Чтение онлайн

– Вернемся в дом, - сказал Ари.
– Има (мама) там одна.

Ари зашагал по направлению к дому. Вдруг он почувствовал на своем плече огромную руку отца. Он обернулся. Отец стоял с опущенной головой.

– Через два дня я уезжаю в Женеву. Никогда я еще не уезжал в таком тяжелом настроении. Вот уже пятнадцать лет, как всегда за нашим столом кого-нибудь нехватает. Я всю жизнь вел себя гордо и упрямо, за что и расплачиваюсь теперь. В последнее время боль стала прямо невыносимой. Ари, сын мой, не допусти, чтобы моего брата Акиву вздернули на английскую виселицу.

Глава 16

Иерусалим кипел вовсю накануне отъезда ЮНСКОП. В арабском секторе демагоги подстрекали толпу к беспорядкам. Город был разбит на отдельные районы, отделенные друг от друга колючей проволокой, вдоль которой за пулеметами залегли английские солдаты.

Ари Бен Канаан шел по городу, переходя из одного сектора в другой и обходя все известные ему места, где мог скрываться Бар Исраэль, связной Маккавеев. Бар Исраэль словно исчез с лица земли. С тех пор как англичане схватили Акиву и Маленького Гиору, связь между Маккавеями и Хаганой оборвалась. У Ари, однако, не было недостатка в других источниках информации, и, в конце концов, ему удалось узнать, что Бар Исраэль проживает в районе Эль-Катамон.

Ари отправился прямо к нему домой и открыл дверь в его комнату, даже не постучав. Бар Исраэль сидел и играл в шахматы.

Он поднял голову, увидел перед собой Ари и снова уставился в доску.

– Уходи отсюда, - скомандовал Ари, тихонько вытолкнул свидетеля и закрыл дверь.
– Не прикидывайся дурачком. Ты очень хорошо знал, что я разыскиваю тебя всюду.

Бар Исраэль пожал плечами и закурил сигарету.

– Как не знать, когда ты разбросал по городу чуть ли не полсотни любовных записок.

– Почему же ты не связался со мной? Я ведь уже сутки в Иерусалиме.

– Не мог же я лишить тебя такого драматического появления. Ладно. Чего тебе от меня надо?

– Проведи меня к Бен Моше.

– Мы с вами больше не играем. И не водим больше командиров Хаганы к нам в штаб.

– Ты разговариваешь сейчас не с командиром Хаганы, а с Ари Бен Канааном, племянником Акивы.

– Ари, лично я доверяю тебе полностью, но приказ есть приказ.

Ари сгреб Бар Исраэля, поднял его со стула, опрокидывая шахматный столик, и потряс маленького восточного еврея, словно это был пустой мешок.

– Ты немедленно поведешь меня к Бен Моше, не то я сверну тебе шею.

Бен Моше сидел за письменным столом в штабе Маккавеев, где-то в Греческом квартале. Сзади стоял Нахум Бен Ами. Оба гневно смотрели на растерявшегося Бар Исраэля и на Ари Бен Канаана.

– Мы все хорошо знаем Ари, - оправдывался Бар Исраэль, - вот я и рискнул.

– Выйди, - прошипел Бен Моше в сторону вспотевшего Бар Исраэля.
– С тобой мы разделаемся потом. А ты, Бен Канаан, раз ты уже здесь, может быть, ты скажешь нам, чего тебе от нас надо?

– Мне надо знать, что вы собираетесь предпринять для спасения Акивы и мальчика.

– Предпринять? Ничего, конечно. Да и что мы можем предпринять?

– Врешь!
– перебил его Ари.

– Впрочем, что бы мы ни предприняли, это не твое собачье дело, - вмешался Нахум.

Ари с такой силой ударил кулаком по столу, что его крышка треснула.

– Это мое дело! Акива доводится мне дядей!

– Хватит с нас сотрудничества с предателями, - сухо отозвался Бен Моше.

Ари нагнулся над столом и его лоб чуть не коснулся лба Бен Моше.

– Я терпеть не могу твою харю, Бен Моше, и твою, Нахум, тоже. Но я не уйду отсюда, пока не узнаю всех ваших планов.

– Ты дождешься пули в лоб.

– Ты там заткнись, Нахум, не то я вмиг сделаю из тебя отбивную.

Бен Моше снял очки, протер их и снова надел.

– Ари, в одном тебе нельзя отказать: у тебя удивительная сила убеждения, сказал он наконец.
– Так вот, мы думаем пробраться в тюрьму и освободить Акиву и Маленького Гиору.

– Я так и знал. А когда?

– Послезавтра.

– Я с вами.

Нахум хотел было что-то возразить, но Бен Моше поднял руку и не дал ему заговорить.

– Ты ручаешься честным словом, что Хагана ничего не знает о том, что ты здесь?

– Ручаюсь.

– Подумаешь, честное слово!
– презрительно бросил Нахум.

– Для меня честного слова человека, носящего фамилию Бен Канаан, достаточно.

– А мне все-таки не нравится все это дело, - упорствовал Нахум.

– Тем хуже для тебя. Ты, конечно, понимаешь, Ари, что мы тут затеяли. Пришлось мобилизовать все наши силы. Ты ведь как-то сидел в Акко... и, значит, знаешь, что это за тюрьма. Если у нас это дело выгорит, англичанам уже не сдобровать.

– В Акко живут сплошь арабы. Тюрьма в этом городе - самая неприступная крепость, которой англичане располагают в Палестине. Покажите мне ваши планы.

Бен Моше достал из ящика стола пачку чертежей. Это были подробнейшие чертежи всего района: генплан города, подступы к тюрьме, подробно разработанные пути отступления. Внутренние чертежи тюрьмы были совершенно точны, насколько мог судить Ари. Их, верно, сделали люди, отбывавшие там срок. Посты, склад оружия, коммуникации - решительно все было отражено.

Ари принялся изучать план операции. Все было расписано с точностью до одной секунды. План предусматривал искусное применение бомб, гранат и мин все это изготавливали сами Маккавеи.

– Ну, что скажешь, Ари?

– Великолепно. Но у меня есть одно замечание. Вы тут до мельчайших подробностей предусмотрели, как пробраться в тюрьму, как выбраться из нее, но вот побег из самого города, - Ари покачав головой, - у вас не получится.

– Конечно, спрятаться в ближайшем кибуце было бы куда удобнее, но на это мы пойти, увы, не можем, - резко сказал Нахум Бен Ами.

– Мы знаем, что шансы на побег из города довольно слабы, - согласился Бен Моше.

– Они не просто слабы, они равны нулю. Я знаю, конечно, что для вас нет больше гордости, как погибнуть в бою. Как раз это и случится, если вы не внесете изменений в план побега.

– Я знаю, что он нам сейчас предложит, - вмешался Нахум.
– Он скажет, чтобы мы привлекли к этому делу Хагану и кибуцы...

– Именно это я и хочу предложить. Если вы на это не пойдете, у вас будет целая куча новых мучеников. Бен Моше, ты храбрый парень, но ты все-таки в своем уме. Если действовать по вашему плану, то шансы на удачу составляют не более двух процентов. Если вы согласитесь, чтобы я разработал более эффективный план побега, шансы на успех станут половина на половину,