Элегии и малые поэмы
Шрифт:
Но устремляется в бой, старые раны забыв.
Спасшийся чудом гребец клянется, что с морем расстался. —
40 Глядь, его лодка плывет там, где он прежде тонул.
Так постоянен и я в пристрастии к делу пустому
И, не желая того, прежним богиням служу.
Что мне делать? Нельзя предаваться медлительной лени:
Праздность нашим умам тленом и смертью грозит.
45 Мне не по вкусу всю ночь проводить в безудержном пьянстве
И не возьму ни за что в руки игральную кость.
Если я сну отдам, сколько нужно для отдыха телу,
Чем я заполнить смогу долгое время без сна?
Предков обычай забыть, стрелять из сарматского лука
50 И научиться тому, в чем здесь искусен любой?
Но недостаток сил не дает мне и этим развлечься:
Дух мой бодрей и сильней, чем ослабевшая плоть.
Сам рассуди, чем себя мне занять? Ведь дело полезней
Дел бесполезных моих вряд ли ты мне назовешь.
55 Но, предаваясь им, я несчастья свои забываю —
Даже такой урожай стоит затраты труда.
Гонит вас жажда похвал; все вниманье вы отдали Музам,
Чтоб знатоков похвалу вашим твореньям снискать.
Мне довольно того, что само собой написалось,
60 Нет причин у меня для кропотливых трудов.
Что за выгода мне оттачивать стих со стараньем?
Разве приходится ждать, чтоб похвалил его гет?
Смело могу сказать, не боясь показаться хвастливым:
Здесь, где волнуется Истр, я даровитее всех.
65 Там, где мне выпало жить, я довольствуюсь тем, что поэтом
Мне оставаться дано в непросвещенной толпе.
Славе моей для чего домогаться далекого Рима?
Римом да будет моим край, где теперь я живу.
Здешних подмостков моей опечаленной музе довольно —
70 Это угодно богам, этого я заслужил.
Я надеждой не льщусь, что книги мои одолеют
Путь, который не прост даже могучим ветрам.
Звезды иные у нас; небеса не такие, как в Риме, —
Смотрит Медведица здесь на неотесанный люд.
75 Верится мне с трудом, что эти земли и воды
Сможет в пути одолеть плод упражнений моих.
Если стихи прочтет, паче чаянья, Рим и похвалит,
Ясно, что эта хвала выгоды не принесет.
Были б на пользу тебе одобрение в жаркой Сиене [600]
80 Или хвала с берегов теплых индийский морей?
Может быть, ввысь воспарить? Пусть все до единой Плеяды
Станут меня восхвалять — что мне хвала эта даст?
Знаю, до вас не дойдут стихов посредственных строчки,
Слава покинула Рим вслед за увенчанным ей.
85 Вместе со славой и я погиб для вас безвозвратно.
600
Сиена — современный Асуан.
Знаю, когда я умру, слова не скажете вы.
Книга третья
I. К жене
Море, чьи воды взмутил гребец Ясонов впервые,
Край, что доступен всегда снегу и диким врагам,
Будет ли время, когда в не столь опасное место,
В ссылку другую от вас сможет уехать Назон?
5 Или меж варваров мне суждено навеки остаться,
Здесь умереть и в тебя, почва понтийская, лечь?
Сказано будь не во зло, — довольно зла доставляет
Дикий сосед, что тебя топчет ретивым конем, —
Сказано будь не во зло, но ты в жестоком изгнанье
10 Самая худшая часть, злейшее бремя в беде.
Здесь не бывает весны, венком цветочным увитой.
Здесь не увидишь в полях голые плечи жнецов.
Осень в этих местах не приносит кистей винограда —
Холод безмерный всегда держится в этой земле.
15 Море оковано льдом, и в глубинах живущая рыба
Часто ходит в воде словно под крышей глухой.
Даже источники здесь дают соленую влагу, —
Сколько ни пей, от нее жажда сильнее томит.
Чахлых деревьев стволы возвышаются в поле открытом
20 Редко, и видом своим морю подобна земля.
Птиц голоса не слышны. Залетев из дальнего леса,
Разве что в море одна пробует горло смочить.
Только печально полынь в степи топорщится голой,
Горькая жатва ее этому месту под стать.
25 Тут же и страх, и враги, городским грозящие стенам,
И от летучей стрелы, ядом пропитанной, смерть.
Эта страна далеко лежит от всякой дороги,
Так что опасен сюда путь по воде и пешком.
Значит, не странно, что я мечтаю с этим покончить,
30 Что беспрестанно прошу ссылки в другую страну.
Более странно, что ты не подавлена этим, супруга,
И что несчастья мои ты переносишь без слез.
«Что же мне делать?» — твердишь. У меня ли спрашивать это —
Тотчас отыщешь ответ, если захочешь сама.
35 Мало просто хотеть — пожелай всем сердцем успеха,
Пусть попеченье о нем сон у тебя отобьет.
Многие, верно, хотят: ведь не так уж меня ненавидят,