Чтение онлайн

– Купим!

– Желтая краска с примесью серебра.

– Найдем!

– Пятьдесят компонентов для приготовления эликсира.

– Достанем!

– Артефакт возрастом не менее полутора тысяч лет.

– Ох ты, Вечность... Аэлли, у тебя случайно не завалялось ничего подобного?

– Ну извини, Руэна! Я, конечно, раскокать что-то и могу случайно, но воровать...

– Ясно...

– У меня есть.

А девчонка-то непростая оказалась. Сидела себе над убиенным недоучкой, глазами лиловыми хлопала. А тут так и встрепенулась, вскочила, какую-то побрякушку с шеи тянет. Никак у ней нужный артефахт нашелся? Я даже ближе подошел, посмотреть. Было б на что! Артефахт - он золотой быть должен, ну на худой конец серебряный. И чтоб в каменьях весь, да светом волшебным светился. А тут? Колечко какое-то погнутое на шнурке болтается. Будто его кто взял да сплющил. Из чего сделано - не разберешь, вроде металл. Цвет, правда, бурый какой-то. И это артефахт могучий? Не верится мне что-то.

– Это кольцо Ривайла Зоркого. Ему около трех тысяч лет.

Брюхатая девчонка - Аэлли, или как ее там - так на колечко и вытаращилась.

– Я знаю одного парня, который душу бы продал за такую вещицу. Если бы она у него была, душа... Откуда у тебя артефакт королей прошлого?

– Достался в наследство от матери.

– Повезло тебе с матушкой, прям как мне, - Аэлли оглянулась на ведьму.
– Теперь мне понятно, почему Эла зашибло, а на ней ни царапины. Король Ривайл создавал это кольцо как защиту от им же созданных заклятий атаки. Одним из них Даррэтова братика и накрыло.

Лиловоглазая колечко Руэне протянула, в упор смотрит. Ну, думаю, сейчас наша ведьма ей глаза выцарапывать полезет, как давеча. Ан нет.

– Как тебя зовут?

– Авилэйна.

– Спасибо, Авилэйна. Селина, что дальше?

Невеста моя артефахт взяла, рукой махнула - отойдите, мол. Сиятльство скривился, но первым к шкафу шагнул. Я, конечно, за ним - куда лорд, туда и слуга его верный. Аэлли к ведьме на тахту плюхнулась, Вилэйна лиловоглазая рядом встала. Все на Селину глядят, только сиятельство отвернулся. Будто ему вовсе и не интересно.

А Селина давай около мага недоучки ходить. Туда три шага, сюда три шага. Постоит, побормочет, шнурок с артефахтом на пальце покрутит. И опять - туда три, сюда три. А потом нагнулась резко, да со всего размаху убиенному кольцом в лоб как засветит! Ведьма аж с кровати соскочила, а лиловоглазая вроде как охнула. Смотрю, а колдуна-то нашего недоделанного на полу уже и нет! Селина к нам обернулась. Бледная, под глазами круги залегли. Кольцо погнутое у нее на ладони лежит, а по кольцу искры. В воздухе жженым сахаром запахло, один в один как в том городе заколдованном. Или мне опять мерещится?

– Это сохранит его до ритуала.

Ох и невеста у меня - прирожденная магичка! Только я пока не решил, хорошо это или не очень.

Селина к Руэне с Вилэйной подошла. На одну посмотрела, на вторую. Протянула колечко искристое нашей ведьме. Та только головой мотнула, на лиловоглазую показала.

– Она справится лучше.

И только Руэна те слова произнесла, как тут же в лице поменялась. Снова рыжей стала да кареглазой, как на Тарланге. Ведьма, что с нее возьмешь.

Из ненаписанного дневника Руэны Отчаянной

Для начала было решено немного поспать, хотя за окном уже царило утро. Вышла небольшая перебранка из-за кроватей - Торн ни в какую не хотел спать на полу, на нашедшихся в массивном сером шкафу тюфяках. Даже после того, как Арт принес откуда-то из коридора метлу и тщательно смел в угол осколки разбитого стекла, все до единого. И даже после прозрачных намеков на то, что среди претендентов на спальные места имеются дамы. Наверное, не прижилось на Тарланге рыцарство, даже в самых благородных семьях. После непродолжительной дискуссии расположились так: Торн и будущая мама Аэлли - на кроватях, Арт и Селина - на запасных тюфяках на полу. Авилэйна ко всеобщему удивлению отодвинула круглый стол к выбитому окну и свернулась на нем калачиком, сжимая в кулаке заветное погнутое кольцо. Перед этим она догадалась заколдовать само окно - как я поняла, чтобы снаружи оно казалось целым. Молодец, магичка! Только хозяина постоялого двора, причитающего над испорченным имуществом, нам сейчас и не хватало.

