Чтение онлайн

К счастью, время визита истекло. Мистер и миссис Элтон ушли, и Эмма, вздохнув с облегчением, едва за посетителями закрылась дверь, воскликнула:

— Несносная женщина! Совершенно несносная! Куда хуже, чем я предполагала.

«Найтли! Ушам своим не верю! Найтли! — продолжила мысленно бушевать Эмма. — Видит его в первый раз и зовет Найтли! Да еще делает открытие, что он джентльмен! Выскочка! До чего в ней все вульгарно: „мистер Э.“, „caro sposo“, „богатство души“! Эта дерзкая напыщенность, это жеманство низкого пошиба! Она, видите ли, обнаружила, что мистер Найтли — джентльмен! Сомневаюсь, чтобы он мог сделать ей ответный комплимент, признав ее истинной леди. Невероятно! А я еще должна устраивать вместе с ней музыкальный клуб! Как будто мы лучшие подруги! Ей, видите ли, удивительно, что женщина, меня воспитавшая, имеет благородные манеры! Час от часу не легче. Никогда еще я не видела этакой наглости. Даже вообразить себе не могла ничего подобного. Всякое сравнение с этой особой — оскорбление для Харриет. Ах, что бы, интересно знать, сказал Фрэнк Черчилл, будь он здесь? Верно, разозлился бы. Ну вот, опять я думаю о нем! Всегда о нем — первым делом. Всякий раз он неизменно мне вспоминается, и я ничего не могу с собой поделать».

Эти мысли пронеслись в мозгу Эммы так быстро, что, когда ее отец после некоторой суеты, вызванной уходом Элтонов, вновь уселся и приготовился говорить, она уже могла слушать его с достаточным вниманием.

— Ну, моя душенька, — начал не спеша мистер Вудхаус, — мы, конечно, видим ее в первый раз, но покамест она производит впечатление приятнейшей молодой дамы. По-моему, ты очень ей понравилась. Правда, говорит она чересчур быстро. Такая речь несколько режет ухо. Но я, должно быть, слишком придирчив. Не люблю чужих голосов. Никто не умеет разговаривать так, как ты и бедняжка мисс Тейлор. И все же миссис Элтон кажется очень любезной, благовоспитанной молодой дамой. Несомненно, она будет мистеру Элтону хорошей женой. Хотя, по-моему, лучше бы ему вовсе не жениться. Я извинился, как только сумел, за то, что не мог посетить их, дабы лично поздравить со счастливым событием. Дескать, быть может, летом отважусь… Но нет, мне надлежало нанести визит раньше. До чего неучтиво не навестить новобрачных! Однако я так немощен! Кроме того, мне не нравится поворот на Викариеву дорогу.

— Мистеру Элтону это известно. Не сомневайтесь: он охотно принял ваши извинения.

— Да, но дама, новобрачная… Я все же должен был засвидетельствовать ей почтение. Мне очень неловко.

— Но, дорогой papa, вы ведь не самый горячий сторонник супружества. Так зачем же вам непременно идти с поздравлениями к даме, вышедшей замуж? Этим вы только ложно себя зарекомендуете: вдруг кто подумает, будто вы всем советуете жениться, ежели при своем образе жизни не позволили себе пренебречь свадебным визитом.

— Нет, душенька, жениться я никому не советую, но не оказать должного внимания леди, тем более новобрачной, — это все же дурно. По общему признанию, новобрачная вправе ждать от других особенной обходительности. Кто бы ни были ее друзья и соседи, они обязаны всюду оказывать ей предпочтение.

— Что ж, papa, если это не есть поощрение женитьбы, то я, право, не знаю… Не думала я, будто вы считаете необходимым тешить подобным образом тщеславие молодых женщин.

— Ты, душенька, все никак в толк не возьмешь: дело касается в целом учтивости и хорошего воспитания, а одобряю ли я женитьбу — это здесь совсем даже ни при чем.

Мисс Вудхаус умолкла. Папенька не понимал ее, и в нем уже сделалось заметно некоторое беспокойство. Ум Эммы обратился к миссис Элтон, чье оскорбительное поведение еще долго, очень долго занимало ее мысли.

В последующие дни не случилось ничего такого, что побудило бы Эмму переменить дурное мнение о миссис Элтон. Напротив, она только убедилась в верности своих наблюдений. Ежели при второй встрече супруга викария показалась ей напыщенной, самонадеянной, фамильярной, невежественной и неучтивой, то и в дальнейшем эта особа не утратила в ее глазах означенных качеств. Миссис Элтон обладала недурной наружностью и усвоила кое-какие светские привычки, но была настолько глупа, что воображала себя еще и просветительницей, чье появление преобразит жизнь провинциального общества. Собственное девичество виделось ей в таком блеске, какой могла затмить одна лишь теперешняя ее слава.

Не было оснований предполагать, чтобы мистер Элтон воспринимал свою супругу иначе. Викарий был, казалось, не только счастлив, но и горд и вид имел такой, будто без конца сам себя поздравлял с тем, что привез в Хайбери жену, с которой даже мисс Вудхаус не могла сравниться. Местное общество осталось весьма довольно миссис Элтон, ибо состояло из людей, которые, подобно мисс Бейтс, были щедры на похвалу или вовсе не имели привычки смотреть на ближнего критически. Иные же попросту предпочли думать, будто новобрачная в самом деле так умна и мила, как желает казаться. Комплименты в адрес миссис Элтон передавались из уст в уста, не встречая препятствий со стороны мисс Вудхаус, которая охотно повторяла свой первоначальный благосклонный отзыв: «Очень мила и изящно одета».

