Чтение онлайн

Он наполнил ее бокал.

— А себе не нальешь?

— Нет. Я уже достаточно выпил. Я не пью много.

— Счастливый.

— Ты так думаешь?

— Да. Нет. Не знаю. Нет, я счастливая. Ты знаешь, что ты первый мужчина, с которым я легла в постель?

— Нет.

— Ты мне не веришь?

— Нет.

— Ну, это не правда. Но в какой-то степени — правда. Ты — второй мой мужчина. Первым был мой кузен Никос. Мне было одиннадцать. А ему тогда было, наверное, тридцать два.

— Это ужасно.

— Да. С тех пор я ни разу не была с мужчиной.

— Может быть, я все-таки выпью еще немного.

Через четыре дня они решили пожениться. Они лежали в постели. Мелисса сняла телефонную трубку и отправила телеграмму матери в Париж. Мередит позвонил Мерри в школу, но ее отказались подозвать к телефону, так как она занималась в физкультурном зале. Тогда он оставил письменное сообщение мисс Престон.

Если бы у мисс Престон было чуточку больше сообразительности или ума, если бы она была чуть удачливее, она могла бы понять, что теперь ей представился удобный случай повторить атаку с какао и сочувствием. Но она лишь мимоходом после молитвы упомянула Мерри о звонке отца и поздравила ее. Что касается Мерри, то это было все равно, что поздравить ее с диагнозом «рак». Без тени улыбки она ответила: «Благодарю вас, мисс Престон» — и пошла в столовую.

Мисс Престон была просто поражена. Никогда в жизни ей не встречалась столь холодная, бесчувственная девочка.

Но Мерри едва ли была бесчувственная. Просто она ни за что на свете не хотела, чтобы кто-то хотя бы догадался, в какое смятение привела ее любовь к собственному отцу и как ее поразило в самое сердце известие о его очередной женитьбе. Она не могла даже разделить своего горя с Хелен, чьи мать и отчим, а теперь еще и другой отчим женились и разводились чуть ли не каждую неделю. Вообще-то она не позволяла себе тратить на размышления об этом слишком много времени, по крайней мере, днем, когда под влиянием этих раздумий у нее на лице могло быть написано куда больше, чем следовало прочитать ее соученицам. Нет, она дожидалась ночи, когда выключали свет и, погрузившись в теплый уют и, самое главное, одиночество своей постели, обдумывала план действий.

Завтра была среда, что в Мэзерской школе было почти выходным. Занятия проводились только утром, а после обеда ученицы были полностью свободны. Это было время отдыха, Мерри отправилась в город, пошла в дешевый универмаг, купила губную помаду, тени для глаз и румяна. Этим она нарушила школьные правила: девочкам запрещалось пользоваться косметикой. Еще она купила бутылочку косметического молочка и пачку салфеток, что было вполне легальным поступком.

Со своими покупками она пошла на железнодорожную станцию, где ее никто не мог узнать, и где был женский туалет. Перед зеркалом она накрасила губы, наложила тени на веки и румяна на щеки. Потом выбросила помаду, тени и румяна, но сохранила салфетки и косметическое молочко.

Изменив свою внешность так, что теперь ее невозможно было принять за питомицу Мэзерской школы, она пошла в ближайший винный магазин и спросила маленькую фляжку виски. «Блэк лейбл скотч» — это был единственный известный ей сорт виски.

— Тебе уже есть восемнадцать? — спросил продавец.

— Это самый приятный вопрос из тех, с которыми ко мне сегодня обращались, — ответила она.

— Ну, так что?

— Конечно, есть.

— А водительские права у тебя имеются?

— Да, — сказала она, недолго думая, — они остались в машине. Вон моя машина, на той стороне улицы, — и она махнула рукой в неопределенном направлении.

— Ну, ладно. Все в порядке. Сама понимаешь, я же обязан знать, кто у меня покупает…

— Ну конечно.

Он дал ей фляжечку «Блэк лейбл», и она расплатилась. Потом вернулась на вокзал и в женском туалете с помощью салфеток и косметического молочка смыла макияж. Потом поехала в школу. Бутылочку она спрятала в своей бельевой корзинке в кладовке.

