Чтение онлайн

Oтар Kушанашвили: Отчетливое понимание людьми, которые их собрали под своим знаменем, что не будь они идиотами, они в Челябинске не соберут и половины зала. Надо быть идиотом, я по себе знаю. Все попытки оснащать свою речь умными словами, но при этом не говорить матом – отсутствие реакции в зале. Надо быть шлюхой, но при этом с золотым сердцем.

Дмитрий Быков: Ааа, вот это. Образ точный.

Oтар Kушанашвили: И Жванецкий, когда Максимову сказал во время телевизионного эфира: «Вы не ругайте того артиста, он в жизни – хороший парень». Почему они все в жизни хорошие парни? Вот почему Леня Агутин дистанцировался от всего этого, он не хочет. Юрий Антонов мне говорит, что не участвует в Песне года. Почему? «Я не хочу с людьми, представляющими инфернальную часть населения страны, иметь что-то общее. Я не хочу быть в соседней комнате с твоими Иванушками». Я говорю: «Иванушки – не самое худое, я их люблю очень». – «Но на сцене-то имбецилы». Другой вопрос – отношение к самому Юрию Михайловичу. Вот история с милиционером, с распусканием рук, очень показательная, но те люди, которых ты встретил в поезде, они на три месяца. Но эти три месяца им говорит продюсер: побудьте дебилами. Парень, Жуков из «Руки вверх», такой же огромный и говорит тоном, как ты, умный парень, но, когда он выходит на сцену, говорит, что надо спеть такие песни подхалимски-мармеладного свойства, чтоб девчонкам нравиться.

Дмитрий Быков: Вот, понимаешь, я сейчас в Челябинске – этот эфир у нас записной, а я сейчас в Челябинске выступаю – так вот должен сказать, что из людей, которых я там знаю, или в Перми, или в Пензе, 90 процентов эту попсу ненавидят. Зачем же они на нее ходят?

Oтар Kушанашвили: Они декларируют или говорят Быкову…

Дмитрий Быков: Они всем это говорят, они так живут, они ходят, чтобы ненавидеть, да?

Oтар Kушанашвили: А вдруг вот ты уезжаешь, а они…

Дмитрий Быков: А, да, «мы Быкова ненавидим, а вот тебя…», да.

Oтар Kушанашвили: Ты приезжаешь из Перми, а они тихонечко идут на концерт.

Дмитрий Быков: Но страна-то умная.

Oтар Kушанашвили: Я знаю. Потому что, когда появился Интернет, среди всего этого какие потрясающие… 15-летний парень приезжал ко мне на съемку – еще пишу для «Советского спорта», там же у Сунгоркина в холдинге – 15-летний парень приезжает и строит предложение, как Быков пишет про Пастернака.

Дмитрий Быков: Там есть замечательные ребята.

Oтар Kушанашвили: 15 лет ему, он учится в обычной школе, таких полно.

Дмитрий Быков: И мои школьники умные очень, и на их цитатах я регулярно зарабатываю. Но скажи, есть ли надежда, что тренд сменится с идиотизма на что-то или мы будем глубже проваливаться?

Oтар Kушанашвили: Нет, глубже не будем. Как это ты когда беседовал с Юргенсом, вот его политика мне нравится, вербальная и поведенческая.

Дмитрий Быков: Да, он внедряет слова.

Oтар Kушанашвили: Как он тебе ответил на: «Про вас написал Пелевин, вы читали?» – «Очень приятно, если это так. Мне ранний он очень нравился, поздний не очень». Спокойно, изысканно.

Дмитрий Быков: Приятный человек.

Oтар Kушанашвили: Я думаю, что я у него вычитал, если я правильно понял его мысль, я не разделяю паникерские мысли, что дальше будет хуже. Я думаю, что все будет нормально, не хорошо совсем уж. Я думаю, что, например, моя 15-летняя дочь лет через 10 будет становиться на ноги уже в совсем другой стране.

