Чтение онлайн

См. также Авгуры, Ауспиции

Аттика (греч. , что значит «прибрежная страна») – юго-восточная область Средней Греции, соединительное звено между Балканским полуостровом и Архипелагом, приблизительно в 2200 кв. км пространства; граничить на С. – Виотией, на З. – Мегарой, с Ю. и В. омывается морем. Большая часть А. покрыта возвышенностями, состоящими из известняка и мрамора, и представляет в настоящее время одни обнаженные, лишенные растительности пространства. Только более высокие части Киферона и Парнаса, равно северо-зап. склоны Пентеликона покрыты сосновыми и еловыми лесами. Основанием всей горной системы служит Киферон (теперь Элатея, так называемая еловая возвышенность, высочайшая точка которой поднимается на 1411 м над ур. моря). Киферон главным своим кряжем отделяет А. от Виотии; от Мегары А. отделяется его ветвью, идущею к Ю. и носящей название Керата (рога); с юго-восточными отрогами Киферона сливается достигающий 1413 м Парнас (ныне Оцея), которого северо-восточные разветвления, ныне носящие отдельные названия (Белетци, Армени, Мавровуно, Цастаны, Ставрокораки, Котрони), простираясь до восточн. края области, образуют в этой части А. настоящую горную страну (Диакрия или Эпакрия древних). Южным продолжением Парнаса является поднимающийся значительно ниже над морем Эгалеос, который в южн. части, там, где он вдается в море против о-ва Саламина, носить название Коридаллос (ныне Скараманта), а в середине, там, где его прорезывает ущелье, соединяющее равнины Афин и Элевзиса, называется Пэкилион. На С.В. афинская равнина окаймлена Брилеттосом, или, как он обыкновенно назывался по местности, лежащей на его южном склоне, Пентеликоном (ныне еще Ментели). Это достигающая 1110 м высоты пирамидальная возвышенность с обширными, еще теперь с успехом эксплуатируемыми мрамороломнями, которые доставляют превосходный белый мрамор тончайшего зерна, идущий на постройки и статуи. Долина в 4 км шириною отделяет на Ю. подошву Пентеликона от южного пояса, почти исключительно состоящего из голубовато-серого мрамора, который в древности употреблялся для архитектурных целей. Кряж этот – Гимет (теперь Треловуно) – поднимается на 1027 м, почти лишен лесной растительности, но покрыт пахучими травами и потому населен дикими пчелами, дающими превосходный мед. Восточный край области (у древних Паралия) прорезывается менее высокими цепями холмов, которые к Ю. от Гимета, где полуостров суживается, соединяются в один кряж – Лаврионское нагорье, которое заключается круто спускающимся к морю мысом – Суниум, на котором еще теперь высятся развалины храма Афины, по колоннам которого еще теперь мыс называется моряками Кап-Колоннес. Лаврионские горы по своему богатству серебром имели в древности для А. высокое значение; но эти рудники, сначала очень доходные, до того усиленно эксплуатировались, что уже тотчас после Р. Х. пришлось прекратить добычу. Только в позднейшее время попытались, и не безуспешно, из шлаков, оставшихся от прежних работ, извлечь выгоды.

Горы тянутся частью непосредственно до самого моря, частью же к их подошвам скопилась наносная земля, образуя более или менее широкие береговые равнины, из которых многие были известны в древности. Замечательнейшая из них Марафонская равнина на сев. берегу. Она представляет низменность в 9 км, длиною и от 2–4 км шир., с обширным болотом к С.В. Здесь в 490 г. до Р. Х. персидское войско потерпело поражение. Более значительных равнин, которые или, начинаясь у берега, тянутся далеко внутрь страны, или же совсем отделены от моря, в стране только три: 1) Афинская равнина, часто называемая просто «равнина» (педион); 2) меньшая, отделенная от Афинской Эгалеосскими горами, Триасская равнина (так называемая по древней местности Триа) и 3) равнина между Гиметом и более низкими горными цепями восточного прибрежья, которая соединяется с Афин. равниной посредством долины, отделяющей Пентеликон от Гимета. Орошение страны крайне бедное. Самые значительные ручьи протекают по афин. равнине, а именно: 1) Кефис, начинающийся у юго-западн. подножья Пентеликона в богатой лесом местности Кефизии, питаемый разными притоками с Парнаса. Он протекает равнину в юго-западн. направлении и в З. от города отводится в многочисленные каналы для орошения огородов и плантаций; второй ручей – Илиссус начинается у сев. подножья Гимета, протекает у вост. и южн. стороны города и к Ю.З. от него теряется в песках. Кроме них, нужно упомянуть о другом Кефисе Элевзинской равнины, о прорезывающем Марафонскую равнину ручье Эноэ (так названном по лежащей к сев. от Марафона древней местности) и о. Эрасиносе, протекающем дальше к Ю. от восточного прибрежья, у древней местности Арафен (теперь Рафина).

