Чтение онлайн

–  Каком?

–  Таком, что всем этим делом управляю я. Вы будете подчиняться моим приказам.

–  Приказам?
– скривил рот Нион.
– Ну, в самом деле!

–  Если хочешь, чтобы было по-иному - воспользуйся собственным именем.

Нион закатил глаза к потолку.

–  А, ладно, если тебе охота поважничать…

–  Называй это как угодно.
– Уголком глаза Гил видел, что Амиант внимательно прислушивается. Теперь губы Амианта изогнулись в легкой улыбке, и он склонился над ширмой.

–  Ты согласен на мои условия? Нион поморщился, затем кивнул.

–  Да, конечно. Главное, не власть или престиж, а хорошая шутка.

–  Вот и отлично. Я не хочу, чтобы в это дело были вовлечены, прямо или косвенно, какие-либо нескопы или преступники. Все должно быть полностью в рамках правил.

–  Нескопы не обязательно безнравственны, - возразил Нион Бохарт.

–  Верно, - произнес нараспев со своего места за верстаком Амиант.

–  Но знакомые тебе нескопы именно такие, - ответил Гил Ниону, посмотрев в сторону отца.
– У меня нет желания находиться в милости у твоих знакомцев.

Нион растянул губы, показав на мгновение острые белые зубы.

–  Ты определенно хочешь, чтобы все делалось по-твоему.

Гил вскинул руки жестом человека, испытывающего искреннее облегчение.

–  Действуйте без меня!

–  Нет-нет, - прервал его Нион Бохарт.
– Действовать без тебя, когда ты придумал весь этот чудесный план? Ерунда!

–  Тогда - никаких нескопов. Никаких заявлений или объяснений, или любой деятельности без моего предварительного одобрения.

–  Ты не можешь быть сразу везде. Несколько секунд Гил сидел, глядя на Ниона Бохарта. И как раз, когда он уже открыл рот, готовясь окончательно и бесповоротно отказаться от этого проекта, Нион пожал плечами.

–  Как скажешь.

Скут Кобол выразил Амианту горячий протест.

–  Идея эта абсолютно нелепая! Юноша, всего лишь подросток, в числе кандидатов в Мэры! Да еще именует себя Эмфирионом! И вы не считаете это антиобщественным поведением?

–  Это нарушает какие-то правила?
– мягко осведомился Амиант.

–  Это чересчур самонадеянное и предосудительное поведение! Вы насмехаетесь над великим постом! Это взбудоражит и собъет с пути многих людей!

–  Если какая-либо деятельность не нарушает правил, то она правильная и приличествующая, - заявил Амиант.
– А если деятельность правильная и приличествующая, то любой получатель может заниматься ею сколько душе угодно.

Лицо Скута Кобола сделалось кирпично-красным от гнева.

–  Неужели вы не понимаете, что создадите мне трудности? Мой начальник спросит меня, почему я не обуздываю подобное шутовство! Отлично! Упрямство - дело обоюдное. Случилось так, что приказ об увеличении вашего ежегодного пособия лежит у меня в офисе и ждет оставленной на мое усмотрение рекомендации. И я должен поставить указание «Не Одобрено» на основании общественной безответственности. Столкновением со мной вы ничего не добьетесь!

Амианта это ничуть не тронуло.

–  Поступайте, как считаете наилучшим. Скут Кобол резко развернулся к Гилу.

–  Каково ваше последнее слово?

Гил, внутренне кипя от негодования, ответил ровным тоном.

–  Правил это не нарушает. Почему мне не следует становиться кандидатом?

Скут Кобол вылетел из мастерской как ошпаренный.

–  Ба!
– пробормотал себе под нос Гил.
– Возможно, Нион и нескопы все-таки правы!

Он подошел к своему верстаку, уселся. Работая, он бросал озадаченные взгляды в сторону Амианта, который сидел, глядя в пространство, иной раз шевеля губами, словно он беззвучно с кем-то разговаривал. Вскоре он подошел к шкафчику и извлек свою папку. Гил беспокойно следил за тем, как Амиант перебирает документы.

Той ночью Амиант работал в мастерской допоздна. Гил метался и ворочался у себя на кушетке, но не спустился узнать, чем же это занимается его отец.

На следующее утро мастерскую пронизывал странноватый кислый запах. Гил не задавал никаких вопросов, а сам Амиант не стал ничего объяснять.

Днем Гил участвовал в Цеховой вылазке на остров Пирит, в двадцати милях от берега моря: горбик скалы с несколькими потрепанными ветром деревьями, павильоном, несколькими коттеджами и рестораном. Гил надеялся, что его причастность к кампании по выборам Мэра - событие относительно малоизвестное и неразрекламированное - может ускользнуть от внимания коллег, но оказалось, что дело обстояло иначе. Весь день к нему относились свысока, говорили ему колкости, тайком изучали, сторонились его. Юноши и девушки задавали ему вопросы о его эксцентричном псевдониме, о его планах в случае, если его выберут. Гил был не в состоянии придумать какой-нибудь толковый ответ. Под конец дня он чувствовал себя униженным и рассерженным. Когда он вернулся домой, то Амианта там не застал. Из мастерской все еще не до конца выветрился кислый запах.

Амиант не возвращался домой допоздна - необычное событие.

На следующий день обнаружилось, что по всем районам Бруэбен, Нобиль, Фульгер, Додрехтен, Катон, Ходж, Виж и далеко в Годеро и Ист-Тауне были вывешены плакаты. Послание гласило:

ПОДДЕРЖИМ ПЕРЕМЕНЫ К ЛУЧШЕМУ. 4 НАШИМ НОВЫМ МЭРОМ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЭМФИРИОН!

Гил с изумлением глядел на плакаты. Они были отпечатаны дупликационным способом.

Один из плакатов висел на стене рядом с их домом. Гил подошел поближе, понюхал чернила и узнал кислый запах, что пронизывал мастерскую.

Гил присел на скамью. Ужасная ситуация! Как мог его отец быть таким безответственным? Что за дух противоречия настолько овладел им?

Он поднялся, медленно прошел через площадь.

Амиант стоял у своего верстака, нанося узор на новую ширму; Крылатое Существо, срывающее плод с Древа Жизни. Панель представляла собой темную, блестящую плиту из пердуры, которую Амиант специально берег именно для этого рисунка.

Гил ненадолго задержался в дверях и постоял, пристально глядя на Амианта. Тот поднял голову и кивнул.

–  Итак, юный политик прибывает домой. Как проходит состязание?

–  Нет никакого состязания, - пробурчал Гил.
– Я сожалею, что вообще согласился на эту глупость.

–  О? Подумай о престиже. Конечно, при условии, что тебя выберут.

–  На это мало шансов. А престиж? Как резчик по дереву я пользуюсь большим престижем.

–  Если тебя выберут как Эмфириона, то ситуация будет иной.

–  Я ничего не понимаю в работе Мэра. Это нелепо.

Амиант пожал плечами и вернулся к узору. На верстак Гила упала тень. Он обернулся. Скут Кобол с двумя типами в сине-коричневых мундирах - агентами.

Скут Кобол перевел взгляд с Гила на Амианта.

–  Сожалею о необходимости данного визита. Однако я могу доказать, что в этой мастерской имел место нарушающий правила процесс, приведший к дуплика-ционному производству нескольких сот плакатов.

Гил бессильно прислонился к верстаку. Скут Кобол и двое агентов шагнули вперед.

–  Либо один, либо оба из вас виноваты, - провозгласил Скут Кобол.
– Приготовьтесь…

Амиант стоял, переводя озадаченный взгляд с одного на другого.