Эпизод из жизни мистера Ваткинса Тотля (старая орфография)
Шрифт:
— Можно ли войти? сказалъ мистеръ Габріэль Парсонсъ, выглядывая изъ за дверей.
— Войдите, отвчалъ Ваткинсъ.
— Ну, что, кончилъ ли ты? нетерпливо спросилъ Габріэль.
— Кончилъ ли я! сказалъ Ваткинсъ Тотль: — да знаете ли, я иду сейчасъ къ Томсону, которому миссъ Лиллертонъ поручаетъ назначить день сватьбы.
— Неужели? вскричалъ Парсонсъ. — Можетъ ли это быть?
— Гд живетъ Томсонъ? спросилъ Ваткинсъ.
— У своего дяди, — это отсюда нсколько шаговъ, — стоить только перейти небольшое поле. Но скажи, пожалуста, какъ теб удалось обдлать это дло: я не воображалъ, чтобы ты вышелъ изъ него съ тріумфомъ.
Мистеръ Ваткинсъ Тотль приступилъ было доказывать, что ричардсоново правило побждать женскія сердца есть самое лучшее, но внезапный приходъ Марты остановилъ его. Въ рук Марты была розовая треугольная записочка.
— Миссъ Лиллертонъ свидтельствуетъ вамъ почтеніе, сказала Марта, вручила Ваткинсу записочку и скрылась.
— Замчаете, какая деликатность? сказалъ Тотль, обращаясь къ Парсонсу. — Съ горничной только и можно свидтельствовать почтеніе, но не посылать любовь.
Мистеръ Габріэль Парсонсъ не зналъ, что отвчать на это замчаніе, и потому онъ ограничился тмъ, что ткнулъ Тотля въ бокъ, между третьимъ и четвертымъ ребромъ.
— Отправляемтесь же сейчасъ: не нужно терять золотое время, сказалъ Ваткинсъ, когда прекратился порывъ его веселости, которая обнаружилась въ немъ вслдствіе практической шутки Парсонса.
— Превосходно, чудесно! восклицалъ мистеръ Парсонсъ, и черезъ пять минутъ они находились у садовой калитки виллы, занимаемой дядей мистера Томсона.
— Дома ли мистеръ Томсонъ? спросилъ Тотль у лакея.
— Мистеръ Томсонъ дома, отвчалъ слуга, съ нкоторымъ замшательствомъ: — но только они приказали мн сказывать, чтобы ихъ никто не безпокоилъ.
— Ничего; мы свои люди, отвчалъ Ваткинсъ.
— Врно онъ очень занять? спросилъ Парсонсъ, просовываясь въ калитку.
— О, нтъ! мистеръ Парсонсъ, нельзя сказать, чтобы они были заняты, но только играютъ теперь на вилонжели и не приказали безпокоить себя.
— Поди же скажи, что я здсь, сказалъ мистеръ Парсонсъ, приближаясь къ дому: — скажи, что мистеръ Парсонсъ и мистеръ Тотль желаютъ переговорятъ съ нимъ по весьма важному длу.
Лакей провелъ ихъ въ гостиную и пошелъ передать приказаніе. Отдаленный вой вилонжеля прекратился; на лстниц послышались шаги, и вскор передъ гостями представился мистеръ Томсонъ и съ непритворнымъ радушіемъ обмнялся пожатіемъ рукъ.
— Меня просили передать вамъ эту записку, сказалъ Ваткинсъ, вручая Томсону посланіе.
— Отъ миссъ Лиллертонъ? сказалъ Томсонъ, внезапно мняясь въ лиц. — Пожалуста, садитесь.
Мастеръ Тотль слъ и все время, пока Томсонъ читалъ записку, внимательно смотрлъ на портретъ архіепископа кентэрбёрійскаго, висвшій надъ каминомъ.
Окончивъ чтеніе, мистеръ Томсонъ всталъ съ мста и съ сомнніемъ взглянулъ на Парсонса.
— Позвольте спросить, сказалъ онъ, обращаясь къ Ваткинсу Тотлю: — знакомъ ли вашъ другъ съ цлью вашего посщенія?
— Ему извстна эта цль не хуже моего, отвчалъ Ваткинсъ, съ выразительнымъ взглядомъ.