Дмитрий Быков: Скажи, по твоим ощущениям, в России будет политический катаклизм или она успеет без политического катаклизма вернуться на более или менее адекватный путь?

Oтар Kушанашвили: Я не верю ни в какие катаклизмы, кроме семейных.

Дмитрий Быков: То есть все произойдет тихо?

Oтар Kушанашвили: Все произойдет тихо. Я не набожный человек, я вот, как Немцов говорит, что 15-го мы проснемся либо в другой стране…

Дмитрий Быков: …либо не проснемся.

Oтар Kушанашвили: Хорошая мысль. Моя мысль, которую я неуклюже – он считает, что раздел будет 15-го. Я думаю, что катаклизм будет в моей семье, если я решусь родить восьмого ребенка. Если бы каждый так полагал, я уважаю Гари Каспарова, полезшего на рожон, я уважаю этих людей, но в России катаклизма не будет, люди не пойдут. Люди живут локальными задачами, они не связывают свое будущее с политикой.

Дмитрий Быков: В этом смысле Грузия гораздо политизированней.

Oтар Kушанашвили: Вот и все, никто не связывает. А я из Киева вернулся вчера, города, придуманного для эпикурейства.

Дмитрий Быков: Они страшно сейчас инициированы этим кодексом налоговым.

Oтар Kушанашвили: Да-да, и мой товарищ говорит: что делать, вовлекли всех в орбиту схваток, драк, ненависти, а как у вас? А я говорю, что не знаю, рожать восьмого или нет, вот с чем я живу.

Дмитрий Быков: Понимаешь, что, когда ты живешь в атмосфере постоянного вранья и воровства, это сказывается и на твоей семье, и на намерении рожать восьмого.

Oтар Kушанашвили: Вот тут я слаб, вот на это я не знаю, чем крыть. Но я говорю про себя, частная жизнь моя. Мне могут предъявить, как я могу быть уверен в будущем моих детей, если…

Дмитрий Быков: Вот да, твоя книга вообще не дышит частной жизнью, она достаточно политизирована, и это внушает определенные надежды. Но ты полагаешь, что твой ребенок молодой будет жить в совсем другой стране?

Oтар Kушанашвили: Да, убежден, по ее поведению. Я отмечал ее день рождения, глядел на нее со стороны и думал, как же у такого урода родилась такая красавица, она ведет себя с людьми по-другому, это совсем другие люди, они не позволят надругаться над собой.

Дмитрий Быков: Про нас тоже так говорили.

Oтар Kушанашвили: Нет, про меня так никогда никто не говорил.

Дмитрий Быков: Скажи, пожалуйста, из молодых «более» менее поющих сегодня людей кто тебе более интересен, на кого смотреть?

Oтар Kушанашвили: Мне очень интересен, в Сити FM на стенде гостей висит фотография его, я выступал за него – Панайотов. Мне очень жаль, что его не поддерживают мощно. Если бы я предъявил кого-то на европейской арене, я бы его повез и тебя бы уговорил сесть в партер, потому что не было бы стыдно за него. Из молодых эстрадных певцов такого вот толка развлекательного. Из барышень, конечно, группа «Ассорти», это пять голосов, которые раскладывают.

Дмитрий Быков: Это немножечко по-другому, конечно.

Oтар Kушанашвили: Их продюсер принуждает репетировать их каждый день. После кончины Айзеншписа из фашистских продюсеров остался только Фридлянд, которому важно, как ремеслом владеют его подопечные. Знание азов уже как минимум выгодно отличает их. И потом спонтанное пение а капелла.

Дмитрий Быков: Я абсолютно разделаю одну из твоих заповедей, здесь написанных: «Я всегда считал песню Митяева “Соседка” шедевром». Это шедевр, говорю тебе честно. У Олега не так много шедевров, но вот то, что «в доме не наточены ножи» – это гениальная песня.