Чтение онлайн

Однако Демиан встретился лицом к лицу с графом только через несколько дней после событий на болоте. Процессия рыцарей во главе с Лукардо Доминики вошла на территорию поместья где-то около полудня, но графа Кристофа уже не было дома. Он решил сам отправиться на поиски пропавшей дочери, вслед за первой поисковой группой, снарядив всем необходимым своих телохранителей.

Три дня наследник трона жил в утомительном ожидании. Он не совсем понимал, зачем его привели на удаленное побережье Берселии, и с каждым днем всё больше предавался тягостным размышлениям. Нет, конечно же, его устраивала сухая постель и вкусная еда, но смысла пребывать в поместье графа Амон он не видел. Он считал себя обузой для окружающих. Демиан знал, что наёмники Каана вскоре вновь пойдут по его следу, и хотел побыстрее покинуть город, пока те не проникли за каменные стены. Всё это могло закончиться многочисленными жертвами, но он продолжал сидеть и ждать графа, потому что леди Лоурен, как и престарелый Лукардо, не желали его отпускать. Впрочем, никто из подчиненных графа этого не хотел. Как только до его слуг дошла весть о возвращении младшего сына семьи Амон, на улицах началось празднование с песнями и танцами. Вечерами Демиан смотрел в окно на дома крестьян и спрашивал себя, чему они могут радоваться. Ему казалось, что он не заслуживал всех этих благ: просторной комнаты, накрахмаленных простыней, чрезмерного внимания слуг-подпевал. Может, он и вырос в императорском дворце, но не стал избалованным ребёнком, как его братья. Одного обучали военному искусству, мореплаванью, второй посвятил себя изучению иностранных языков, и только он, Демиан, самый младший наследник, так и не смог найти себя. Он предполагал, что, когда его старший брат Байрон займёт трон, у него получится покинуть семейный дом и отправиться на поиски того, что может показаться интересным. Амон любил земли Берселии, но при этом мечтал почувствовать себя свободным от гнёта судьбы императорского потомка. Однако он даже в кошмарных снах не представлял, что когда-нибудь жизнь сможет так сильно перемениться. За несколько лет полоса несчастий, будто наигранные кем-то ноты, принялась отстукивать демонический ритм: его мать пропала вместе с делегатами на морских просторах возле владений Песка, отец не вынес удара страшной болезни, а старшие братья просто перегрызли друг другу глотки за долгожданное право на трон.

Демиан остался один. Он часто вспоминал свой последний день пребывания в Ортоге, и всегда мысленно останавливался на событиях, случившихся в тронном зале. Во всем этом было что-то, чего он никак не мог себе объяснить. Это терзало его хуже любой хвори и мыслей о наемниках, однако он продолжал молчать, держа всё в себе.

Лоурен, девушка с силами Дугаров, иногда заводила разговор о том злосчастном дне. Она старательно упрашивала единственного свидетеля рассказать правду, хотела узнать, как всё произошло на самом деле, но постоянно получала жёсткий отказ. Демиан Амон не шёл на компромиссы. В какой-то степени даже потому, что опасался магии и Лоурен вместе с ней – Орден Терры был создан не просто так. Он защищал людей от магов, а магов от них самих. Не зря каждое новое десятилетие во время первого снега в империи Виллион отмечали события прошедших веков, с размахом и шумом, достойными только королей. То был день рождения могущественного Ордена, что оберегал мир от тирании темных адептов многие-многие сотни лет, и продолжал по сей день. Никто не знал, откуда пришли люди Терры, но в их силе никто не сомневался. На них не действовала магия, привороты, гипноз. Рядом с ними все маги становились беспомощными людьми, такими, как все, и с незапамятных времен на удалённых от всего мира островах те вынуждены проводить свою жизнь в окружении стен возведенных там цитаделей. Орден Терры всегда действовал молниеносно. Они забирали новоявленных магов со всех уголков земли «на обучение», и больше «проблемных» детей никто не видел.

Но вот Лоурен…

Ей удалось прожить на родине два десятка лет, и при этом окружающие не подозревали о запрещённых талантах всеми любимой дочери графа. Демиан не мог понять: либо девушка очень слаба в магии и не может считаться угрозой, либо же она чертовски умна – настолько умна, что на протяжении всей своей жизни не попадалась на применении запрещённых искусств, за исключением недавнего происшествия в лесу.

В любом случае, это оставалось загадкой.

Как-то раз, на заре, когда алые лучи выглядывали из-за горизонта, Лоурен застала Демиана на крыше южного крыла поместья. Он стрелял из арбалета по соломенным мишеням, не замечая ничего вокруг себя.

– Ты молчишь уже который день, – неуверенно начала девушка, присев на деревянную скамью возле парапета. – Что тебя тревожит?

Мужчина мельком оглядел юную особу, но тут же вновь принялся изводить стальные болты на соломенных чучел:

– А ты как думаешь?

– Ну, если тебе надоело ожидание, то мой отец прибудет сегодня днем. Наслаждайся последними свободными часами. Дальше отдыхать будет некогда.