— Въ такомъ случа, сэръ, сказалъ Томсонъ, сжимая об руки Тотля: — позвольте мн въ присутствіи общаго нашего друга принести вамъ самую искреннюю благодарность за великодушное участіе, которое принимали вы въ этомъ дл,
«Онъ воображаетъ, что я хочу при этомъ случа сдлать пожертвованіе, — подумалъ Тотль. — Странные эти люди! Только и думаютъ о себ.»
— Я очень сожалю, сэръ, что съ перваго знакомства не понялъ вашихъ намреній, продолжалъ Томсонъ. — Безкорыстно и великодушно, въ всякомъ смысл слова! Очень мало найдется такихъ людей, которые поступили бы по вашему примру.
Мистеръ Ваткинсъ Тотль не могъ не подумать, что послднее замчаніе относилось къ нему въ вид комплимента, и потому не удивительно, что онъ предложилъ Томсону довольно поспшный вопросъ:
— Скажите, когда же будетъ сватьба?
— Во вторникъ, отвчалъ Томсонъ: — во вторникъ по утру, въ половин девятаго.
— Необыкновенно рано, замтилъ Ваткинсъ Тотль, съ видомъ торжественнаго самоотверженія. — Едва ли я успю пріхать сюда такъ рано.
(Эти слова предназначались для шутки.)
— Ради Бога, не стсняйте себя, мой добрый другъ! отвчалъ Томсонъ, полный восторга, и снова отъ чистаго сердца пожимая Ваткинсу руку; — вы можете пріхать къ завтраку.
— Какъ! сказалъ Парсонъ, съ такимъ удивительнымъ выраженіемъ, какого еще никогда не показывалось на человческомъ лиц.
— Что!? воскликнулъ Ваткинсъ Тотль, въ одинъ моментъ съ Парсонсомъ.
— Я говорю, что вы можете пріхать къ завтраку, хотя присутствіе ваше при бракосочетаніи доставило бы вамъ величайшее удовольствіе.
Мистеръ Ваткинсъ Тотль прислонился къ стн и устремилъ на Томсона безумные взоры.
— Томсонъ, сказалъ Парсонсъ, нетерпливо приглаживая лвой рукой шляпу: — кого ты подразумваешь подъ словомъ «намъ»?
Въ свою очередь и на лиц мистера Томсона отразилась безсмысленность.
— Вы спрашиваете кого? отвчалъ онъ: — миссъ Лиллертонъ, которая въ тотъ день перемнитъ имя свое на мистриссъ Томсонъ, то есть….
— Пожалуста, не смотри ты на этого безумца! сердито воскликнулъ Парсонсъ, въ то время, какъ судорожныя измненія лица Ваткинса Тотля привлекли на себя изумленные взгляды Томсона: — лучше объясни мн въ двухъ-трехъ словахъ содержаніе этой записки.
— Эта записка, отвчалъ Томсонъ:- отъ миссъ Лиллертонъ, съ которой вотъ ужъ пять недль, какъ я обрученъ. Ея удивительная скромность и странныя понятія о нкоторыхъ предметахъ лишали меня всякой возможности окончить какіе дло. Въ своей записк миссъ Лиллертонъ увдомляетъ меня, что она открылась мистриссъ Парсонсъ въ нашихъ отношеніяхъ и просила ее быть посредницей между нами, что мистриссъ Парсонсъ сообщила обстоятельство дла вотъ этому почтенному джентльмену, мистеру Тотлю, и что онъ, мистеръ Тотль, въ самыхъ искреннихъ и деликатныхъ выраженіяхъ, вызвался помогать намъ во всемъ и даже принялъ на себя трудъ доставить это записку, въ которой заключается общаніе, такъ долго мною ожидаемое. — Я надюсь, чтобы когда нибудь могъ достойно отблагодарить мистера Тотля за его великодушный поступокъ.
— Прощай, Томсонъ! смазалъ Парсонсъ, не медля доле ни минуты и увлекая съ собой разстроеннаго Тотля.
— Посидите пожалуста! не хотите ли выпить вина? сказалъ Томсонъ.
— Нтъ, благодарю покорно! я и то много пилъ, отвчалъ Парсонсъ, выходя изъ гостиной, сопровождаемый Ваткинсомъ, потерявшимъ всякое сознаніе о происходившемъ вокругъ него.
Мистеръ Габріэль всю дорогу свисталъ, прошелъ съ полъ-мили дале своихъ ворогъ, потомъ вдругъ остановился и сказалъ:
— Надобно правду сказать, ты умный малый, Тотль!