Экстренный контакт
Шрифт:
— Я знаю.
— Но ты ведь все равно будешь здесь. В канун Рождества?
— Я буду там, — говорю я с большей уверенностью, чем чувствую. — Клянусь тебе. Пусть это будет не совсем канун, но я буду там.
Я кладу руку на кольцо в сумке. Чтобы сделать предложение.
Почему это слово кажется таким хрупким?
Лоло заправляет волосы за ухо.
— Хорошо. Ладно. Но... как?
Мой взгляд скользит по залу к Кэтрин, которая ходит от пустующей стойки проката автомобилей к следующей стойке проката, роясь там, где ее совершенно не должно быть, словно надеясь найти запасной комплект ключей, который оставили сотрудники.
На мгновение я радуюсь, что мне досталась именно Кэтрин. Она не только быстро соображает в кризисной ситуации, но и откровенно пренебрегает правилами, социальными нормами и всем, что стоит на ее пути.
Если кто и может найти решение, так это она.
Иронично, учитывая, что она же и есть проблема.
— Я работаю над этим, — говорю я Лоло, стараясь не привлекать излишнего внимания к своей попутчице. Вряд ли Ло нуждается в напоминании.
— Так... что случилось? — спрашивает Лоло, и мне кажется, что я слышу недосказанность в конце.
Кэтрин случилась.
— Мы опоздали на поезд, — говорю я вместо этого.
Лоло на долю секунды прищуривает глаза, хотя я не знаю, из-за чего: из-за того, что я употребил слово «мы», или из-за подозрения, что я упускаю важные детали.
Затем черты ее лица разглаживаются, как будто она намеренно решила оставить все как есть, и я пытаюсь вспомнить, что именно это мне в ней и нравится. Я люблю в ней — быстро поправляю я. В отличие от Кэтрин, которой приходится приводить неопровержимые аргументы каждый раз, когда у нее есть свое мнение по поводу чего-либо — а это происходит всегда, — Лоло предпочитает оставить все как есть, если это вызывает трения.
— Ладно, значит, поезда нет. Из Буффало вылетают какие-нибудь самолеты? Учитывая шторм.
— Нам не очень повезло. Но мы рассматриваем возможность взять машину напрокат! — Каким-то образом мне удается сказать это с абсолютным оптимизмом, как будто я не упускаю довольно важную деталь, что прокатных машин нет.
— Машина напрокат? Разве это не займет еще больше времени, чем поезд?
Да.
— У меня не так много вариантов, милая, — мягко говорю я. — Этот шторм внес хаос в и без того напряженное время поездок.
Она слегка смеется и проводит пальцами по своим светлым волосам.
— А ведь «Самолётом, поездом, машиной» был одним из моих любимых фильмов в детстве. Теперь я никогда не буду смотреть его так же, как раньше.
Я смеюсь, потому что до этого момента у меня не было свободной минуты, чтобы подумать о сходстве между моим путешествием и путешествием Стива Мартина. Очевидно, что в этой ситуации я — Нил Пейдж, часть дуэта, которая застряла с нежеланным человеком.
Оглядываюсь на Кэтрин, которая разговаривает с парой двадцати с небольшим лет с огромными рюкзаками. У одного из них татуировка на шее, а на зимней куртке другого — узор в виде паутины. Надеюсь, она не спрашивает у них совета.
Кэтрин смотрит в мою сторону и, точно так же, как в аэропорту, когда я разговаривал с Лоло, нетерпеливо постукивает по часам, словно это я задерживаю нас.
Поразмыслив, я понимаю, что ошибаюсь в сравнении с фильмом, потому что Кэтрин — полная противоположность веселому Джону Кэнди, насколько это вообще возможно.
— Том? — спрашивает Лоло.
Я снова смотрю на экран своего телефона.
Она прикусывает губу.
— Ты ведь будешь здесь, да?
— Я буду там, — говорю я.
— Ты уже говорил это. — Она на мгновение закрывает глаза, а затем открывает их с нежной улыбкой. — Я буду честной. Для меня это странно, и я не против того, чтобы меня немного успокоили.
— Я клянусь, что доберусь...
— Не об этом, — перебивает она. — О... — Она вздыхает. — Ты путешествуешь со своей бывшей женой, Том. Ты можешь просто... ну, знаешь. Сказать, что она вся в бородавках? Напомнить мне обо всех причинах, по которым ты ненавидишь ее до глубины души?
Лоло говорит все это в шутливом тоне, но последний вопрос все равно выбивает из колеи.
Ненавижу Кэтрин?
Разве я когда-нибудь говорил это?
Мой желудок слегка сжимается, когда я понимаю, что, вероятно, говорил. Такие слова говорят новой девушке после того, как сообщают, что однажды уже пытались вступить в брак и потерпели неудачу. Я хотел заверить Лоло, что действительно гожусь для брака и что это Кэтрин невозможна.
Потому что, черт возьми, Кэтрин была невозможна. И сейчас это не изменилось.
Я бросаю взгляд туда, где она стоит, скрестив руки на груди, и смотрит на меня. В ее глазах снова вспыхивает нетерпение: «Ну, давай же!».
И почти улыбаюсь, потому что, если бы я ее ненавидел, никто не смог бы меня обвинить.
— Мы с Кэтрин в разводе, — мягко говорю я Лоло. — Это, очевидно, не изменилось. И поверь мне, весь этот кошмар был болезненным напоминанием обо всех причинах нашего развода. Хорошо?
Лоло колеблется, потом кивает. Успокоенная.
С последним заверением, что я буду там в канун Рождества, я заканчиваю разговор и собираю зарядное устройство Кэтрин, за которым она уже протягивает руку.
— Ты мне должен, — говорит она, запихивая шнур в сумку.
— Это сомнительно, — говорю я, пристально глядя на травму на ее голове, с которой мы начали весь этот путь. — Но, если ты сейчас скажешь, что нашла машину или, еще лучше, рейс, я с радостью пересмотрю это мнение.
— Никакой машины, — говорит она. — Я провела разведку и узнала, что после отмены всех рейсов все машины исчезли в течение получаса, а сотрудники — вскоре после этого.
— А та часть, где я тебе должен?..
Кэтрин поднимает руку и показывает два...
— Билеты на автобус? — недоверчиво говорю я, наклоняясь, чтобы прочитать их.
— Только постарайся вести себя потише, — говорит она, уже катя свой чемодан в направлении выхода. — Не хотелось бы, чтобы твоя болтовня нас задержала. Опять.
Я на мгновение замираю, глядя ей вслед.
Автобус?
— Пойдем. Это будет настоящее приключение, — бросает Кэтрин через плечо.
— Думаю, с меня хватит приключений, — говорю я ей вслед, даже когда начинаю идти за ней.
Я немного удивлен, обнаружив, что на самом деле улыбаюсь. А еще больше удивлен, осознав... что нет никого другого, с кем бы я предпочел отправиться в это приключение.