Чтение онлайн

– Иван, слышал?

– Слышал.
– кивнул тот.
– И Главный, и Пасечник, и Салеев. Всю верхушку выбили. Кто бы это?

– Хрен его знает.
– пожал плечами военный.
– Есть идеи?

– Если только на тех, с кем на встречу лететь собирались завтра.
– пожал плечами опер.
– Там большой напряг ожидался, вот те и могли решить разрулить по-своему. Но это теория, толку от нее около нуля. Что делать дальше будем?

С этими словами Усимов поглядел в глаза бывшему наемнику.

– Мы тут за главных остались.
– пожал плечами тот, сложив мощные руки на груди.
– Я у Салеева замом был, командование ко мне переходит. Что скажешь?

– Аналогично по "Пасеке".
– ответил Усимов.
– Оверчука нет, Еременко нет, моя очередь, так сказать.

– Да, Еременко накосячил.
– несколько некстати ввернул Баталов.
– Замом по науке теперь кто остается? Без него нельзя, это доход.

– Зам по науке у нас в подвале сидит.
– усмехнулся Иван.
– Умный, хитрый, все ходы знающий, какой нужен.

– Я так понял, что с остальными они накосячили немало.
– заметил Баталов.
– Тоже грех все прощать. Да и вообще...

– А нам только Домбровский нужен.
– улыбнувшись, ответил Усимов.
– Остальные лишние. И еще у Бурко были с собой компакт-диски с допросами, надо бы их изъять и ко мне в сейф спрятать.

– К нам в сейф.
– поправил его Баталов.
– Копии снимем.

– Договорились. Граната есть?

Баталов молча похлопал по гранатной сумке.

– Тогда пошли вниз.

Стальная дверь в подвал захлопнулась за спиной, со всех сторон обступила тишина.

– Дай гранату.
– сказал опер, протягивая руку.

– Я сам.
– ответил Баталов, отстраняя того от двери.

Громыхнул тяжелый замок, дверь открылась. В пустой тесной камере без мебели сидели на полу двое - испуганные, грязные, один с кровью на лице, потому что Бермана "ломали" быстро и энергично.

– Привет.
– сказал Баталов и закатил внутрь РГД-5.

Дверь захлопнулась, оттуда приглушенно донеслись крики, затем грохнуло. Грохнуло неожиданно громко, крики затихли.

Еще дверь, за которой обнаружился перепуганный почти насмерть Домбровский.

– Николай Ильич.
– улыбаясь, обратился к нему Усимов.
– Должен сообщит вам пренеприятнейшее известие...
– тут он выдержал паузу, с удовлетворением наблюдая, как на штанах бородатого системного аналитика быстро расплывается темное пятно.
– ... Господин Бурко погиб в результате покушения на него со стороны неизвестных. С ним погибли генерал Пасечник и полковник Салеев. Покушение произошло на торжественном митинге по поводу запуска литейного цеха.

– Как?
– не понял тот, даже не замечая своего конфуза.

– Снайперы застрелили.
– ответил Усимов на вопрос "как".
– С крыши, из дальнобойных винтовок. Хорошие снайперы, профессионалы. Но разговор не об этом, в общем, а о том, что у нас есть с вами прекрасная возможность забыть все неприятные разговоры, что велись в этом здании.

– Не понял...
– совсем растерянно сказал Домбровский, скомкав бороду.

– Власть сменилась, если проще.
– ответил тот.
– На место Главного кандидатур нет. И не будет, Главный был один. Я заменил Пасечника, майор Баталов - Салеева. Вы возвращаетесь на свою работу, потому что кто-то должен рулить наукой. Мы не сумеем. Согласны?

– Да! Конечно!

– Тогда вы свободны. Сейчас поедем обратно, там вы брючата свои смените, а то что-то промокли они у вас...
– не удержался от издевательства Иван.

– Ой, простите!
– засуетился Домбровский, пытаясь натянуть подол свитера на мокрое место.

– Да ладно, с кем не бывает? Один раз - не педераст!
– захохотал собеседник, похлопав ученого по костлявому плечу.
– Поехали из этого неприятного места.

– А... Боря со Славой?

– У них несчастный случай произошел.
– ответил Баталов.
– При обращении с гранатой. Гранаты эти такие... безобразие, в общем. О, слышите? Кто-то уже ожил.

Действительно, из-за соседней двери доносился чей-то дикий крик, вскоре затихший, правда.

– Поехали, Колян, поехали.
– подтолкнул Домбровского к выходу Усимов.
– Не зависай. Мне еще с жилплощадью сегодня разобраться надо, а то в "господском доме" все больше не те люди живут, надо обмен произвести. А ты жену гони, у тебя же новая на рабочем месте, а?

Домбровский неожиданно покраснел, и Усимов снова захохотал.

– Не ссы, Коля, все будет как на воле!

Белявский появился неожиданно, весь какой-то ошалевший, мы как раз в столовке на завтрак рассаживались. Я был сонный, равно как и сидящая рядом Татьяна - дорвались, называется. Хоть в нашей общажке места для секса не было, приходилось выискивать укромные уголки, но все же находить их получалось. А то как прорвало, то все время в напряге были, а теперь вроде как самое страшное позади.

– Серый, ваш выезд на аэродром отменяется.
– сказал белобрысый старлей.
– Уполномочен тебя поставит в известность, так сказать. Мы с вами сегодня строимся - и маршем в "Пламя".

– А чего так?
– удивился я.
– Бурко вообще зассал на контакт идти?

– Грохнули вашего Бурко.
– усмехнулся Белявский.
– И двух его замов. Тебе привет от Пантелеева.

– Во-от как!
– протянул я.
– Ну тогда все как надо, есть все же справедливость! Эх, кабы не марш, точно бы напился. Это отметить стоит.

– Серый, в "Пламени" отметим.
– влез в разговор Леха.
– В стельку, в дым, в задницу. А если Пантелеев еще и жилплощадь нам выделил, то можно и новоселье до кучи.

– Точно, дом не обмыть - сгорит обязательно.
– авторитетно заявил Шмель.

– Алкаши, блин.
– фыркнула Аня.

– Не тебе судить, мала еще.
– наставительно отозвался Леха.
– Тебе пока только убивать можно, а пить нельзя. И еще долго нельзя будет, тебе когда двадцать один?

– Поболтай!
– разозлилась она.
– Убивать мне как раз можно, этого достаточно.

После завтрака столкнулся с Валерой и его вечными спутниками, Матроскиным и Швили.

– Слыхал чего за дела?
– пожал тот мне руку.
– Привалили Александр-Свет-Владимировича со всеми подвывалами. Не прилетит он тебе на встречу, не обнимет и руку не пожмет. Кто его так, а? Не знаешь?