В одном пасторша даже переменилась в худшую сторону: ее отношение к Эмме сделалось менее приязненным. Обиженная, вероятно, тем, как сдержанно та приняла предложение дружбы, она, в свою очередь, тоже отстранилась и постепенно сделалась гораздо холоднее. Эмма была рада, что избавилась от необходимости часто терпеть общество викариевой жены, но при этом, задетая ее неприязнью, стала думать о ней еще менее лестно, чем прежде. Кроме того, мистер Элтон и его супруга были нелюбезны с мисс Смит: говорили о ней пренебрежительно или с насмешкой. Эмма надеялась, что это быстро излечит Харриет, и все же такое поведение пасторской четы не могло не удручать. Викарий, конечно же, не утаил от жены, что бедняжка мисс Смит была в него влюблена с легкой руки мисс Вудхаус, причем, вероятнее всего, представил эту историю в таком свете, который был наиболее выгоден ему и наименее — Эмме. Она, разумеется, сделалась предметом общей неприязни супругов: когда говорить больше не о чем, всегда приятно перебрать косточки мисс Вудхаус, — однако открыто выказать неуважение ей самой они не смели, предпочитая вымещать дурные чувства на Харриет.

К Джейн Фэрфакс миссис Элтон, напротив, прониклась большою симпатией, причем с самого начала, а не тогда только, когда дружба с одной девицей могла стать следствием вражды с другой. Не ограничиваясь разумной похвалой и естественным выражением восхищения, пасторша стремилась быть для Джейн лучшей подругой и участвовать во всех ее делах, не дожидаясь ни просьб, ни даже позволения. При третьей встрече с Эммой, еще до своего охлаждения к ней, миссис Элтон только и делала, что воспевала хвалу их общей соседке:

— Джейн Фэрфакс совершенно обворожительна! Я прямо-таки покорена ею, мисс Вудхаус. Такая очаровательная, такая интересная барышня! Такие мягкие изящные манеры! А сколькими талантами она наделена! Уверяю вас, способности у нее в самом деле необыкновенные. Я достаточно разбираюсь в музыке, чтобы об этом судить. Ах, до чего же она мила! Вы можете смеяться над моим пылом, но я и вправду говорю все о ней да о ней. Следует ли, однако, удивляться? Ведь ее положение не может не пробуждать сочувствия! Мисс Вудхаус, мы обязаны приложить усилия и чем-то помочь мисс Фэрфакс, обязаны сделать ее предметом всеобщего внимания. Такой талант не должен пропадать в безвестности.

Как часто лилия цветет уединенно, в пустынном воздухе теряя запах свой [14] .

Вам, верно, знакомы эти дивные строки. Нельзя допустить, чтобы они были верны в отношении нашей дорогой мисс Фэрфакс.

— Не думаю, чтобы этого следовало опасаться, — спокойно возразила Эмма. — Когда вы лучше узнаете мисс Фэрфакс и вам станет известно, как она жила в доме полковника и миссис Кэмпбелл, то едва ли сможете думать, будто ее таланты никому не известны.

— Ах, моя дорогая мисс Вудхаус, то было раньше; теперь же она в тени, в совершенном забвении. Какими бы преимуществами ни пользовалась она у Кэмпбеллов, все это, очевидно, осталось для нее позади. Она, полагаю, чувствует невозвратную перемену своего положения. Бесспорно, чувствует — недаром она так робка и молчалива. Сейчас видно, что некому ее ободрить. Этим бедняжка нравится мне еще больше. Признаюсь, я вообще склонна симпатизировать робости, однако в наше время нечасто встречаешь в людях это свойство. В нижестоящих оно чрезвычайно привлекательно. О, поверьте мне: Джейн Фэрфакс — восхитительное существо, и я не могу выразить, как сильно расположена к ней.

— Ваше сочувствие мисс Фэрфакс не вызывает сомнений, однако я не знаю, чем вы предполагаете ей помочь, если даже другие, более давние ее друзья и соседи могут только…

— Дорогая моя мисс Вудхаус! Тем, кто отважится действовать, подвластно многое. Мы с вами не должны бояться. Стоит нам подать пример, и многие ему последуют, насколько сумеют, — не у всех людей возможности одинаковы. У вас и у меня есть экипажи, которые могли бы доставлять Джейн Фэрфакс к нам, а затем отвозить домой. Мы живем на такую ногу, что присутствие гостьи за столом никогда не стеснит. Я была бы очень расстроена, ежели бы Райт подала нам ужин, которым нельзя угостить нескольких друзей. Однако я мало в этом разбираюсь, поскольку совсем не приучена к ведению домашнего хозяйства и, в силу прежних своих привычек, быть может, слишком расточительна. Пожалуй, я более, чем следовало бы, подражаю «Кленовой роще», хотя мы с мужем, конечно, признаем, что наши доходы не идут ни в какое сравнение с доходами моего брата, мистера Саклинга. Как бы то ни было, я твердо намерена оказать внимание Джейн Фэрфакс. Я часто буду принимать ее у себя и введу во все другие дома, в какие сама вхожа. Я стану устраивать музыкальные вечера, где она сможет показать свой талант, и постараюсь не упустить благоприятного случая. Знакомства у меня до того обширные, что в скором времени непременно отыщется для нее подходящее место. Разумеется, я наилучшим образом рекомендую Джейн Фэрфакс братцу и сестрице, когда они приедут. Это полностью развеет ее страх, ибо их манеры во всех отношениях очень приятны. Я часто буду приглашать Джейн к себе, пока братец и сестрица у меня гостят, а во время некоторых наших прогулок для нее, я полагаю, даже найдется место в ландо.