Чтение онлайн

Французский философ Этьен Бонно де Кондильяк (1715-1780) создает еще одну оригинальную концепцию человека. Он допускает существование и материальной и духовной субстанции, истинная сущность которых не поддается познанию. Тело есть протяженная субстанция, а душа есть субстанция, которая ощущает. Тело само по себе не воздействует на душу и не является причиной ее ощущений, оно лишь повод для них или окказиональная причина того, что порождает душа и, более того, наши органы чувств «суть лишь окказионально источник наших знаний».

Наиболее полное отражение проблема человека нашла в творчестве Клода Адриана Гельвеция (1715-1771). В своем знаменитом труде «О человеке» (1773) философ берет на себя смелость создать целостную концепцию человека. Но с какой целью? Когда философ изучает людей, – размышляет Гельвеций, – его предмет есть их благо. Это благо зависит как от законов, при которых они живут, так и от воспитания, которое они получают. Познать человека, чтобы его правильно воспитать – истинная и благородная цель.

Человека Гельвеций определяет как природное существо, имеющее только одно начало – физическую чувствительность. Человеческая душа есть тоже не что иное, как способность ощущать, и поэтому является элементом природной организации.

Больше других Гельвеция занимает вопрос о причинах умственного неравенства людей. Не от силы тела, не от свежести органов и не от большей или меньшей тонкости чувств зависит большее или меньшее умственное превосходство. Философ видит две причины неравенства умов: различное стечение событий и более или менее сильное желание учиться. Даже явление гениальности не смущает философа. Вера в то, что талант – дар природы, порождает леность и небрежность и мешает в учении. Гениальный человек чаще всего является делом случая и даже гениальным становятся благодаря воспитанию.

Социальная человеческая сущность также обусловлена природной организацией. По мнению Гельвеция, в человеке безраздельно господствует гедоническое начало, и наслаждение есть единственный предмет желания людей. Человек стремится к самосохранению, желает себе добра и только это направляет его социальное поведение. Чтобы внушить людям любовь к добродетели, пишет Гельвеций, достаточно подражать природе. Удовольствия указывают на ее требования, страдания – на ее запреты, и человек послушно ей повинуется.

К числу характеристик сущности человека Гельвеций относит эгоизм, себялюбие и индивидуализм, которые являются вечными и неизменными чертами человеческого характера и движущими силами общественного развития. Заключение, к которому он приходит, проанализировав природную организацию человека, следующее: «Воспитание нас делает тем, чем мы являемся» (Гельвеций К.А. О человеке. / Соч. в 2-х т. – Т. 2. – М.: Мысль, 1974).

Мысль о человеке как части природы была доведена до абсолюта самым влиятельным деятелем французского Просвещения Жан-Жаком Руссо. В трактате «Эмиль или о воспитании» Руссо попытался создать персонифицированный идеал естественного человека. Его Эмиль представлял некую идеальную норму мужчины, София – образец идеальной женщины. Женщина по своим природным способностям, считал Руссо, равна мужчине, однако каждый из них выполняет предначертания природы и уготованную ему особую роль. Руссо много говорит о различиях в природном предназначении мужчины и женщины, но не забывает об их природном единстве.

Руссо настойчиво подчеркивает мысль о совершенстве природной организации человека (у природы ошибок не бывает), но это вовсе не означает, что люди равны по своим природным задаткам. Каждый от рождения, по мнению Руссо, наделен своим особым темпераментом, определяющим его склонности и характер. Каждому человеку отведено свое особое место в мироздании, надобно лишь найти его, «чтобы не портить общего порядка». Руссо совершенно однозначно говорит о том, что разнообразие умов и дарований создано самой природой. Люди способны развиваться в дурном или хорошем направлении. Принцип совершенствования человека, отстаиваемый Руссо, сформулирован однозначно – следовать своим природным наклонностям (Руссо Ж-Ж. Эмиль или о воспитании. – М.,1978).