Почва страны представляет почти сплошь легкий, довольно тощий, каменистый известняк, мало пригодный для возделывания пшеницы, более – для ячменя и винограда, но особенно для оливы и фиги, и потому последние как в древности, так и теперь являются главными продуктами страны и предметами ее вывоза. Скотоводство и теперь еще значительно, а в древности аттич. шерсть пользовалась большой славой. В горах, не говоря об исчерпанных уже серебрян. рудниках Лавриона, добывают превосходный мрамор; почва во многих местах, особенно на прибрежной полос, идущей к Ю.З. от гавани Пирея и Фалернской бухты и кончающейся у предгорья Колиас (теперь Гагиос Космас), дает отличную глину для посуды, и потому гончарное дело представляло в древних Афинах цветущую ветвь промышленности и его продукты имели очень распространенный сбыт.

Население страны, не говоря о некоторых пеласгических элементах доисторической эпохи и громадном числе иностранцев, впоследствии постоянно проживавших в Афинах, принадлежало в древности к ионийскому племени. Жители называли себя автохтонами, т. е. коренными, так как их предки произошли непосредственно из почвы страны и с незапамятных времен земля состояла в их непрерывном владении. Как все ионич. народы, жители А. распадались на четыре колена или класса (филы): гелеонтов (благородных), гоплитов (воинов), эгикореев (пастухи вообще и коз в особенности) и ергадеев (земледельцев). По преданию, в стране с незапамятных времен существовало 12 самостоятельных городов или союзов общин. Это были частью отдельные, еще позже существовавшие поселения, как Кекропия (позже Афины), Элевзис, Декелея и Афидна (последние два на С. страны), Браурон (среди восточного побережья), Торикос (в самой южной части восточного побережья), Китерос (местоположение неизвестно), Сфетос и Кефисия, частью же союзы нескольких поселений, как Эпакрия (северная горная страна), Тетраполис (союз четырех городов) на Марафонской равнине и Тетракомия (союз четырех деревень) на самом юге Афинской равнины. По преданию, эти 12 общин соединены Тезеем в одно политическое целое, столицею которого стали Афины. Деление народа на 4 филы осталось как при царях, так и при архонтах. Даже законодатель Солон не отменил этого подразделения, а параллельно с ним, частью желая уменьшить влияние древних аристократических родов, частью, чтобы привести к более справедливому распределению податного бремени между гражданами, создал новое деление граждан на 4 класса по их имуществу. Только Клисфен отменил древнеионийское разделение по коленам и поставил на его место деление народа на 10 фил, из которых каждая носила имя древнеатт. героя (Эпонима). Каждая из этих фил обнимала собою определенное число общин (демы), лежавших в разных частях страны. Обыкновенно каждая не очень значительная местность составляла особую «дему», большие же, как города Афины и Браурон, распадались на несколько дем. Число дем было неодинаково в разное время: – в начале христианской эры их было 371. Благодаря писателям и надписям до нас дошли названия приблизительно 180 дем, но место нахождения многих теперь невозможно установить. Их перечень дает Лик, «Die Demen von А.» (перевод Вестермана, Брауншвейг, 1840); Росс, «Die Demen von A. und ihre Vertheilung unter die Phylen», Галле, 1846); Г. Гельцер в приложении к книге Вестермана «Lehrbuch der Griechischen Staatsalterth"umer» (5 изд. Гейдельб., 1875). Общее число граждан колебалось, судя по переписям, во время расцвета государства, к Пелопоннесской войне, между 80—100 тыс. Число стоявших под покровительством метойков достигало 40000, число рабов доходило до 400000, так что общее количество свободного и несвободного населения превышало 500000. Увеличение числа фил (10) двумя новыми имело место в 307 г. до Р. Х. Из желания польстить Деметрию Полиоркету последние были названы его именем и именем отца его Антигона – Антигонидою и Деметриадою. Но первая была переименована в 265 г. до Р. Х. в честь египетского царя Птоломея II Филадельфа в Птоломаиду, вторая в 200 г. в честь пергамского царя Аттала I в Атталиду. Наконец при императоре Адриане была присоединена 13-я фила и названа Адрианидою по имени этого благодетеля города Афин.