– Не в этом дело, – новый снаряд с характерным щелчком угодил чучелу прямо в голову.

– А в чём?

Ненадолго в воздухе повисла тишина, нарушаемая только утренним пением птиц и грохотом телеги внизу на дороге – Демиан Амон тем временем перезаряжал арбалет.

– Первое, – парень вновь вогнал сталь в грудь истерзанной мишени. – Я не понимаю, зачем меня держат здесь силой и пытаются заставить играть в игру, в которой у меня нет желания участвовать. Второе, – бедное чучело покосилось от нового смертельного ранения в живот. – Я не могу понять, как маг может так спокойно находиться среди людей и делать вид, что все идёт прекрасно. Тебя, Лоурен, должны были забрать люди Ордена ещё в детстве. И третье, – последний болт сорвал соломенному стражу непропорциональную башку, – Почему меня не оставляют в покое? Почему прислуга таскается за мной по пятам, а наёмники желают моей смерти? В чём я провинился? Неужели я виноват в том, что родился в семье Амон?

Брошенный взгляд отчаянья не остался без ответа. Девушка-маг встала с места, разгладив складки на подоле пышного платья. Демиан изначально отметил, что, возвратившись домой, его подруга стала выглядеть совершенно иначе: спутанные волосы сменились изящной прической, а дорожный плащ со скудными одеждами превратились в длинное платье с открытым декольте. На шее магессы также появилось дорогое ожерелье, гармонично сочетающееся с серьгами в ушах.

Она подошла к нему, улыбнулась и небрежно убрала прядь, упавшую на лицо. В ней не было ни злобы, ни ненависти. Только сострадание читалось в её светлых малахитовых глазах.

– Ты боишься меня, так?

– Что? – опешил Демиан. – Нет.

– Врёшь.

– Возможно.

– Ты можешь меня не бояться. Тем более, здесь – в сердце прибрежного графства. Я когда-то поклялась себе, что никогда не буду пользоваться магией в местах, где живут люди. Ты многого не знаешь, Амон, далеко не все маги заперты в клетках Терры. Я готова заключить сделку.

– Сделку? – казалось, что на этом Демиан потерял нить рассуждений. Искренняя улыбка магессы сбивала его с толку, но он сохранял бдительность, не упуская из виду ни одного её движения.

– Да, сделку, – кивнула девушка. – Я расскажу тебе о своём прошлом, докажу, что не опасна, помогу разобраться с отцом и наёмниками, а ты откроешь мне, что на самом деле случилось в Ортоге. – она протянула руку с золотым браслетом. – Идет?

Парень не торопился соглашаться:

– С чего я могу тебе доверять? Да, ты привела меня в свой дом, но это ничего не доказывает. Ты маг, а значит, в любой момент можешь стать неуправляемой. Я не знаю, умеешь ли ты отвечать за свои слова.

Лоурен еле подавила смешок, не опуская руки.

– Чему тебя учил наставник в замке?

– Тому, что магия не заслуживает доверия. Моего прадеда чуть не прикончил маг-отступник.

– То были времена смуты, – магесса настойчиво продолжала тянуть свою ладонь. – Я не отступник, и я не собираюсь тебя убивать. Так что скажешь?

Без энтузиазма Демиан ответил на рукопожатие.

– У меня всё равно нет выбора.

– Мы поговорим после того, как ты увидишься с отцом.

– А почему не сейчас?

Девушка кивнула чуть в сторону, и Амон-младший всё сразу понял. Обещанный эскорт прибыл раньше положенного времени. Внизу, на небольшой площади возле круглого фонтана, несколько облачённых в доспехи мужчин спешивались с лошадей. Демиан даже не заметил, как они въехали во внутренний двор.

– С возвращением, папа! – воскликнула Лоурен, помахав прибывшим воинам с крыши.

– Пташка моя! – самый низкий из мужчин снял с себя железный шлем, после чего его лысина заблестела в свете солнечных лучей. – Как же я рад тебя видеть! – его голос, благодаря эху, звучал отчётливо и громко. – Мне бы хотелось поговорить с тобой до того, как Демиан Амон зайдёт ко мне в обеденный зал на чашечку чая!

– Ну, мой отец уже всё решил, – произнесла шепотом магесса, не переставая улыбаться отцу и его соратникам. – Сначала я с ним поговорю, а затем – ты. Я думаю, разговор пройдёт гладко, если ты не будешь говорить с ним о моих особых талантах.

– Я не вижу смысла портить тебе жизнь, – безрадостно ответил мужчина. – У меня всё равно не получится ничего доказать.

– Вот и договорились.

Единственное, чем я занималась всё следующее утро, – это отскабливала засохшую кровь с лица и шеи, сидя на краю медленно движущейся повозки. Короткие волосы назойливо лезли в глаза, а яд всё сильнее отравлял организм, пульсируя в крови. Меня рвало на каждом повороте, а голова болела от дурных мыслей. Кочевники, потерявшие старого вождя, шагали по дороге в скорбном молчании. Я тоже горевала, но совсем о другом, скрываясь от полуденной жары под плотным тентом скрипучего фургона.