Чтение онлайн

– Всем взять оружие, с расчетом на короткие и средние дистанции боя, и дробовики мужикам подвесить, – добавил я. – Только к запасному патронов тоже побольше берите. Мало ли! Татьяна, Павел, вас особо касается и вас особо проверю: если у кого обнаружу незаряженную рацию – расстрел на месте и вечный наряд по вычесыванию кота. Всем головную гарнитуру. Всем подготовиться сегодня, а в пять тридцать утра проверю готовность каждого.

Предупреждение насчет трансиверов вообще-то касалось всей женской половины нашей команды. Я даже их взглядом обвел, хоть вроде ко всем обращался. Не знаю почему, но если держать оружие и снаряжение в порядке они умели все, то с тем же успехом все забывали заряжать радиостанции. Вот тоже загадка природы… А вычесывать лохматого Барсика тоже приходилось регулярно, он, как и подобает всем «персам», путался со страшной силой. Пропусти пару дней, и колтуны гарантированы.

Едва закончил с постановкой задачи на завтра, к нам подошла та самая широкая в статях женщина, которая чуть не сшибла меня с ног в дверях компании «Логософт» после нашей спасательной операции. С ней были рослый и упитанный парень, под расплывчатыми очертаниями фигуры которого угадывались все еще неслабые мышцы, и второй, среднего роста, светловолосый, улыбчивый. У обоих мужчин на поясе висели пистолеты ПМ в штатных военных кобурах.

– Привет! – поздоровалась с нами женщина, на которую все озадаченно посмотрели. Кроме меня, программистов никто не знал и не видел.

– Привет! – откликнулся я и показал рукой на пустые стулья возле нас.

Визитеры присели, женщина взяла инициативу представления в свои неслабые руки:

– Я – Алена, фамилия моя называется Кабакова, и я директор спасенного «Логософта», – представилась она, а затем отрекомендовала спутников: – Вот это Володя Марченко, но можно называть Володей Большим. Или просто Володей, потому что Володя Мелкий у нас погиб, наверное, – помрачнела женщина. – А вот это Валька Пушков, наш главный электронщик и электрик. Если что требуется сломать или переделать – сразу обращайтесь. Если вам программы программировать надо или что подобное – тоже обращайтесь, и не только к Вальке, мы с радостью.

– Обратимся еще, – усмехнулся я и спросил: – Как вас устроили?

– После спальников на офисных столах и под столами – замечательно, – ответил Володя Большой. – После этого на нормальной кровати валяться – это как в рай угодить. Прижизненно.

– К делу вас уже пристроили?

– Нет пока, – ответила Алена. – Обещали пристроить, но сейчас все зверски заняты, не до нас. Поэтому пока все на разных работах. Избы строим, детский сад оборудуем и прочее подобное. А послезавтра, сказали, уже по специальности начнем.

– Они здесь что, научный центр замыслили? – спросил нас Большой.

– Вроде того, – кивнул Леха. – Будут изобретать науку нового мира, если можно так выразиться. Ну и вроде бы спасать науку старую. Или что-то в этом духе.

– Говорят, что вскоре начнут набеги на всевозможные институты и КБ просто за техдокументацией и техлитературой в библиотеки. А вам, наверное, поручат монотонно перегонять все в цифру и записывать на оптику, – добавил я.

– Тоже надо, – ответила Алена. – Пока в офисе сидели, было время подумать. Даже сами перегнали на диски и флэшки все-все, что у нас полезного и бесполезного было. Мало ли когда пригодится? Даже харды повынимали из наших компов, с собой притащили.

Я подумал, что вот кто-то еще проявил разумный подход. Не все же о добыче тушенки заботиться, этого для выживания недостаточно. Этого достаточно для одичания. И насчет того, что профессия программера не востребована будет, – тоже фигня. Компьютеров остались миллионы. Если даже новые процессоры и новые поколения разрабатываться не будут, то запчастей из разобранных хватит на поддержание жизнедеятельности работающих лет на сто, наверное. Тем более что с электричеством будут проблемы, питать придется от движков, так что использоваться они будут более чем бережно.

– Я смотрю, теперь при оружии? – спросил я.

– Верно, даже на ночь не расстаюсь. И каждый день тренируюсь с ним, – сказал Пушков. – Вы бы посидели недельку, скажем, в конторе, где не то что оружия, а даже монтировки нет, а за дверью мертвецы…

– Это точно, – кивнул Большой. – У нас, считай, хороший парень так и погиб. Друг мой. Вообще защититься нечем было. Ощущения ниже плинтуса, такая беспомощность. Я же этого мертвяка пополам могу переломать, силы хватит, но пока одного ломать буду, другие искусают. Вот и сидели, ждали, пока найдется кто-то добрый и спасет. Хорошо, что вы плакат заметили.

– А если бы никто не поехал, то что бы делали? – спросил я.

– Не знаю, – мотнул тот лохматой головой. – Не знаю. Может, попытались бы прорваться, а может… Нет, не знаю. Лучше из окна выпрыгнуть было, чем до первого этажа с детьми на руках. Как представишь…

– Много там зомбей было? – спросил меня Леха.

– До фига. Наверное, больше полусотни завалили, – ответил я, подумал и добавил: – Да нет, какой там полусотни… они нас чуть не смяли! Больше… И еще поодиночке отстреливали на этажах и в офисах.

– А откуда их там столько? – удивился он.

– Мне кажется, не повезло зданию, – сказал я. – Там лестница одна, выход один, лифт отключен был. И кучка мертвяков скопилась внизу. Безоружные люди пытались уходить, но нарывались на мертвяков. Были покусаны. Отбивались с грехом пополам, бежали обратно, прятались, где и доходили до кондиции. И оставались в здании, увеличивая количество зомби и делая выход вообще невозможным.

– На твой взгляд, не уйти оттуда было? – уточнил Леха.

Программисты к разговору прислушивались.

– Не уйти, – совершенно искренне ответил я. – Мертвый номер. Тесно и зомби полно. Они же, сволочи, цеплючие, один вцепился, и уже не оторвешь, ну и хана – остальные разорвут. Мы вшестером перли наверх, так я четыре магазина расстрелял, хоть ни одной очереди длиннее трех патронов не было. И шел не первым. До пистолетов доходило.

– У нас Мелкий сумел выбраться все же. В машину даже прорвался и уехал, – сказал Большой. – Но, как нам показалось, куснули его, когда он в машину садился. Поэтому и не доехал никуда.

– Невероятно, – поразился я. – С десятого этажа? Без оружия?

– Не было у нас оружия, – вздохнул здоровяк. – Мелкий ловкий был по жизни, как обезьяна. Сам подписался, ну и почти прорвался. Чуть-чуть больше ему везения, и вырвался бы.

– Нам бы всем везения побольше, – неожиданно заявила Алена и задумалась.

Да уж точнее и не скажешь, хоть и банально звучит.

4 апреля, среда, вечер