Чтение онлайн

— Да, спрашивать, предлагать свои варианты, делиться. Очень важно, чтобы родитель рассказывал про то, какие книжки ему нравятся, какие нравились в детстве и почему: я вот любил вот эту книжку, она про то-то и то-то. Но при этом — вот это, кстати, тоже важный момент — чтобы они не требовали, чтобы ребенку нравились именно те книжки, которые нравились им в детстве. Это вроде бы простая вещь, но тут даже мне сложно: если моим детям не нравится то, что мне в свое время казалось лучшим, я на них обижаюсь. Я говорю: перечитай, ты просто ничего не понял. И это неправильно. Есть такая книжка Даниэля Пеннака «Как роман». В ней десять правил, которыми должны руководствоваться родители, чтобы ребенок не возненавидел чтение: право читать, право читать все, что угодно... Я у него училась, внедряла эти правила. Но как у продавца и книжного консультанта у меня это получается, а со своими детьми все намного сложнее. А еще очень часто родители будто бы выбирают с детьми, но на самом деле ребенок пытается выбрать: «Мам, вот эту хочу», а ему в ответ: «Нет, эту ты не будешь читать...». Одно, на их вкус, оказывается слишком легким, другое — слишком сложным, тут — слишком много картинок, а здесь их слишком мало; в этой книге чересчур много текста, а в этой его мало. Куча аргументов, почему не эту книжку. А будешь читать вот эту, которую я для тебя нашла. То есть даже если прийти в магазин вместе с ребенком, может получиться, что он ни при чем. Но он же должен отвечать за свой выбор и нести за это ответственность!

— Все- таки интересно, как отличить нормальные отношения от манипуляций.

— Я думала про это. Сейчас попробую сформулировать: вы же чувствуете, когда фальшь какая-то происходит?

— А дети чувствуют?

— Конечно, даже еще острее. И в этом смысле неправда, что вся советская детская литература насквозь фальшива. «Тимур и его команда», например, вполне честная книга. Но это действительно сложный вопрос. Когда мы со своими детьми общаемся, как определить, где тут манипуляция, где не манипуляция, если я хочу от них добиться определенного результата? Например, чтобы ребенок спать пошел? Тогда любые слова будут манипуляцией, я же его к этому подвожу. Опять же где грань между манипуляцией и насилием, например? Тоже непонятно. Ведь если человек делает не то, чего хочет сам, а то, чего хотят от него другие, значит, он подвергается насилию.

— Да, но если вы в ходе манипуляции организуете пространство для того, чтобы он сам захотел спать, это все же манипуляция, а не насилие.

— Согласна, но все-таки там тоже тонкая грань. Есть еще честные манипуляции: пойдешь сейчас спать — прочитаю тебе три главы, а пойдешь спать позже — только одну. У нас обычно вот такая торговля начинается. Не знаю, правильно или нет, но такая игра.

Еще обязательно надо сказать о чтении вслух. Это важно, потому что совместное проживание — это процесс. И родитель, и ребенок находятся не только в одном физическом пространстве. Чтение вслух — очень мощный контакт. Больше нет таких моментов — мама вечно чем-то занята, пишет эсэмэски, думает о работе, о чем-то еще, а вот тут они реально вместе. Но потом это заканчивается, ребенок уже начинает читать сам, а ему и говорят: все, научился читать — теперь давай сам. Это в худшем случае, некоторые на ночь еще читают, но в целом перестают. Но читать самому — это уже труд, особенно в самом начале, это уже не удовольствие. Ребенок перестает чувствовать связь между книжкой и удовольствием, во-первых, а во-вторых — теряется контакт. Потом они становятся взрослыми, и родители причитают: где же мой ребеночек, у меня с ним нет контакта. Мне кажется, чтение — одна из возможностей остаться с ребенком в контакте, несмотря на то что он вырос и уже другой. Чтение вслух до подросткового возраста — возможность сохранить этот контакт и общее пространство переживаний. Другого способа я не знаю.

— Даже телевизор вместе смотреть не работает?

