Чтение онлайн

Чем больше я говорил, тем угрюмей и растерянней становилось лицо Тара, а его веки расширились от услышанного. В какой-то момент справа от я ощутил чьё-то присутствие, а из-за гобелена с гербами вдруг выглянула голова полуальва и судя по его мрачной физиономии тот всё слышал.

— Вижу и братца своего сюда притащил, — скривился презрительно я, гневливо сплёвывая на пол, а после вновь посмотрел на потрясенного Тара. — Теперь достаточно объяснений? Из-за тебя пострадали тысячи невинных людей! Из-за твоего появления. Из-за тебя пострадали те, кто не мог за себя никоим образом постоять! На смерть воинов и одарённых мне плевать! Но люди, которые не способны себя защитить погибли зря. Они погибли из-за ВАШЕГО вмешательства.

— Ранкар… я… я не знал, — беспомощно просипел Лазарев, начиная понимать масштаб случившегося бедствия. — Я… я не думал, что…

— Твой сраный папенька-Хранитель не научил тебя, что нужно нести ответственность за свои поступки?! Что незнание не освобождает от ответственности? А может твоей отец-Хранитель умеет возвращать людей к жизни, а? — но судя по их растерянным физиономиям мёртвых воскрешать никто не умел. — Ну если он на такое не способен, то забирай своего грёбаного братца и катитесь прочь! Заговоришь со мной еще раз, — ледяным тоном прорычал я, швыряя его тело в сторону, — и я что-нибудь тебе отрежу…

Более Ранкар Хаззак ничего не сказал и опалив двух молодых иномирцев глазами, быстро удалился прочь. Шаги Влада напоминали прощальный набат. Ни Фларас, ни Зеантар не могли поверить в то, что услышали.

— Как понимаю, всё прошло не лучшим образом, — удрученно сглотнул полуальв.

— Нет… Что же я натворил… — пристыженно простонал Захар младший, хватаясь за голову и медленно сползая по стене до пола, бледнея с каждой секундой всё сильнее. — Я столько бед принёс и даже не знал об этом. Идиот! Кретин! Конченный урод! Я начудил так, что за всю жизнь не отмоюсь. Мама Инарэ и батя так хотели всё исправить, так хотели вернуть его, а я… я испоганил их труды и загубил всё на корню…

— Виноват не только ты, но и я, — могильным тоном прошептал Фларас, присаживаясь рядом с братом. — Нужно идти к отцу, Тар, без него и Бетала тут больше не обойтись. Мы и так всё усугубили. Теперь он ненавидит не только маму Инарэ и отца, но и нас тоже.

— Я опасаюсь того, что будет, когда он узнает правду, Рас, — сокрушенно пробормотал Зеантар. — Очень опасаюсь…

Дамы и господа, прошу прощения за очередную задержку, но с каждым разом прописывать такие сцены всё сложнее и сложнее. Но очень надеюсь на то, что вам понравилось.

Ну и чтобы хоть как-то сбавить градус вины за задержки с выкладкой представляю вашему вниманию сразу четыре арта с персонажами.

Представляю вашему вниманию сразу четырёх глав великих домов Аххеса.

Данакт «Дракон Ксанта» Ксант.

Гуарт «Железный Лев» Урелей.

Хаймон «Несокрушимый Бастион» Аванон.

И сильнейший глава первого по силе Великого дома.

Леонел «Пепельный Король» Иан.

Глава 23

Вызов…

Земля. Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Резиденция таинственного рода Лазаревых.

Покои хранителя Земли.

Несколько часов спустя…

Во время признания Тар прекрасно видел лицо отца. Видел удрученную физиономию Бетала. Видел растерянное лицо родной матери и остальных родственников. Видел осунувшееся и слегка растерянное лицо Инарэ. В последнее время ей становилось всё хуже, но именно сегодня она бодрствовала.

Сын хранителя Земли признался во всём. Признался без утайки и экивоков. Признался в том, чего не знал до сегодняшнего вечера. Признался в том, что из-за его вмешательства погибли люди.

С каждым словом физиономии родственников выражали весьма противоречивые эмоции. Лишь один из всех собравшихся ничуть не изменился. С начала истории и до последнего момента лицо отца являлось беспристрастным и сосредоточенным.

— Только не вините Раса. Идея была моя. Отец, мама Инарэ, — покаялся искренне парень, завершая свой рассказ, — простите, что так вышло. Я не знал и… не хотел, чтобы всё именно так законч…

Резкий и звонкий звук прервал все стенания молодого мужчины на корню, а Прасковья Лазарева оказалась в эпицентре внимания. Не дав родному чаду договорить, она отреагировала первой и с подавленным лицом «одарила» сына увесистой пощечиной. Зеантар-младший даже не шелохнулся и с пристыженным видом взглянул на женщину, веки которой краснели с каждым мгновением всё сильнее.

Один Катаклизм ведал, что происходило на душе у княгини Лазаревой из-за произошедшего.

— Ты… говорил… мне… что вырос! Твердил об этом… из раза в раз… — хрипло прошептала Прасковья, то и дело запинаясь и глотая слова. — Но сейчас… Сейчас я вижу перед собой… взбалмошного и непоседливого мальчишку, что и двадцать лет назад… — на миг образовалась гнетущая пауза и княгиня быстро обернулось к мужу и Бездне. — Инарэ, дорогой, мне так жаль. Я…

Довести извинения до конца женщина не смогла, потому как ни с того ни с сего Бээаллинарэ заключила Тара и подругу в объятия.

— Он не виноват, — тихо пробормотала она, выдавив из себя улыбку. — А ты и подавно. Это всего-навсего роковое стечение обстоятельств. Я не держу на вас зла.

— Ох, Инарэ, прости еще раз. Прости меня, и Захара, — расчувствовалась Прасковья, утирая с краешков глаз влагу. — Всё это действительно какое-то проклятие… Всё, что происходит с Владом и то, что…

— Он всегда был таким.

Прозвучавшие слова заставили женщину замолчать и все как один уставились на Бетала. Даже князь Лазарев с непроницаемым лицом посмотрел на старика.

— О чем ты?

— Сколько я его помню Влад всегда был таким, — с печальной улыбкой повторил Каберский. — У него обострённое чувство справедливости, а вкупе с его норовом и наследием всё становится только сложнее. Он прекрасно понимает, что никакой справедливости в мире нет и никогда не будет, а работая на синдикат и совершая за них уйму грязной работы, все эти «атрибуты» парень возвёл в настоящий абсолют. К смерти тех, кто может за себя постоять, к смерти тех, кто заслуживает такой участи — он относится с безразличием и ужасающим холодом. Но те, кто не в силах этого сделать, те, кто считается невинными, — именно этот факт пробуждает в нём бурю различных эмоций. Плюс пострадали те, кто заботился о нём. Юный господин Тар, госпожа Прасковья, — вдруг обратился старик к Захару-младшему и к женщине. — Как бы грубо это ни звучало, но не принимайте сказанное вашим братом и сыном слишком близко к сердцу. Так сложились обстоятельства. Вскоре он сам это поймет. Влад всегда любил повторять: «Нет зла, как и нет добра. Есть только разумные, которые преследуют свои цели и обстоятельства».