Чтение онлайн

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т. п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

К примеру, для восстановления нарушенных земель осуществляется их рекультивация.

Вместе с тем, присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов [56] .

Таким образом, по смыслу положении Гражданского кодекса РФ, Закона об охране окружающей среды, применительно к земельному участку, в пользу гражданина подлежит взысканию ущерб, причиненный земельному участку, как объекту имущественных прав гражданина (убытки, связанные с приведением земельного участка в пригодное для использования по назначению состояние, в том числе работы по техническому и биологическому этапу рекультивации, а также упущенная выгода).

В свою очередь, иски о возмещении вреда почве как объекту окружающеи среды подразумевают защиту неопределенного круга лиц на благоприятную окружающую среду, и, соответственно, взыскание компенсации подлежит зачислению в соответствии со ст. 46 Бюджетного кодекса РФ и разъяснениями постановления Пленума ВС РФ № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» в соответствующие бюджеты по месту нахождения земельного участка. С учетом вышеизложенного, у физических лиц отсутствуют правовые основания для взыскания в их пользу ущерба почвам, как объекту охраны окружающей среды, рассчитанному по Методике исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной Приказом Минприроды России от 8 июля 2010 г. № 238 [57] .

Данный подход подлежит применению также в спорах о возмещении вреда, причиненного иным компонентам окружающей среды.

В процессе оспаривания требований о возмещении вреда окружающей среде защита должна рассматривать возможности опровержения каждого элемент формулы, примененной органом.

Например, при наличии установленных нарушений при расчете вреда, а также ввиду отсутствия учета иных факторов, при оценке вредоносности действий хозяйствующего субъекта по сбросу сточных вод, суд может прийти к выводам об отсутствии оснований считать его виновным в причинении вреда.

Для наглядности рассмотрим Решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 октября 2023 г. по делу № А33-20854/2021 [58] :

Фабула дела: Управление Росприроднадзора обратилось в суд с иском к Обществу о взыскании вреда, причиненного водному объекту, в связи со сбросом сточных вод с фактической концентрацией загрязняющих веществ, превышающей разрешенную массу загрязняющих веществ.

Доводы сторон: Управление – в результате действий ответчика окружающей среде (водному объекту) причинен вред, факт сброса сточных вод с фактической концентрацией загрязняющих веществ, превышающей разрешенную массу, является достаточным для вывода о причинении ответчиком вреда водному объекту.

Общество: Истец не доказал обоснованность исковых требований в связи с допущенными нарушениями при отборе проб, расчете вреда, неучетом иных факторов при оценке действий ответчика по сбросу сточных вод.

Суд отказал в удовлетворении требований о необходимости возмещения вреда, указав в обоснование вынесенного решения на следующие обстоятельства:

1. Один лишь факт превышения допустимых концентрации не означает нарушение НДС:

«В акте проверки установлены превышения концентрации вредных веществ как в сточных водах, так и в исходнои воде при отборе проб. Установленные превышения не влияют на экологическое состояние протока по причине общего многолетнего загрязнения указанного объекта. Превышение допустимых концентрации не означает нарушение НДС, поскольку данные понятия не тождественны и не установлена массы загрязняющих веществ в составе сточных вод в соответствии с их объемом. Управлением подменяется понятие «НДС», рассчитываемых по формуле г/час, г/мес, т/год, понятием «допустимая концентрация загрязняющего вещества», определяемая как г/м3, что не соответствует Методике, № 1118 и содержанию утвержденных НДС».

2. Использование в расчете ущерба значения фоновой концентрации, взятой в точке, использование которой неправомерно для расчета вреда [59] , делает расчет недостоверным:

«В случае отсутствия данных о фоновои концентрации, при проведении КНМ уполномоченные органы вправе использовать результаты отбора проб в контрольных створах, т. е. за фоновую должна применяться концентрация вещества, полученная в точке контроля в месте забора (БНС).

Створ должен располагаться выше выпуска на расстоянии 1 км для больших и средних рек (Письмо Минприроды России № 12–47/2081 от 29.01.2020). При расчете ущерба применена фоновая концентрация на расстоянии 18,5 км выше по течению от места сброса, поэтому такои расчет не является достоверным».

3. Сбросы третьих лиц на участке от фонового створа, взятого для расчета, до места водозабора и сброса Общества оказывают влияние на качество воды водного объекта и должны быть учтены:

«Водопользователи, которые находятся выше по течению на участке от фонового створа, взятого для расчета ущерба, до водозабора и сброса филиала Общества, осуществляют сброс, что не исключает вероятность попадания загрязняющих веществ в реку в результате их хозяйственной деятельности».

Суды апелляционной и кассационной инстанций подтвердили полноту, всесторонность оценки обстоятельств и правомерность выводов суда первой инстанции, решение оставлено без изменений.

Таким образом, применение в расчете размера вреда фоновой концентрации, определенной в ненадлежащем створе, использование для подтверждения наличия вреда недопустимых показателей, а также отсутствие оценки вклада в загрязнение водного объекта сбросами иных, влекут недостоверность расчета размера вреда и ставят под сомнение сам факт его причинения.

С помощью судебной экологической или оценочной экспертизы могут быть установлены обстоятельства, от которых зависит расчет вреда – то есть фактическое значение элементов формулы расчета.

Возможность «расчетных» экспертиз предусмотрена пунктом 17 постановления Пленума ВС РФ № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» и подтверждается судебной практикой [60] .

Если у суда нет сомнений относительно фактических значений элементов формулы, то расчет вреда рассматривается как сугубо правовой вопрос применения Методик и экспертиза (пункт 8 постановления Пленума ВАС РФ от 4 апреля 2014 г. № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» [61] ), не назначается [62] .

Однако возникает вопрос с судебной оценкой контррасчета.

Так, если суд не назначает «расчетную» экспертизу, мотивируя это тем, что расчет – это вопрос права, точно также он не может ожидать контррасчета от ответчика. Нельзя в одном и том же деле отказать в назначении экспертизы со ссылкой на «вопросы права» и мотивировать решение отсутствием «правового» же контррасчета. Судья сам знает право (это римская аксиома).

Таким образом, или экспертиза с контррасчетом – или ничего. К иску прилагается расчет размера вреда, следовательно, надо дать ответчику возможность предоставить контррасчет и провести «расчетную» экспертизу. В данном случае ссылки на пункт 8 постановления Пленума об экспертизе ошибочны.

Важно знать, что суд не может одновременно отказать в назначении судебной экспертизы и в принятии внесудебной экспертизы для ее последующей оценки. На неправомерность такого подхода указал Верховный Суд РФ в Определении от 7 февраля 2019 г. по делу № 309-ЭС18-8960 [63] .

При принятии решения о необходимости направления ходатайства о назначении судебной экспертизы, а также в случае предоставления в качестве доказательства заключений внесудебных экспертиз, важно особое внимание уделять формулировкам вопросов экспертам, поскольку правовые научные заключения не признаются судами доказательствами. Правовая оценка доводов лиц, участвующих в деле, относится к компетенции суда, которая не требует представления дополнительных заключении [64] .