Елена Прекрасная и Белый Волк
Шрифт:
– Твоя сказка с каждой строкой становится всё интереснее, – отстранённо заметил Рагни.
– Я… не обидела тебя? – виновато пряча глаза, осторожно уточнила Лена.
– Нет, что ты! Мне лестно быть частью твоей истории…
Он тепло улыбнулся – Лена уловила это в его голосе и мгновенно успокоилась.
Что ж… скорее завтракать, а потом писать, писать, писать…
Нужно срочно сохранить на бумаге всё, что пришло ей в голову, благодаря таким нужным подсказкам Рагни.
***
36 Тайная комната
Очередной день в замке пролетел незаметно. Большую его часть Лена провела в библиотеке. Сначала строчила продолжение своей истории – разговор с Рагни так её вдохновил, что она не могла остановиться, пока не записала всё, что придумала.
Потом нашла интересную книгу, что-то среднее между приключенческим романом и легендой, и увлечённо читала пару часов подряд.
Всё это помогло отвлечься от утренних событий, и Лена почти не вспомнила о том, что обнаружила на так называемом чердаке.
Голодный желудок напомнил, что пора бы уже подкрепиться, и Лена отправилась на кухню. Немного помогла Магри, которая как раз была занята тем, что лепила пирожки.
Ужин прошёл в уже привычной обстановке – непринуждённо, уютно, весело…
И, как всегда, без Рагни.
Послушать, что в итоге получилось у Лены из их общих фантазий, управляющий тоже не пришёл.
Это её, конечно, огорчало. Вроде бы и понимала, что для грусти и обиды нет повода, и уверена была, что завтра он непременно сам придёт в библиотеку и попросит рукопись, но на душе всё равно было как-то сумрачно и стыло.
Зато все остальные снова слушали, затаив дыхание.
Правда, сегодня Лена не позволила себе увлечься настолько, чтобы потерять связь с реальностью. Как только за окном стало темнеть, она, к всеобщему огорчению, прервала чтение, пообещав продолжить завтра.
Не дожидаясь, пока в зале с витражом появится сам Хозяин Замка и, как обычно, начнёт унижать её и говорить гадости, Лена поспешно сбежала в свою комнату.
Так будет лучше…
Да, податься ей отсюда некуда. Это Лена была готова признать. Увы, но она действительно зависит от этого вспыльчивого и грубого мужчины. Но, возможно, у неё всё-таки получится ужиться с ним под одной крышей. Просто нужно реже попадаться ему на глаза. И свести к минимуму все разговоры.
Вот именно это Лена и намерена была сегодня сделать.
Ушла к себе, заперла комнату изнутри и затаилась.
Вскоре пожалела о том, что не прихватила из библиотеки книгу. Всё-таки время ещё было не такое уж позднее – просто зимой рано темнело, спать не хотелось, а просто лежать и смотреть в потолок или на огонь было скучно.
В голову от безделья лезли мысли, которым там явно было не место.
Лена ведь нарочно сбежала от Хозяина подальше, но создавалось впечатление, что он всё-таки последовал за ней и в её комнату. Она вспоминала об этом грубияне каждую минуту.
Прислушивалась к тишине замка, гадая, пришёл ли он уже или ещё нет. С замиранием сердца ждала его появления.
Интересно, спросит ли Хозяин у Магри про Лену? И что он подумает, когда поймёт, что гостья попросту сбежала от него в свою собственную крепость, то есть, спальню?
А если он снова пошлёт за ней кухарку? Нужно придумать какой-то повод, чтобы не ходить…
А вдруг он тогда сам сюда явится?
«Слишком много мыслей о том, кто этого точно не стоит!» – ругала себя Лена, но ничего не могла с собой поделать.
Потом память подбросила Лене то, что она гнала от себя весь день – незабываемое полотно, которое обнаружилось под самой крышей замка. И снова от всех этих загадок и противоречий стало не по себе.
Там, на портрете, Хозяин был иным. Он смотрел на свою женщину с такой нежностью и восхищением, смотрел… с любовью.
И это было так странно!
А, впрочем…
Лене, конечно, очень хотелось бы в сердцах бросить, что этот бессердечный хам вовсе не способен чувствовать. Но… она ещё помнила, как бережно он прикасался к ней самой, а тот пронзительный взгляд на лестнице ей, наверное, не забыть вовек.
Нет уж, сердце у Хозяина было, и в сердце этого мужчины бушевали такие эмоции, что они способны были выжечь душу напалмом. Вот только разгадать эти чувства Лена не могла, а потому они с каждым днём пугали её всё больше.
Может, она всё-таки зря сбежала от него сегодня… Может, стоило дать ему ещё один шанс…
Ну, не может ведь тот, что однажды любил так преданно, нежно и светло, быть законченным гадом и бездушным чудовищем!
Кажется, где-то на этой мысли Лена почти решилась всё-таки спуститься вниз. Но в это же самое мгновение её наконец сморил сон.
***
Ей снова снился тот портрет, и сумрачный чердак…
Кто-то был с ней рядом, но в полутьме Лена не видела лица. А, может, всему виной были шутки сновидения – она никак не могла рассмотреть того, кто обнимал её, и даже голос узнать не получалось.
Всё, что осталось с Леной от этих грёз даже после пробуждения, ощущение нежности, тепла и беспечной радости. Ей были очень приятны эти бережные прикосновения и объятия. Не зная, кто с ней, Лена была уверена в одном – там, во сне, она любила этого человека больше жизни.
Сердце замирало от счастья, когда он обнимал её со спины, прижимая к своей горячей груди, пряча в сильных руках, согревая.
Они стояли у окна, распахнутого настежь. Только, в отличие от реальности, там, во сне, царило лето. Густой аромат роз пьянил голову. Ночь выдалась тёплой, но прохлада лёгкого ветерка вызывала мурашки на коже, и Лене очень нравилось ощущать одновременно с этой свежестью и тепло любимого.
– А вон… смотри, какая яркая! – Лена азартно взмахнула рукой, указывая, на голубовато-серебристый яркий огонёк над лесом. – Моя самая любимая… Или нет… Больше всего я люблю вот это яркое созвездие. Знаешь, как его называют?
– Знаю, – ответил бархатный шёпот у её плеча. – Сердце влюблённых… Ведь по легенде у влюблённых одно сердце на двоих… Думаю, сказки не врут. Моё без тебя точно не бьётся!
Из сладкого сна Лену вырвал стук в дверь. Не громкий, но такой настойчивый, что пришлось подняться.
Лена накинула шелковистый голубой халат, с опаской подошла к двери. Стучать уже перестали.
– Кто там?
В ответ – тишина.
Поразмыслив несколько секунд, Лена всё-таки отодвинула щеколду и приоткрыла дверь…