— Нет, мы же сейчас телевизор смотрим как... я ставлю перед собой ноутбук — мало ли что, у мужа тоже ноутбук на всякий случай, старшая дочь уже тоже так делает. При этом вроде мы все смотрим фильм. Нет, бывает, конечно, что действительно смотрим и это общий процесс, но все реже. А с чтением так невозможно. Чтение — профилактическое средство от потери общего языка.

Придуманные двадцать лет назад часы Happy Sport de Chopard — один из самых успешных проектов последнего времени. Идея соединить в одной модели стальной корпус и бриллианты, причем способные свободно перемещаться вокруг циферблата, пришла в голову брату и сестре Шойфеле. (Их родители в начале 1960-х приобрели старую швейцарскую часовую мануфактуру Chopard, где Карл-Фридрих сейчас является директором часового подразделения, а Каролина — ювелирного.) Идея оказалась просто блестящей — сочетание швейцарской основательности и игривой легкости в начале 1990-х выглядело очень свежо и современно и имело колоссальный успех.

К 20-летию Happy Sport в Chopard, разумеется, подготовили юбилейную коллекцию, и среди прочего в ней есть эти замечательные строгие черные Happy Sport XL. Они подходят как мужчинам, так и женщинам — на это, в частности, намекает диаметр корпуса, 42 мм, минимально возможный мужской и максимальный — женский. Гильошированный циферблат напоминает ночное море, а плавающие по его окружности бриллианты — отражающиеся в нем звезды. К часам прилагаются два ремешка: белый из крокодиловой кожи и черный из резины (для девочек и мальчиков). Кстати, к юбилею часов Chopard проводит акцию — каждый может составить себе собственные неповторимые Happy Sport, выбрав цвет камней, ремешка и диаметр корпуса.

Немецкая марка Occhio была основана в середине 1990-х годов немецким инженером и дизайнером Акселем Майзе. Идея заключалась в создании удобной и современной системы света, которую можно использовать в частном и публичном пространстве. Майзе придумал и соответствующий девиз: «Light is evolution» — «Свет как эволюция». И надо сказать, вполне преуспел в его воплощении. Лаконичный, функциональный и очень продвинутый немецкий промышленный дизайн, один из лучших в мире, соединен в светильниках Occhio с самыми современными технологиями и всевозможными оптическими эффектами — направленным и сфокусированным светом, цветным свечением и т. д. В основе системы света Occhio лежит простой принцип комбинаторности: разнообразные корпуса в сочетании с плафонами, разными типами настенного и потолочного крепления, а также вставными элементами (линзами, диффузорами, цветными фильтрами) дают множество возможностей — и инженерных, и дизайнерских. В Москве Occhio можно найти в галерее дизайна и интерьера Neuhaus.

Эти сумки бразильянка Паула Кадемартори придумала под влиянием пейзажей Каймановых и Антильских островов. Это красочный и жизнерадостный стиль фешенебельного тропического курорта. У Paula Cademartori все сумки носят женские имена: есть большие — Elizabeth, Faye и Sylvie, есть маленькие — Kate, Tatiana и Anna. Но всех их объединяет дизайн, вот уже несколько сезонов не выходящий из моды: они составлены из ярких цветовых блоков. Кроме того, Паула любит соединять в одной сумке разную кожу — наппу и телячью, замшу и кожу ящерицы. Все сумки, в том числе капсульную коллекцию — объемную Marina и клатчи Olimpia двух размеров, — можно найти в ЦУМе.

Сейчас настоящий бум краудфандинга. И главное место, где все это происходит, — платформа Kickstarter, где каждый, у кого есть стоящая идея, может собрать средства для ее воплощения. Экологически чистый скутер Scrooser — как раз из таких. Он похож одновременно и на велосипед-лоурайдер, и на мотороллер Vespa. Как сейчас принято, он очень минималистичного дизайна, работает на одной батарее, которой хватает на 25 дней. Корпус — из алюминия, и поэтому весит скутер всего 27 кг. Мотор двигателя 1000w спрятан в задних колесах, почти не издает резких звуков и развивает скорость до 25 км/ч. Стоить этот идеальный скутер будущего будет 3950 долларов, и каждый может приблизить момент его появления, зайдя на Kickstarter и внеся свою посильную лепту в реализацию проекта.