Мне достался единственный в комнате пуфик, но я не расстроилась. Спать и видеть вещие сны, слава Вечности, больше не тянуло. Я снова была Оберегающей - возможно, не в лучшей форме и с ограниченными возможностями, но все же. По крайней мере, с сумасшедшей истеричкой покончено раз и навсегда.

Я забралась на пуфик с ногами, прислушиваясь к сонному сопению (а в случае Арта и Торна - разноголосому храпу) своих спутников. Я снова был посланницей Судьбоплетов, чутко стерегущей покой подопечного и его товарищей.

С чего вдруг такая перемена, спросите вы? Наверное, нужно сказать спасибо все той же Авилэйне. Да-да, той самой магичке, которую я едва не убила голыми руками в порыве ревности и безумия. Той самой, что даже во сне сохраняла напряженное и замкнутое выражение на лице. Просто я посмотрела на нее и вдруг поняла одну очевидную вещь. Если нам удастся отвоевать Эла у жадной Вечности, кто останется рядом с ним? Кто будет его спутницей и разделит его горе и радость, кто увидит, как заносчивый мальчишка исполнит свою заветную мечту и станет главой Совета Магов? Точно не я. Меня отзовут обратно по окончании миссии, и я предстану перед Советом Судьбоплетов с повинно опущенной головой. Мне нечем будет гордиться, но по крайней мере я знаю теперь, что такое любовь. И так ли важно, что мне вряд ли суждено испытать ее еще раз? На то я и Оберегающая, чтобы беречь других. Их мечты, их чувства. Что стало бы с Элом, полюби он меня всерьез и доведись ему увидеть, как избранница навсегда покидает знакомый Мир без надежды на возврат? Как она уходит навстречу заслуженному покою или очередным заданиям, не в силах остаться?

И что сказали бы Судьбоплеты Руэне Отчаянной, умоляющей отпустить ее в родной Мир, дожить прерванную когда-то жизнь?

...Первой проснулась Аэлли. Села на кровати, приглаживая взъерошенные волосы и озадаченно оглядывая комнату. На лице девушки явственно читался вопрос: "Всемогущая Вечность, где я?!"

– С добрым утром, - шепотом приветствовала ее я. Мой пуфик стоял как раз у изголовья кровати Аэлли.

– А, Руэна! Привет!
– будущая мать величайшего из магов не умела говорить тихо. Торн заворочался в своей кровати, и я зашикала на Аэлли.

– Кстати, пока все спят, - продолжила та громким шепотом, - расскажи-ка мне - ты вот так запросто внешность часто меняешь, или не очень? Что-то мне прежде не доводилось встречать людей с подобным даром...

– А я не человек, - чистосердечное признание вырвалось как-то само собой. Окажись на месте Аэлли кто-то другой, можно было бы ожидать что угодно - от бормотания "Чур меня, чур!" до визга с последующим прыжком в окно, как раз предусмотрительно выбитое. Девушка же просто смерила меня оценивающим взглядом, сразу поверив, что я не шучу, а просто констатирую факт.

– Эк меня угораздило подружку найти! А кто ж ты тогда?

– Я Оберегающая.

– Что оберегающая?

– Не что, кого. Вон его, - и я ткнула пальцем в Торна. Хорошо, что тот спал и не видел такого оскорбительного жеста в свой адрес. А то опять начались бы гневные вопли в духе "Барон Маррид и его уязвленная дворянская честь".

Пришлось вкратце объяснить Аэлли, кто такие Оберегающие. Потом девушка решительно засобиралась.

– Сгоняю домой, переоденусь, вещи опять же соберу. Если Тэхарчик еще туда не заявился, возьму хотя бы самое необходимое. Вряд ли я вернусь в ту квартиру, сама понимаешь...