Чтение онлайн

КЛЕЙСТЕР – жидкий клей домашнего приготовления из муки, заваренной в горячей воде. Широко применялся в домашнем быту, в т.ч. для оклейки окон. В блокадном Ленинграде клейстер с оборванной с окон бумаги вываривался для использования в пищу.

КЛЕШИ – в разговорной речи – мужские брюки, сильно расширявшиеся книзу (до 40 см). Чрезвычайно широко были распространены у матросов, начиная с Гражданской войны и примерно до сер. 1950-х гг., а также у приблатненной молодежи. В обычные стандартные брюки фабричного производства внизу вставлялись клинья. Военные патрули, в обязанность которых входил и надзор за соблюдением формы военнослужащими, задерживая нарушителей, резали клеши бритвами.

КЛЕШНИК – прозвище любителей клешей, преимущ. в период Гражданской войны и после нее. Обычно клешниками именовали анархически настроенных революционных матросов с уголовными наклонностями. Для клешников, или «жоржиков», были также характерны чрезмерно длинные ленточки на ухарски сдвинутой бескозырке, очень большой вырез блузы-матроски на груди, обилие татуировок.

КЛИНОК – в СССР обыденное название шашки, рубяще-колющего оружия кавалерии и офицеров некоторых видов родов войск.

КЛИФТ – на блатном жаргоне 1920–30-х гг. – верхняя одежда, чаще пиджак, пальто.

КЛОПЫ – обычный спутник советского человека в течение многих десятилетий, переезжавший с ним на новое место жительства в чемоданах, мебели и книгах, а при сносе старых домов массами переселявшийся в новые дома. Борьба с засильем клопов, как в жилых домах, так и в гостиницах, больницах, детских учреждениях и даже кинотеатрах велась регулярно, путем проливания щелей, где находились насекомые, крутым кипятком, засыпкой их дустом, обрызгиванием дихлофосом из пульверизаторов и пр. Но теснота в перенаселенном жилье и другие неблагоприятные условия обитания способствовали процветанию клопов. Только в 1970–80-х гг. в связи с улучшением бытовых условий клоп стал редким гостем советского человека. Распространенность клопов в 20-х гг. была такова, что В. Маяковский создал сатирическую пьесу «Клоп», бичевавшую мещанские «пережитки прошлого», герой которой носил символическое имя Присыпкин.

КЛУБЫ – до революции общественные, обычно закрытые для посторонних организации, объединявшие группы людей для общения, совместного отдыха и развлечений. В России впервые появились во втор. пол. XVIII в., сначала в Петербурге и Москве. Имелись дворянские, купеческие, приказчичьи, Немецкий и др. клубы; наибольшим весом пользовались дворянские петербургский и особенно московский Английский клубы. Перед революцией в стране было ок. 200 клубов. В СССР существовали многочисленные рабочие и сельские клубы – государственные культурно-воспитательные и идеологические учреждения со штатом администрации и специалистов, обычно при тех или иных предприятиях или объединениях предприятий определенной отрасли (клуб железнодорожников, клуб пищевиков и т.п.); в 1963 г. было 130 тыс. клубных учреждений. Здесь проводились различные общественные мероприятия (собрания, доклады, лекции и пр.) идеологического характера, бесплатно или за небольшую плату проходили концерты художественной самодеятельности и профессиональных артистов, демонстрировались кинофильмы, работали различные кружки и секции, библиотеки и читальные залы, устраивались танцы и пр. Наиболее крупные, иногда помпезные, клубы назывались домами культуры и дворцами культуры. Для работы в клубах, домах и дворцах культуры в учебных заведениях даже готовили кадры культпросветработников.

КЛЮКВЕННИК – на блатном жаргоне – вор, «работавший» в церквах.

