Чтение онлайн

Подойдя поближе, я приставил клинок к горлу поверженного врага, пытаясь понять, ранен тот или нет. Крови не заметил, хотя попробуй туи разгляди в темноте. Подбежал Игнат, светя нагрудным фонариком, и сразу стало видно, что незнакомый эльф видимых повреждений не имел.

— Спроси, кто он такой, — потребовался я.

Игнат грозно проговорил что-то по-эльфийски, противник ответил. В его фразе пару раз промелькнуло слово «ари». Похоже, передо мной был повстанец. Игнат подтвердил мою догадку:

— Он назвал себя борцом за свободу — ари. Повстанец, то есть.

— Что он здесь делал? Спроси.

Игнат исполнил мой приказ. Пленник рассказал, группа повстанцев шла к ближайшей деревне, чтобы попросить продовольствия у крестьян.

— Возьмём его с собой, — сказал я. — На днях поеду в Комарово. Сдам воеводе.

— Ваше благородие, а как вы его удержать собираетесь? Он ведь энергией владеет.

— У тебя есть блокирующий артефакт?

— Откуда у меня такие вещи, ваше благородие? Мне они без надобности.

У меня тоже не было нужных артефактов. Чтобы временно лишить заклинателя силы, требовался чёрный камень — особый искусственный кристалл, который вытягивает ману. Но в городе я не удосужился купить такие, не думал, что пригодятся, да и продаются они не на каждом шагу, искать надо. А тут вот внезапно понадобился.

В ближайшие дни я собирался познакомиться с местным воеводой, и как раз выпал шанс показать себя с выгодной стороны, приведя пленного повстанца. Но без чёрного камня удержать заклинателя — задачка не из простых. Не самому же мне его сторожить.

— Очень жаль. Хочу его к воеводе доставить. Как его теперь в город везти?

— Да лучше уж на месте порешить, — проговорил Игнат. — У него к утру вся мана восстановится. Хотя… есть у меня мысля одна. У Кетаэла, может, сохранился браслет с чёрным камнем. Кажется, был у него такой.

— Отлично! Пошли к нему.

Я осмотрел тела убитых, но не обнаружил ничего интересного. Денег при себе они не имели, а оружие пропало — наверное, их товарищи унесли. Немного патронов нашлось, да и только.

До Свиноедово мы добрались менее чем за час. Пленник передвигался вполне резво и один раз даже чуть не сбежал, но энергетический сгусток пресёк эту попытку ударом в спину. Больше эльф не делал поползновений удрать, да и шёл уже не так бодро — спина болела.

Мы подошли к дому старосты. Управляющий забарабанил в дверь. Кетаэл открыл сам, и они с Игнатом о чём-то долго говорили, то и дело поглядывая на пленника. Староста ушёл, а когда вернулся, в руке его был широкий кожаный браслет с замком и чёрным камнем с внутренней стороны. Мы надели артефакт на запястье повстанца и повели домой.

— Кетал боится, что другие повстанцы захотят отомстить, — передал мне слова старосты Игнат. — Могут и на село напасть, а то и на ваш особняк.

— Во-первых, он — наш заложник, — возразил я. — Они же понимают, что мы его убьём, если появится какая-то угроза. А во-вторых, он здесь долго не задержится. Завтра же отвезу его в город.

— Позвольте поспорить, ваше благородие. Ари настолько фанатичны, что им плевать на жизни друг друга. И даже если вы увезёте его в город, они-то будут думать, что он у нас. А то и вовсе просто захотят отомстить.

— Да? А как они узнают, кто я и откуда? Кому они будут мстить? Тут поблизости несколько помещиков живут.

— Им всё равно. Они считают виновными всех, кто покорился вашему царю. Говорю же, фанатики. Вот поэтому наши крестьяне их и невзлюбили. Поначалу многие поддерживали сопротивление, а теперь — нет, потому что устали от их бесчинств. Лучше уж под чужим царём, зато не грабит никто.

— Правильно рассуждают.

Утром Николай Гориславович ездил в город, а когда вернулся, ему почти сразу позвонили. Он взял трубку телефона, что стоял в кабинете на столе:

— Алло. Николай Яренко слушает.

— Алло, ваше благородие, здравствуйте, это Филипп.

— А, Филя. Ну докладывай, как всё прошло, — проговорил Николай Гориславович с предвкушением приятных новостей.

— У нас проблемы. Эльфы Косого не справились.

— Что значит, не справился? — помещик переменился в лице. Таких новостей он не ожидал. Обычно Эйр Косой делал всё, о чём его просили, не подводил.

— Вчера вечером его отряд шёл на дело и попал в засаду возле Копарана. Отступили с потерями. Половина отряда полегла.

— Засаду? Чью? Кто устроил засаду?

— Косой считает, что это люди воеводы. Говорит, если комаровский воевода вздумал облаву опять устраивать, надо в леса уходить.

— Да что он несёт?! Какой воевода?! — Николай Гориславович разозлился не на шутку. — Я только что с воеводой виделся, ему вообще не до того, чтобы по нашим окраинам бегать. К тому же я заверил его, что тут проблем нет.

— Я лишь передаю слова Косого, ваше благородие. Что он сказал, то и…

— Слушай, Филя, мне плевать, кто это был. Так и скажи Косому. Я плачу ему, а взамен хочу, чтобы он выполнил простое задание. Всего-то поджечь пару грёбаных изб или полей. Это так сложно, мать твою?!

— Я передам ему ваши слова. Скажу, что воевода точно ни при чём.

Николай Гориславович положил трубку, откинулся на спинку кресла и задумался. Кто мог устроить засаду? Воевода — точно нет. Если бы тот организовал облаву, это сразу стало бы известно. Кривоносов? Но откуда у нищего помещика, который приехал три дня назад, столько охраны для подобных операций? Люди боярина Молостова? Они ведь часто за лунным углём ходят. Может, на них шайка Косого и наткнулась? А может, с настоящими повстанцами встретили. И это — худший вариант. Если ублюдки ари опять в окрестных лесах поселились, проблем не избежать.

Неопределённость ещё больше злили Николая Гориславовича. Надо было срочно разобраться с этим проклятым Кривоносовым, а тут какие-то засады…

Пыльная лента дороги тянулась через поля. То тут, то там торчали богатырские деревья и чернели скопления крестьянских домов. Места здесь оказались более густонаселённые, чем на пути от Солнечногорска до Свиноедова. Мой грузовик пыхтя катился в сторону Комарово, где я собирался сдать пленного повстанца и, если получится, встретиться с воеводой. Заодно надо было обмолвиться о том, какой произвол устроил в наших краях Яренко, хотя я прекрасно понимал, что этот подонок, скорее всего, у начальства на хорошем счету. Такие прохиндеи везде пролезут. А кто я? Простой работяга, ставший месяц назад дворянином.