После ужина она вскрыла бутылочку. Хелен занималась в гостиной их двухкомнатного номера. Она уже привыкла, что Мерри рано отправляется в постель и читает перед сном. Так что она не удивилась, что Мерри так рано исчезла в своей спальне. Под подушкой у Мерри лежала книга. А под кроватью у нее была фляжка и пластиковый стаканчик для чистки зубов. Она пила виски прямо так — без содовой, безо льда. Напиток, пробегая вниз по пищеводу, обжигал все внутри, но потом ощущение жжения превратилось в ощущение сияния — и оно не было неприятным. Но теперь надо было напиться допьяна и даже если бы виски был противным на вкус, она все равно продолжала бы пить. Прошло не меньше часа, прежде чем она, наконец, почувствовала, что по-настоящему пьяна. Ее щеки горели, язык отяжелел и не слушался ее. Во всем теле она ощущала какую-то приятную легкость. Неуемную легкость. Ей стало весело. Она не могла совладать с этим весельем.

Она взглянула на часы у себя на письменном столе. Без двадцати пяти десять. Она встала, качнулась, хихикнула и вышла в гостиную.

— Ты здорова? — спросила Хелен.

— Да. А что?

— Не знаю. Вид у тебя какой-то странный.

— У тебя тоже странный.

— Да нет, я не то хотела сказать.

— Знаю, — отвечала Мерри и пошла к двери.

— Ты куда?

— Куда я могу пойти? — спросила Мерри в свою очередь.

Даже теперь она ничего не хотела говорить Хелен. Печально, очень печально, что она не хочет открыться своей ближайшей подруге. Нет, не хочет. И Хелен, подумала она, решит, что она просто пошла в уборную.

Она спустилась на первый этаж и через огромный вестибюль школы прошла к двери мисс Престон. Постучала. Мисс Престон сама открыла ей дверь.

— Что такое, Мередит?

— Я хочу пожаловаться, мисс Престон.

— Да? О чем же ты хочешь пожаловаться?

— Я пила.

— Ты пила?

— Да. Вот это я и хотела вам рассказать, — сказала Мерри, с трудом подавляя приступ смеха.

— Ты хочешь сказать, что — прямо сейчас? Ты пила сейчас?

— Да.

— Где?

— Какая разница? — смех уже почти невозможно было сдержать.

— Я задаю вам вопрос, юная леди! Где?

— У себя в комнате.

— А Хелен?

— Что Хелен?

— Она тоже пила?

— Нет, мисс Престон, — ну и дурацкий же вопрос задала мисс Престон, подумала Мерри. Чтобы Хелен пила! И как же смешно она выглядит, эта строгая мисс Престон, раскачиваясь вперед-назад. А может это она сама качается? Ей стало не по себе. Как-то ужасно не по себе.

— Можно мне сесть, мисс Престон?

— Конечно. А она знала, что ты пьешь, Мередит?

— Нет, мисс Престон.

— Где ты это взяла?

— Виски?

— Я не знаю, что ты там пила. Так где ты это взяла?

— Купила сегодня в городе.

— В каком магазине?

— Я не скажу.

— Это очень неблагоразумно, — пригрозила мисс Престон. Она задумалась и спросила. — А зачем ты пила?

— Потому что мне захотелось.

— Почему? — словно выстрелила мисс Престон.

— Чтобы напиться. Зачем же еще… Не понимаю только, какая вам разница.

— Я не думаю, Мередит, — сказала мисс Престон, — что ты сейчас вообще что-то в состоянии понимать, — она сняла телефонную трубку и, держа ее одной рукой, другой стала перебирать карточки в картотеке на столе. Она нашла карточку Мерри и набрала номер.

— Алло! — сказала она после паузы. — Это мисс Престон из Мэзерской школы. Это мистер Джеггерс?

Наступило молчание. Потом она продолжала:

— Нет, с ней все в порядке. Я хочу сказать, что физически она вполне здорова. Она, однако, нарушила одно из правил поведения в школе… — Пауза. — Да, я не сомневаюсь. И думаю, лучше всего будет, если я поговорю с ее отцом. — Пауза. — Да, именно сейчас, если это возможно.

Она выслушала мистера Джеггерса, потом взяла маленький золотой карандашик и записала на карточке Мерри еще один номер.