КЛЯКСА – обычное мелкое «несчастье» учащихся и вообще всех, пользовавшихся для письма перьевыми ручками и жидкими химическими чернилами: пятно неправильной формы на бумаге от упавшей с пера капли чернил. В школе за кляксы, как за признак небрежности, снижали оценку. Маленькие кляксы выскребали острым лезвием, крупные пытались стереть ластиком, что отнюдь не улучшало вида страницы, а нерадивые ученики иногда превращали причудливой формы кляксу в какой-нибудь смешной рисунок.

КЛЯКС-ПАПИР – старое название промокашки, очень рыхлой промокательной бумаги, использовавшейся для высушивания чернил при пользовании перьевой ручкой. Клякс-папир появился на рубеже XIX—ХХ в.: до того чернила высушивали специально приготовленным мелким песком из особой песочницы, входившей в состав письменных приборов.

КНИГА О ВКУСНОЙ И ЗДОРОВОЙ ПИЩЕ – своеобразный символ победы социализма и небывалого подъема благосостояния советских людей. Разного рода издания по кулинарии выходили в советское время с кон. 1920-х гг., а с 1939 г. переиздавалась и «Книга о вкусной и здоровой пище». Ее полная послевоенная версия 1952 г., ставшая своеобразным символом победившего сталинского социализма, представляла собой нечто необычное, в том числе и с точки зрения издевательства над подавляющим большинством людей, ведших полуголодное существование и питавшихся тем, что удавалось «достать». Это был огромного формата толстенный том в глянцевой красочной суперобложке, снабженный множеством ярких иллюстраций невиданных продуктов и блюд и сопровождавшийся многочисленными цитатами из выступлений и работ И. Сталина. Стоила она 75 руб. при том, что зарплата в 400 руб. считалась не самой маленькой.

КНИГОИЗДАНИЕ – производство книг и другой печатной продукции. В дореволюционной России было исключительно коммерческим предприятием, хотя имелось и немало «идейных» издательств (Сытина, Сабашниковых, Солдатенкова, Павленкова и др.), не пренебрегавших прибылью, но прежде всего преследовавших просветительские цели. Даже коммерческие издательства Маркса, Вольфа, Сойкина играли видную роль в просвещении народа, издавая сравнительно недорогие книги и целые их серии или собрания сочинений и высылая в провинцию заказчикам наложенным платежом на льготных условиях.

В СССР книгоиздательство стало важнейшим идеологическим делом, средством политического воспитания читателей. Оно было поставлено под строжайший надзор цензуры и, исключая краткий период НЭПа, когда появились немногочисленные частные коммерческие издательства, было государственным. Представители Гослита участвовали в формировании издательских планов, контролировавшихся Наркомпросом, а затем Идеологическим отделом ЦК партии. Не пропускались книги не только «вредные», но и «бесполезные», расценивавшиеся как «неактуальные». Сквозь цензурные препоны проходила даже не вся русская классика; так, книги Ф. Достоевского стали переиздаваться только в кон. 1950-х гг., так и не были переизданы до конца советской истории некоторые романы Н. Лескова, А. Писемского и т.д. Но в целом русская классика считалась почти вне идеологических подозрений, переиздавалась часто и большими тиражами. Несколько хуже обстояло дело с изданием зарубежной классики: здесь переиздавались только апробированные авторы и произведения. Аналогичным образом дело обстояло и с детской литературой: в основном издавались немногочисленные книги с ярко выраженным критическим подходом к американской, английской и т.д. действительности прошлого или революционным содержанием (Э. Войнич, Марк Твен, Ч. Диккенс, Г. Бичер-Стоу и т.п.). Строжайший отбор проходила русская литература кон. XIX – нач. ХХ в., а особенно – советская литература, не говоря уж о зарубежных писателях ХХ в. Так, «декадентская» русская литература эпохи «Серебряного века» стала издаваться крохотными тиражами («нормальным» для огромной страны был тираж в 75–100 тыс. экземпляров, маленьким – в 10–15 тыс.) только с кон. 60-х гг. С кон. 50-х – нач. 60-х гг. стали издаваться некоторые советские писатели, оказавшиеся репрессированными в 30-е гг. или уцелевшие в период «ежовщины», но оказавшиеся «вне литературы» (И. Бабель, А. Платонов и др.); практически, кроме сокращенной журнальной публикации «Мастера и Маргариты», не издавался до 80-х гг. М. Булгаков. Особенностью советского книгоиздательского дела стало с кон. 50-х гг. издание больших серий: «Жизнь замечательных людей», «Военные мемуары», «Библиотека всемирной литературы», «Библиотека поэта», «Литературные мемуары», «Роман-газета» и т.д., что снижало издательские расходы. Специфика советского книгоиздания заключалась также в пренебрежении авторскими правами наследников и зарубежных писателей. Поскольку литературная работа была централизована в Союзе советских писателей, часто переиздавались, и большими тиражами, книги литературных «генералов», возглавлявших союз (В. Кочетова, Г. Маркова), к тому же отличавшиеся идеологической безукоризненностью. Практически только в период перестройки кон. 80-х гг. идеологический надзор за книгоиздательством стал угасать, и советский читатель с большим опозданием получил огромное множество ранее неизвестных ему книг.

