Чтение онлайн

Мой конь нетерпеливо гарцует, подгоняет лошадь бодрым ржанием. Та косится на него, фыркает и продолжает тянуть телегу. Ветер дует с севера, гонит вдоль дороги мелкую пыль, швыряет под копыта и колёса.

Городские ворота распахнуты, но стража останавливает путников и проводит досмотр телег.

— Кого-то ищут? — Спросил я, кивая на торговцев впереди.

Их ссадили с повозок, и группа стражников перебирает товары. Торговцы причитают, самый толстый тычет листком жёлтой бумаги в лицо начальнику караула. Тот закатывает глаза и качает головой.

— Да кто ж его знает. — Ответил Элиас, пожимая плечами. — Может, местный король принял очередной закон о запрете… ну, допустим, капусты. А может, что-то облагается дополнительным налогом.

У меня на глазах двое путников протянули стражам крупные, плоские камни. Те осмотрели и довольно кивнув махнули на проход в город.

— А это ещё зачем?

— Ну, надо же дороги чинить?

— Камнями?

— Ага, жидкий камень канул в вечность вместе с империей. Если помнишь, как его делать, то станешь королём и без геройств.

— Никогда не интересовался. — Буркнул я. — У меня были другие дела.

— Да, я помню, но… такие мелочи важнее умения махать мечом, как оказалось.

Стража остановила нас, двое полезли в телегу с самым скучающим видом. Начали перебирать скромные пожитки, не обращая внимания на Ваюну. Начальник караула с ленцой оглядел меня и буднично пробубнил:

— Имя?

— Элдриан.

— Эл… дриан? — С запинкой повторил стражник, и в меня впились десятки взглядов. — Тот самый?

— Смотря в каком смысле.

— Ну, про которого барды заливаются которую неделю? Что вырезал вампиров и очистил левый рукав тракта от разбойников?

— Да, он самый, правда, песен я не слышал.

— И не слушайте, господин, дрянные они, а вот геройство, геройство в почёте. Проезжайте.

Стражник указал на ворота и поклонился. Последнее привело его в секундное замешательство, а улыбка стала натянутой. Когда мы проехали, он ещё долго смотрел вслед, задумчиво двигая бровями.

— Однако, приятно, когда узнают. — Ухмыльнулся я, направляя коня к главной улице в поисках приличной таверны.

По крайней мере, чтобы с вывеской, а не клоком сена на вилах. Элиас покосился на меня и вздохнул.

— Вот, кстати, про это, ты можешь держаться проще?

— В каком смысле? Ты меня и так разодел как нищего!

— А ты не замечал, что люд перед тобой лебезит, даже не понимая этого?

— Ну… так и должно быть. Даже больше, они на колени падать должны.

— Просто перестань вести себя, как принц, позу поменяй, плечи опусти. Ну и…

— Что «и»?

— Не смотри на всех, как на тараканов.

— Ничего не обещаю.

***

Город напоминает огромный муравейник, где улицы перетекают в мосты, а те в перемычки между домами. Улицы змеятся, сплетаются в узлы, но одна, самая широкая, тянется прямая как копьё. От главных ворот до замка короля, на мой скромный взгляд, мало отличающийся от курятника. Тонкие башни, декоративная крепостная стена и расположение на острове в центре.

— Странно, что Сквандьяр не поселился там. — Заметил я, кивая на опущенный мост, ведущий к воротам.

— Боров расценил ситуацию, — ответил полуэльф, холодно осматривая улицу и многочисленные магазинчики. — Бытье короля в пограничье довольно скоротечно, а если будет копить много сил, то…

— То Геор разозлится. — Закончил я.

— В точку. Власть такое дело, делиться никто не любит. А пока эти земли покрыты грибными королевствами, их правители целуют Светоносному сапоги, да облизывают подошвы.

— Грибные? — В разговор вклинилась Ваюна.

Девочка перевесилась через борт телеги и опёрлась локтями о козлы. Смотрит вокруг блестящими, как у кошки, глазами. Особо задерживается взгляд на пекарнях, от которых идут густые ароматы свежей выпечки.

Вокруг нас равнодушная толпа, спешащая сразу во все стороны. По своим мелочным делам, каждый слишком занят рутиной, а взгляды устремлены на землю. Вдруг среди мешанины ног мелькнёт монетка. Попрошайки тянут руки к прохожим, вымаливают еду, изредка к ним летит грязный медяк. Нищие ловят его, как псы сочную кость.

— Грибные, — повторил Элиас, обводя улицу рукой, — ведь повыскакивали, как эти самые грибы после дождя. Да и продолжают. Моргнуть не успеешь, как два новых появляются, а три старых исчезают.

Очередной нищий потянул ко мне тощие руки, скорбно запричитал о страшной судьбе и больных детях. Лицо у него сморщенное, с глубоко запавшими глазами, а когда говорит, показываются почти чёрные зубы. Я вздохнул и… бросил ему золотую монету.

Жёлтый кругляш сверкнул, как маленькое солнце, и плюхнулся в распахнутую ладонь. Движение и вся жизнь застыли. Десятки взглядов притянуло к нему.

— На, выпей за здоровье Элдриана Блистательного. — Достаточно громко сказал я и захохотал, направляя коня дальше.

Надо поспешить, а то ломануться другие нищие. Людям только покажи добро, сразу на шею прыгнуть норовят. Нищий сжал кулак, расплакался, рухнул на колени… а сверху навалился другой, а на него третий. Завязалась драка, скорее похожая на собачью свару. К ней присоединились несколько прохожих, сверкнула сталь.

Первый нищий растянулся на земле в быстрорастущей луже собственной крови. Ладонь разжали жадные пальцы. Монета мелькнула и вновь исчезла в хватке. Снова сверкнула сталь, ещё раз и ещё. Нарастающий гвалт бьёт в спину, заполняет улицу. Ваюна прикрыла рот ладошкой и смотрит на побоище с суеверным ужасом.

— Вот надо было тебе? — Пробурчал Элиас, полуобернувшись и наблюдая, как очередного «счастливца» бьют головой о камни.

— Даже не думал, что такой результат будет. — Пробормотал я, едва сдерживая ухмылку.

Конечно, я не думал, я знал. Маленькое вложение, а молва о моей щедрости побежит впереди меня. Разрастаясь и превращаясь сказку о несметных богатствах и помощи беднякам. Что с того, что ради этого прольётся река жадной крови?

Из ворот замка взметнулись люди в кольчугах и с алебардами. Начали бить дерущихся древками, поднялся ор сильнее прежнего и вся ярость выплеснулась на стражей. Не прошло и минуты, как в ход пошли и лезвия. Золотая монета мелькнула среди мельтешащих ног, упала в лужу крови и застряла меж камней. Секунда и она исчезла, вбитая меж них подошвой. Исчезла под слоем крови и грязи.