергать свою красоту такому риску. Эти руки созданы для игры на музыкальных инструментах, а не для молотка и зубила, - пояснил он, - А эти плечи... они созданы для поцелуев, для восхищения и зависти других... Не для досок и тяжестей...

– Никогда не была неженкой и не собираюсь ей быть, - Рити опустила глаза, чтобы не пугать его больше своим гневом, и поспешила к двери, потому как разговор перестал её радовать, - Не могу сказать, что я намного сильнее обычных девушек... Но те события, которые мне довелось пережить, закалили меня. Молоток не тяжелее пистолета, малярная кисть не сложнее ножа...

Верити поспешила уйти, чтобы он не успел ничего ответить, или извиниться за неуважение и навязчивые комплементы. Она была разочарована в нем. 'Красавчику нужна модница-фифа, которая сидела бы дома, в его усадьбе, и ждала бы его, как собачка... Он будет ей восхищаться, друзья будут ему завидовать... Вот и всё, что ему нужно от женщины... Брр...' - девушка поёжилась и даже всхлипнула. Он так ей нравился, но лучше бы он молчал, и был бы просто красивой картинкой.

По случаю окончания строительства горожане готовили большой праздник... до самого утра. Здесь, в центре города, при большом количестве огней, при патрулях имперских всадников, они могли не бояться ночи. А пока было только утро. Для Верити оно было десятым и последним на этой стройке. Рабочие вели внутреннюю отделку комнат, торопясь к торжественному открытию, а на площади женщины готовили столы, украшали дома цветами... Верити из окна наблюдала за этой красотой, пока красила раму. Краски и лаки, как оказалось, были вполне доступны, просто монахи почему-то ими не пользовались при строительстве своего 'шалаша'. В окно девушка поглядывала украдкой, ведь все так торопились, а она зевала. И вдруг Рити почувствовала на себе чей-то взгляд. Думала, что замечания не избежать, повернулась... Оказалось, это тот восточно-европейский симпатичный тип. Он тоже отлынивал от работы, но вместо праздничной площади он разглядывал Рити. 'Кто бы мне сказал, что мы всё это время работаем в одном помещении...' - стиснула зубы она. И, хотя он был довольно далеко, взгляд его был слишком навязчив. Девушка уже почти разозлилась, но между ними вклинился другой тип. Его Верити не переваривала еще больше. Именно он в первый день стройки наговорил ей самых мерзких комплиментов, и не упускал ни одной свободной минуты, чтобы о ней посплетничать. Это даже сплетнями нельзя было назвать! Он просто высказывал все свои нескромные фантазии и предположения на её счет. Этот мерзкий червь принялся красить окно, а поскольку делал он все всегда неуклюже, то умудрился поставить бадью с краской на край подоконника. Верити замерла, наблюдая за ним, про себя шепча что-то недоброе. Верзила уронил кисточку, нагнулся, и на обратном пути задел бадью с краской, чем привел Рити в восторг. Громко браня весь белый свет, девушку, красавчика-сеньора и еще кого-то на улице, он пятился назад, от окна, размазывая белую жижу по лицу и рубашке. Верити залилась звонким смехом, как и все вокруг, и те, кому посчастливилось наблюдать эту сцену с улицы. Бедолага помчался наружу, к резервуарам с водой, где поили лошадей. Рити непроизвольно взглянула на сеньора и хотела перестать улыбаться, но не получилось. Уж слишком заразительно он хохотал. Его глаза так и засияли, встретившись с её взглядом. Через минуту тупого молчания он кивнул Верити в сторону улицы. Она выглянула в окно. Теперь смеялась вся площадь. Распугав коней, окрашенный верзила нырнул в канавку, где пили строгие имперские лошадки, но это его не спасло. Волосы и борода остались белыми.

– Он стал похож на Санту!
– хохотала Верити, сгибаясь от колик в животе.

'А! Надо перевести дух, а не то я задохнусь. Надо успокоиться...' - она стала дышать ровнее, прикрывая рот ладонями, чтобы снова не загнуться от смеха, выпрямилась и... почувствовала, как на плечи плавно ложатся его руки, почувствовала спиной его тепло. 'О, Господи... Черт... Убрать?.. Повернуться? Что мне делать? Черт...
– Рити подавилась воздухом и затаила дыхание, - Надо подождать. Просто посмотрю, что он будет делать. На что он решиться? Он ведь не слишком смелый, ведь так?..'

– Не думал, что обижу тебя своими словами. Я хотел извиниться, но ты так быстро сбежала...
– его голос зазвучал так нежно, тихо и совсем близко... Верити ощущала каждое слово кожей, отчего по спине забегали мурашки. Его руки не дрожали, но и не торопились продвигаться дальше. Они уверенно держали её плечи. Большими пальцами он гладил рубашку на спине Рити.

– Я не сбегала...
– почти шепотом отвечала ему девушка, едва сдерживаясь, чтобы не закрыть глаза, - Я не от кого не бегу. Я просто ушла. Мне надо было уйти. И... меня не так просто обидеть, как тебе кажется.

– Гордая... неприступная леди...
– он коснулся губами медных волос и стал шептать в них, - Узнаю ли я когда-нибудь Ваше имя?

Верити продолжала оценивать ситуацию, хотя этот 'анализ' давался ей теперь с большим трудом. 'Он на ходу продумывает свои движения. Никакого конкретного плана у него нет... Значит, можно выбраться, успеть, пока он не...' - она осторожно выскользнула из его рук и повернулась лицом, отступив на 'безопасную дистанцию'.

– Верити Сент. Друзья зовут меня Вернитта.