КНИГОЛЮБЫ – библиофилы, люди, увлеченные собирательством книг, преимущ. для чтения; старинное библиофильство, когда книги собирали целенаправленно (старопечатные книги, книги в высокохудожественных переплетах, украшенные гравюрами или строго определенной тематики) стало редкостью в условиях перманентного книжного голода. В СССР чаще всего собирались серийные издания («Жизнь замечательных людей», «Военные мемуары», «Библиотека поэта» и пр.) или книги определенного содержания: детективы, в т.ч. дореволюционные издания, мемуары и т.д.; нередко собирательство ограничивалось приобретением многотомных собраний сочинений и имело основной целью украшение интерьеров. Собирательство стало получать более или менее широкий размах в кон. 1950-х гг. в связи с общим подъемом материального благосостояния людей и было сопряжено с большими трудностями ввиду книжного голода (наиболее интересные издания выпускались небольшими тиражами). В это же время стали появляться первые клубы книголюбов, получившие официальный характер. В Москве, Ленинграде, некоторых крупных городах с большим количеством научной и художественной интеллигенции книголюбы постепенно превращались в библиофилов старого типа, а их общества приобрели научный характер.

КНИГОНОШИ – сложносокращенное слово – в 1920–30-х гг. активисты или штатные работники библиотек и клубов, вследствие недостаточного количества библиотек на местах разносившие пачки книг, в т.ч. по заказам читателей, по деревням, на предприятия, в учреждения и т.д., а также бродячие уличные продавцы книг, громко выкрикивавшие названия своего товара или краткое, в одной фразе, и сильно искаженное, интригующее содержание книг.

КНИГОТОРГОВЛЯ – сложносокращенное слово – продажа книг и другой печатной продукции. В дореволюционной России была сравнительно слабо развитой и носила исключительно коммерческий характер. В небольших провинциальных городах была одна, максимум две небольшие книжные лавки, торговавшие и новой, и подержанной книгой, а иногда выступавшие и в качестве общедоступных библиотек и выдававшие книги для прочтения за небольшую плату под маленький денежный залог. В то же время книгоиздательства, особенно крупные, активно рекламировали свою продукцию, высылая интересующимся книги наложенным платежом, а при отдельном заказе – и фабричной работы переплеты к книгам. Наиболее массовыми книготорговцами, доставлявшими дешевую книгу в деревню, были офени – бродячие торговцы галантереей, тканями и т.д., в небольших дешевых издательствах бравшие и книгу «для народа»; через них в широкие массы проникала и классика, а также хорошая современная литература в недорогих изданиях. В больших городах книготорговля была весьма развита; имелись как большие и дорогие магазины, так и небольшие, преимущ. букинистические лавки с подлинными знатоками и ценителями старой книги в качестве продавцов; торговля подержанной книгой в широких масштабах также велась с рук и на уличных развалах.