В политическом отношении А. была в древности наиболее централизованной областью Греции. Главный город был не только местопребыванием администрации, но суда, равно и народных собраний, в руках которых со времени демократических реформ, начатых Клисфеном и заключенных Периклом, сосредоточилось верховное решение всех государственных дел. Значение, которое Аттика благодаря своему главному городу Афин имела в политической и культурной жизни Древней Греции, может быть правильно оценено только в связи с изложением общей истории Греции (см. это сл.). Ср… Бурсиан, «Geographie von Griechenland» (т. I, Лейпц., 1862); Курциус, «Erl"auternder Text der 7 Karten zur Topographie von Athen» (Гота, 1868); Курциус и Кауперт, «Karten von Attika» (2 тетр., Берлин, 1881). В настоящее время Аттика вместе Мегарой, Виотиею и островами Саламином (ныне Кулури) образует номархию Аттики и Виотии, которая распадается на 5 епархий (А., Эгину, Фивы, Ливадию и Мегару) и насчитывает на 6426 кв. км 185364 жит. (1879).

В епархии (округе) А. (включая о-ва Саламин) 116263 ж., сельское население занимается земледелием, виноделием и скотоводством, отчасти также шелководством и табаководством. Афинская равнина еще в настоящее время богата обширными оливковыми плантациями (статья из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона 1907 г.).

(Atis или Attys, Atys) – туземное во Фригии, родственное Адонису божество. По сохранившемуся у позднейших авторов сказанию, Аттис произошел от бога неба и матери-земли, пройдя целый ряд чудесных превращений – гермафродита и миндального дерева, от которого его родила наконец дочь ручья. Обыкновенно рассказывается, что мать богов (Кибела, Диндимена, Агдистис) любила его и из ревности обрекла безумию, после чего он оскопил себя или, будучи уже любовником Кибелы, был оскоплен и убит другими. По Арнобию и Сервию, это случилось под сосной, в которую, по Овидию, улетел его дух. По словам первого, из крови Аттиса выросли фиалки. На празднествах, в Малой Азии смерть Аттиса оплакивалась при обычных оргиях, а затем торжественно праздновалось его воскресение. При этом символом служила сосна, украшенная фиалками, эмблемой вновь оживающей природы.

В древнегреческой мифологии: 1) – одна из харит; 2) – афинское название одной из ор, богини произрастания.

Ауспиции – гадания по полету и клеванию птиц. Официальные процедуры этих гаданий были обязательными мероприятиями в Древнем Риме и в древнеримском войске. Их производили члены жреческой коллегии авгуров.

Ауспиции подразделялись на такие, которые непосредственно при известных церемониях и в известных формулах испрашивались у божества, и на такие, в которых последнее по собственному желанию выражало свою волю. В последнем случае влияние авгуров было очень сильно. Они могли остановить народное собрание, отложить его до другого дня и даже отменять его решения, объявив, что ауспиции были неблагоприятны. В частности, ауспиции разделялись на 5 классов: 1) небесные явления, как гром и молния; при этом обращалось внимание на место возникновения молнии – если налево от наблюдателя, обращенного лицом к югу, то предзнаменование считалось счастливым; если же направо, то – неблагоприятным; 2) крик и полет птиц. Одни из птиц возвещали тот или другой исход дел направлением своего полета, другие – своим криком или пением. К последним относились ворон, ворона, ночная сова и др.; к первым – один вид соколов, орел и коршун. Ворона, каркающая с левой стороны, а ворон – с правой – возвещали удачу; 3) клевание или неклевание зерен птицами. Первое возвещало счастье, второе – несчастье. Этот род гадания особенно практиковался на войне, вследствие чего войско сопровождал всегда Pullarius с целым фургоном кур. Кроме этих трех ауспиций, были еще 4) приметы по четвероногим животным и 5) по каким-нибудь необыкновенным происшествиям и несчастным случаям. Так, напр., всякое народное собрание должно было немедленно расходиться, если кто-нибудь из присутствовавших подвергся припадку падучей. И в военное, и в мирное время не предпринималось ничего важного без предварительного испрашивания ауспиций. Даже в эпоху Цицерона, когда вера в старых богов, особенно в высших классах, уже значительно пошатнулась и магистраты, которые заведовали этими гаданиями, смотрели на них лишь как на докучные формальности, ауспиции все еще служили важным средством, по крайней мере, для достижения политических целей, и вследствие этого и коллегия Авгуров, обладавшая этим знанием, пользовалась большим уважением.