Существом между ангелом и животным назвал человека итальянский философ Пико делла Мирандола. Созданный Богом человек стоит в центре мира, не будучи ни земным, ни небесным. Он может опуститься к животному уровню или стать богоравным. Пребывание между ангелом и зверем – данный ему диапазон существования. Но если человек будет развивать свою способность к познанию и самопознанию, то он станет ближе к ангелам. Если же он станет жить своими инстинктами, то будет опускаться все ниже. Человек, – учил Мирандола, – мастер, скульптор своего собственного образа, он есть тем, что он сам из себя сделал. В этих словах – вера в возможности человека, его здравый смысл. Это обобщенная программа воспитания как человека как усовершенствование его духовности.

Красивыми бриллиантами сверкают рассуждения о человеке вольнодумца, скалозуба и остряка Вольтера (1694-1778). Он не согласен ни с чем и ни с кем, и считает, что взгляды философов на проблему человека глупы и тенденциозны. «Один говорит: человек – душа, сопряженная с телом…. Другой уверяет, что человек – тело, в силу необходимости мыслящее». Однако ни тот, ни другой не доказывает свое положение. Сам же Вольтер предпринял попытку, исследуя человека, выйти за пределы сферы человеческих интересов, отделаться «от предрассудков философа».

Что же собой представляет беспристрастная концепция Вольтера? Прежде всего, знаменитый мыслитель иронизирует по поводу загадочности человека, полагая, что ее вообразили, дабы доставить себе удовольствие ее разгадать. Он критикует Б. Паскаля за попытку представить человека дурным и жалким, но, с другой стороны, считает, что нельзя преувеличивать его совершенство (им обладает только Бог) и, как философ, утверждает, что притязания на более совершенную природу, которая нам не дана, весьма заносчивы и дерзки. Человек, по мнению Вольтера, занимает свое место в природе, более высокое, чем животные, которых он напоминает своей конституцией, и более низкое, чем другие существа, которым он уподобляется своей способностью мыслить.

Поиронизировав, пощипав оппонентов, не согласившись ни с кем и ни с чем. Вольтер благополучно завершает ничем свои сочинения, в которых читатели, ослепленные яркостью языка, образов, оперения, не заметили недалекости рассуждений (Вольтер. Философские письма. / Филос. соч. – М.,1988).

Немецкий философ Г.Э. Лессинг (1729-1781) высказал мысль о единстве человеческого рода. Наряду с понятием «человек» он употребляет понятие «человечество», резонно полагая, что оно появляется лишь тогда, когда эта общность осознается. По мнению другого немецкого мыслителя И.Г.Гердера (1744-1803), человек – результат эволюционного развития природы, «игры природы». По этому поводу он говорит, что от камня к кристаллу, от кристалла к металлам, далее к растительному миру, от растений к животным, от них к человеку – всюду мы видели, как совершенствовалось форма их организации, как вместе с ней разнообразнее становились силы и инстинктивные стремления созданий природы и как, наконец, все они объединились в образе человека. Каждый человек неповторим и уникален. Если внешне он похож на других, то внутри он – особое существо, не соизмеряемое ни с каким другим. Несмотря на то, что человек – часть природы, и его цель находится в нем самом, Гердер все же называет его «искусственной машиной», одаренной врожденными склонностями, ибо он формируется благодаря искусственным приемам и является итогом человеческого воспитания.

Примерно о том же говорит и Г.Ф. Мейер (1718-1777), видя задачу философии в формировании «породистого» или «благородного человека», который бы органически сочетал способность к ясному и отчетливому мышлению со знанием общих принципов истины добра и красоты. Акцент необходимо сделать не на развитии внутренних сил души, а на возможность их развития и воспитания под влиянием индивидуального и общего исторического опыта.

И.Кант в своей «Всеобщей естественной истории и теории неба» (1755), отметив глубочайшую пропасть между душой и телом, все же приходит к выводу, что человек получает все свои понятия и представления от впечатлений, которые Вселенная через его тело вызывает в его душе. Связь между душой и телом мешает развитию человеческих способностей, и из всех существ именно человек меньше всего достигает цели своего существования. Если силы человеческой души ограничивает и тормозит грубая материя, с которой они связаны, то совершенство самой этой материи тем больше, чем дальше она находится от солнца.