Чтение онлайн

Он погрустнел.

– Я совсем забыл тебе сказать. У вас ничего не выйдет.

– То есть как?
– опешил я.
– Так каких Лживчиков ты мне тут снишься и забиваешь мозги всякой чушью?

– Ты не понял, - покачал головой мой кузен.
– У вас ничего не выйдет, если вы не будете знать об одном условии. В той книге, которую читала Селина, о нем ничего не сказано.

– Ну?
– я выжидающе смотрел на Эларэта.

– Чтобы оживить человека, кто-то из проводящих ритуал должен отдать самое дорогое, что у него есть.

– Только не я, - невольно вырвалось у меня.

Эларэт улыбнулся.

– Не обязательно ты. Но просто скажи остальным, что без этого ничего не получится. Ну а там уже сами решите, стоит ли спорить с судьбой или Вечность с ним. То есть, со мной.

– Ладно.

– Тогда я пошел. Еще увидимся.

– Ээээ...

– Да не пугайся ты так, я же не зову тебя с собой. Просто выразил надежду, что ритуал пройдет успешно и мы сможем познакомиться наяву.

– А, ну тогда пока.

За Эларэтом с тихим стуком закрылась дверь, и я проснулся.

Из ненаписанного дневника Селины Тахра

– Самое дорогое, что есть?

Лорд Торн кивнул.

Повисла задумчивая тишина. Леди Руэна едва заметно покачала головой. К ней, как к Оберегающей, это не относилось. Она может принять участие в ритуале, но пожертвовать самым дорогим при всем желании не сможет. В этом Мире больше не было ничего, что ей бы принадлежало.

Леди Аэлли обхватила руками живот и нахмурилась. Между бровей у нее залегла глубокая складка, сразу делая лицо старше и почему-то красивее. Сразу было понятно, что для нее являлось самым дорогим на свете. Как и то, что жертвовать нерожденным Даррэтом ради кого бы то ни было она не собирается.

Мы с Артом посмотрели друг на друга. Я грустно улыбнулась, и мой жених смущенно отразил эту улыбку. Его лицо сделалось по-детски трогательным и беззащитным, подняв во мне волну умиления и нежности. Он был самым дорогим, что у меня было. И по улыбке Арта можно было догадаться, что сейчас он думает о том же самом. Что для него самое дорогое - это я.

Значит...

– Я не вижу, в чем здесь проблема.

Голос Авилэйны был все таким же невыразительным. Но на сей раз я уловила в нем несгибаемую решимость.

– Ты пожертвуешь самым дорогим, что у тебя есть?
– недоверчиво уточнила Руэна.

– Да.

Ни мгновения на раздумья. Быстрый, не признающий сомнений ответ.

– Чем?
– полюбопытствовал лорд Торн.

– Магическим даром.

У меня перехватило дыхание. Расстаться с возможностью одним взглядом менять внешность людей, одним пассом наводить неотличимые от реальности иллюзии, одним голосом избавлять от наваждений... Да что там! Помнить, как легко подчинялись тебе магические потоки - и вдруг остаться ни с чем, не в силах сотворить даже самое крохотное чудо. Навсегда, без права отменить принятое решение. Это... я даже не знаю, с чем сравнить. Для меня, благоговевшей перед магией, нельзя было придумать ничего хуже.

– Но почему?
– вырвалось у меня.

– Потому что я люблю его.

Тогда я поняла. Было что-то, стократ худшее лишения магической Силы. Если бы я потеряла Арта, да неужели бы я не отдала все магические манускрипты, все разученные пассы, все рецепты чудодейственных зелий за возможность снова посмотреть в его глаза, взять за руку и увидеть его улыбку? И какая разница, что Сила ушла бы навек? Ведь у меня осталось бы то, что умеет творить чудеса лучше самой действенной магии - любовь.

– Значит, Сэлташ Марга? Кто-нибудь знает, где это?
– с преувеличенным энтузиазмом прервала неловкое молчание леди Руэна.

– Я знаю, - отозвалась леди Аэлли.
– Когда-то это был величайший из храмов Сэлташа в земле Стиус. Мне матушка как-то устраивала подробную лекцию по местам древней Силы - Сэлташ Марга, усыпальница Забранных Вечностью в Наире, Семицветный Холм к югу от Фрадана... Жаль, побывать там так и не удалось. Теперь, глядишь, наверстаю.

– Ну вот и отлично. Значит, завтракаем - и в путь.

– Бедные кхёу, - Авилэйна улыбнулась. Это было редкое зрелище.
– Уже, наверное, устали бегать туда-сюда одной и той же дорогой.

– Точно, - поддакнул Арт, смущенно кашлянув.

– Если честно, я тоже, - вздохнул его сиятельство.

– Покой нам только снится, - развела руками леди Руэна.

Авилэйна посмотрела в окно, где Желтый Период уступал место Зеленому. В лиловых безднах глаз была решимость пополам с тоской.

Из ненаписанного дневника Артаона Келса

Это магичка верно подметила! Я уже эту дорогу видеть не могу. Сначала мы в Кагарни по ней ехали, пока недоучку нашего невезучего прямо из повозки не сперли. Потом обратно, уже с Авилэйной. Теперь вот опять едем. Сколько ж можно-то уже, пора бы и на Тарланг вернуться. Вот так помотаешься по разным городам да весям и поймешь, что лучше родной земли ничего нет.

И было б за чем хорошим, а то выдумали - из мертвых воскрешать! Совсем страх потеряли, Ношр меня помилуй, из Вековечного Сада человека вызывать! Ох и отомстят нам пресветлые боги, помяните мое слово, чтобы поперек судьбы впредь не перли!

Как они там то место обозвали? Сэлташ Марга? Прям мороз по коже от этих слов, жуткое в них есть что-то. Мне Селина говорила, вроде как тут Сэлташу как богу снов поклоняются. Не лезть бы нам за пазуху к чужим богам, а ну как осерчают! А тут ритуал на месте храма проводить, это ж совсем чужой веры не чтить!

Моя бы воля, ни за что бы в это не ввязался. Но раз сиятельство участвует, то и я с ним, иначе и быть не может. Да и недоучку, если разобраться, жалко все-таки. Молодой еще, не всем успел напакостить, кому мог бы. Пусть бы что ли жил, Лживчики с ним. Хоть я бы ему за сиятельство при случае бока-то намял бы. Ничего, может еще подвернется случай, поглядим. Правда я не злопамятный, но за обиду лорда хоть Лживчикам хвосты пооткручиваю.

Въехали мы в знакомый лесок, да тут брюхатая девчонка поводья перехватила - сворачиваем, мол. Глядь, и правда незаметная дорожка влево отходит.

– Повозка тут не проедет, - это его сиятельство первый заметил.

– Значит, оставим ее здесь, - Авилэйна первой в траву спрыгнула, мешки с компонентами на землю стала сгружать. Не терпится ей, видать, своего ненаглядного оживить.

– А ну как разбойники?
– засомневался я.
– Уведут ведь животинок вместе с имуществом, как обратно вернемся?