Официальные ауспиции устраивались только должностными лицами, авгуры при этом служили лишь посредниками-специалистами. Роль их заключалась главным образом в том, что они для наблюдения примет должны были очертить «templum», т. е. узкое пространство, с которого должны были производиться наблюдения, и другое, более обширное, на протяжении которого надо было наблюдать приметы. Авгур своим жезлом (lituus) мысленно проводил две линии (одну по направлению с севера на юг – cardo, а другую, перерезывающую первую, с востока на запад – decumanus) через все поле наблюдения и затем соединял концы этих линий 4-мя прямыми линиями, в виде прямоугольника. Лишь после этих предварительных действий магистрат, сидя с покрытой головой в узком templum и обращенный лицом к востоку или югу, мог приступить к ауспициям. В Риме для правильных и периодических ауспиций существовали постоянные templa, как, напр., на Капитолии, на Форуме и на Марсовом поле для комиций. Заседания сената, происходившие в закрытых помещениях, держались именно в таких зданиях, которые были приспособлены для ауспиций. С этою же целью и большинство храмов было воздвигнуто на таких templa и поэтому могли служить и для заседания сената.

Афамант – сын Эола и Энареты, внук Эллина, царь минийцев, царствовал в равнине, названной по его имени, близ города Алоса или Галоса, в Фессалии или в Беотии, при озере Копаисе или Орхомене. Он был братом Сисифа и Салмонея. По велению Геры, он женился на Нефеле, которую Зевс создал по образу и подобию Геры (когда захотел обмануть Иксиона – царя лапифов) и которая с тех пор безутешно блуждала по чертогам Олимпа. Она родила Афаманту двух сыновей, Фрикса и Левкона, и дочь Геллу. Но Афамант не стерпел того презрения, с каким Нефела относилась к нему и, влюбившись в Ино, дочь Кадма, тайно привел ее во дворец у подножия горы Лафистий, где она родила от него Леарха и Меликерта.

Обманутый интригами коварной Ино, стремящейся погубить своего пасынка Фрикса, Афамант едва не принес его в жертву богам: он уже готов был перерезать горло своему первенцу, когда внезапно появился присланный Нефелой говорящий златорунный баран и унес Фрикса и Геллу, что впоследствии стало причиной плавания аргонавтов.

Афамант и Ино подверглись преследованию Геры за то, что они воспитали Диониса, отданного им Гермесом; Афамант, пораженный бешенством, убил своего сына Леарха и преследовал Ино, которая бросилась с Меликертом на руках в море. Обвиняемый в убийстве и поэтому изгнанный из Беотии Афамант бежал в Фтиотиду (в Фессалии).

Потерявший всю свою семью и изгнанный из Беотии Афамант узнал от оракула, что ему суждено поселиться там, где дикие звери угостят его ужином. В северной Греции он набрел на стаю волков, которые при его появлении разбежались, бросив мясо убитых ими овец. На этом месте Афамант основал город.

Затем он женился на Фемисто, дочери Гипсея, которая родила ему сыновей-близнецов Орхомена и Сфингия. Детей этой женщины и их мать постиг, по Еврипиду, также страшный конец. Когда Афамант был уже в преклонном возрасте, его самого едва не принесли в жертву по высказанному оракулом велению Зевса; спас старика вовремя вернувшийся из Колхиды его внук Китиссор, старший сын Фрикса. Зевс обиделся и объявил, что отныне старший сын Афамантидов под угрозой смерти не должен входить в пританей (место пребывания председателя общинного совета); впоследствии это требование строго соблюдалось.