Чтение онлайн

Так мы и сделали, как он посоветовал. Бумагу с толстым черным маркером мы прихватили с собой, сообразили, что придется объявление писать, поэтому через минуту за лобовым стеклом «мицы» красовался большой белый лист с черной надписью: «Поменяем или продадим. Цена при торге».

С ценами вопрос был пока и вправду сложный. Как поведал нам дезертир, не установилось еще каких-то конкретных. Судя по всему, этот самый рынок и должен был установить какие-то первоначальные обменные курсы одного товара на другой. Единственное, что уже становилось ясным, – в главную валюту превращались патроны, драгметаллы и водка с сигаретами.

Рынок напоминал сцену из какого-то фильма, изображающую толкучку в прифронтовой полосе или что-то в этом роде. Из репродукторов, поднятых на столбах, неслась хрипатая музыка, и не что-нибудь, а «Владимирский централ», посетители и продавцы были в большинстве своем вооружены и одеты в нечто полувоенное, под какими-то навесами в углах рынка собирались маленькие кучки людей, и там что-то выкрикивали то ли зазывалы, то ли еще кто-то. Я присмотрелся и обнаружил там самых обычных лохотронщиков, привычную деталь пейзажа любого базара перестроечных времен. И теперь вот никуда не делись. «Сколько выигрышных билетов? Сразу два! У нас два победителя! Кто из них получит главный приз?»

Забавно. И народ ничему не учится, вон кто-то уже свой автомат ставит, искренне полагая этой своей последней отчаянной ставкой отыграть все затраченное, не понимая, что пьяненький и замухрыжистый мужичок, его противник, фигура подставная и выиграет он по любому.

Привлекло внимание объявление на фанерном щите, приколоченном к столбу: «Каждый день – розыгрыш приза! Лотерейные билеты продаются у администрации рынка». И стрелка показывала на незнамо откуда появившийся здесь туристический автобус невероятно роскошного вида, стоявший у стены. У дверей стояла яркая блондинистая деваха, рядом с ней – крупный молодой мужик с короткой стрижкой и висящим на плече «Витязем» – самым современным из современных пистолетов-пулеметов. Где и нарыл такой? Там же, при них, топтались еще два молодых парня в камуфляже, с автоматами на груди. Похоже, что эти тут за главных.

Рядом с автобусом был грубо сколоченный деревянный стол с навесом над ним, за которым сидели и пили пиво из бутылок трое крепких парней в своеобразном прикиде – дорогих разгрузках поверх спортивных костюмов. У всех троих по АКСМ через плечо. Эти на дезертиров непохожи, скорее на тех братков, с которыми мы сцепились у шмелевского сервиса, когда за машинами ездили.

К радости моей, на девушек наших не косились и их воинственный вид не комментировали. Или было заметно по ним, что оружие не для красоты, поэтому не рисковали, или просто проблем никто не искал. А может быть, причиной было то, что рынком явно заправляли местные, а не выходцы с Кавказа. В общем, такой проблемы не возникло, хоть я ее и ожидал.

– Так, ну и что здесь где? – спросил Леха, оглядываясь. – С чего начнем?

– Давай с одежды, обуви, – сказал я. – А то у нас все по форме, по территории пройтись не в чем. Я даже кроссовки из дома взять не сообразил, а теперь в берцах даже до бани спускаться приходится, в подвал.

Страдал от недостатка нормальной одежды не я один. Когда планировал свой «тревожный чемодан», все на какие-то экстремальные условия оглядывался, а вот то, что придется где-то просто жить, даже не учел. И когда «Ашан» потрошили – тоже не озаботились, всякое другое для себя гребли. И вот подперло.

Одеждой всевозможной торговали широко, в нескольких составленных в рядок автолавках и в на скорую руку возведенных фанерных павильончиках. Она висела, лежала ворохами, наваленная на прилавки, мешки и коробки. Особенно привлекла меня вывеска известного в Москве магазина спортивной одежды, криво приставленная к кособокой лавочке. Товара там тоже хватало. Мы вчетвером туда и направились.

– Чем могу? – спросил нас невысокий мужичок с сигаретой в зубах и в дутом ярко-красном жилете, натянутом на «кенгуруху».

На ремне через плечо у него висел компактный черный «Кедр» с коротким магазином. В глубине лавки, у грубо сколоченных полок, возилась какая-то крашенная в ядовито-белый цвет тетка с чудовищно яркой помадой, одетая в спортивный костюм и баскетбольные кроссовки такой бешеной расцветки, каким бы любой негр из гетто позавидовал.

Татьяна показала на вывеску и спросила, усмехнувшись:

– И что, все правда?

– Девушка, а вы как думали? – засмеялся мужик. – Сами здесь шьем, что ли? Выгребли ребята целиком магазин, что на Садовке, и сюда все привезли. В Москве такого добра до небес, надо до него лишь добраться.

А и вправду, откуда всему этому браться? А вывеску, небось, для смеху еще отломали.

– Сам катался? – спросил Леха.

– Нет, я только торгую, – ответил мужик. – Пацаны знакомые команду сбили, привозят из города и дают на продажу. Вон, девушки, у соседа шубы норковые, какие по десятке косых висели, продаются. И отдаст недорого, кому они теперь нужны? Бушлаты военные охотней берут.

– А я бы костюмчик спортивный взял, – сказал я. – И кроссовки, например. Почем отдаешь? Ну и не только я.

– Тебе в чем посчитать? – чуть озадачился он. – В патронах? Что у тебя?

– Автоматы у меня есть, почти новье, складские, – ответил я. – «Весла» семьдесят четвертые и «укороты». И «Макаровы». И «моторолы» есть простенькие, туристические, в упаковке.

Патроны, как я услышал про то, что в них цены и рассчитывают, решил придержать. Раз уж это деньги, то их на сладкое, сначала товар на обмен.

– Ага… нормально, – кивнул мужик. – Это все продается, проблем не будет. Только с ценами посчитаться надо. Если кому еще что-то нужно, сразу думайте, я потом у мужиков за «моторолы» спрошу, почем они пойдут и надо ли кому?

У «спортивно-одежного» мужика провели чуть не час. Пока выбрали, пока померили, пока пересчитали это все в наш товар. Продавец несколько раз бегал в другие лавки, оставляя на хозяйстве крашеную тетку, возвращался, торговался. Остались мы без двух «весел» и двух комплектов радиостанций, зато оделись с ног до головы, заодно набрав барахла на всю группу. К смеху моему, мужик упаковал покупки в фирменные магазинные пакеты – огромные картонные коробки с ними мародеры, дербанившие магазин, тоже вывезли.

Я прикинул – нормально получилось. Видать, пока одежды много натащили, людям не до нее еще, по большому счету, вот и торгуют по бросовой цене, а оружие нужно постоянно и всем. И два комплекта простеньких трансиверов оторвали чуть не с дрожащими руками. Это понятно, радиостанций с мобскладов не наберешь, да если бы и набрали, то раздавать их бы никто не стал, самим пригодятся.

На территории было четыре ангара, цилиндрических, железных, таких же, какие были на складах в Бирюлеве, где мы сцепились с чеченцами. Тот, что в центре, прочно оккупировали торговцы оружием, как мы поняли. Расположились с комфортом, разложив товар в ящиках вдоль стен и оборудовав себе в уголке место для посиделок, где на столе, на расстеленных газетах, красовалась открытая тушенка, черный хлеб и водка, окружая огромную банку соленых огурцов, выставленных посередине.