Чтение онлайн

Она сотворила себе защитный круг, магический полог и расстелила походный диван — дивную волшебную вещицу, не раз выручавшую её. Когда–то давно, они с мастером его как–то сделали на уроке предметной магии. Теперь Лайла всегда таскала с собой матрицу дивана, что был в её распоряжении, стоило только потратить чуточку силы на его активацию. Перед сном волшебница ещё раз проверила астрал: всё было абсолютно спокойно.

Витольд попытался заснуть. В палате, кроме него, было ещё трое. Прыщавый худой солдатик, сосед у двери, попробовал поинтересоваться у новичка, почему он тут оказался и как его зовут, но Витольд на первый вопрос ответил, что не знает, а на второй что не помнит. Потом была суета с уколом. Этот солдат, которого, как понял де Льеро, звали Серёгой, с интересом наблюдавший за новеньким, обратился к соседям по палате:

— Странный он какой–то…

— Ну… псих, наверное, — ответил Толик.

— Или съел какой–нибудь дури, или довели придурки, гляди — одни кожа да кости, небось, совсем затрахали салафона! — подвёл итог чернявый Витька.

— Толик, а ты как сюда попал? — поинтересовался Серёга.

— Да прикольная история была. Наш комполка поставил нас охранять его квартиру. Ну, у них там накладка какая–то вышла в исполкоме, ну и дали ордера на одну и ту же квартиру полкану и кому–то из гражданских. Полкан, узнав, просто осатанел. Ну, вызвал меня, да ещё Шурика, ну и приказал, мол, идите и квартиру охраняйте. Ну, в общем, приказ был, что теперь это наш пост, и надо нести караул, со всеми вытекающими, а через два часа полкан пришлёт смену. Ну, и ещё приказал, — тут Толик начал картавить и рубить слова, видимо подражая полковнику, — «И чтоб пускали в квартиру только меня и мою жену, а если увижу кого постороннего, то не обижайтесь — пойдёте под трибунал за нарушение караульной службы». Ну а сам он пошёл в исполком, значит, права качать. Ну, мы попёрлись в ту квартиру, с калашами, ну как положено. А оказалось, что тот хмырь уже успел не то чтобы вселиться, но занять квартиру. Ну, мы и призадумались, помня в каком бешенстве был полкан, ну, мы и решили его из квартиры выкурить. Начали в дверь колотить, а он ну ни в какую! Заперся там падла, и сидит. И так и этак — ни фига! Надо дверь ломать, а как? Ну и как это сделать? У меня меньше семидесяти килограмм весу, а Шурика так вообще с очка сносит от ветра. Ну, мы и прогулялись по дому — кругом стройка, ну значит надыбали мы трос металлический, хороший такой, привязали к одному концу крюк стальной, ну а к другому кусок арматуры килограмм на десять. Ну, крюк мы потом прикладом забили в глазок двери, а арматуру положили в лифт и отправили его вниз. Ну и прикол же был! Мы ну даже сами не ожидали такого — дверь выломало на раз–два, да так быстро, что я не успел увернуться и меня этой дверью о косяк лифта и звездануло. Шурик уж один того кренделя из квартиры калашом выгнал… ну а меня потом сюда, как смена караула пришла. [1]

— Силён ты «нукать» однако! А дальше–то что?

— А что дальше? Полкан вроде был доволен, а у меня сотрясение. Ну, а сам–то как попал сюда?

— А надо мной одноклассники решили приколоться. У меня, короче, день рождения вчера был, а эти придурки, короче, присылают телеграмму, срочную, прикинь! И там дословно: «Серёга, дуб спилили, поздравляем с днём рождения!». Прикинь, а мы после марша были, никакие, еле ноги отбросили, только глаза прикрыли, а тут ротный командует подъём, построение, и зачитывает телеграмму перед строем. Наши–то ребята порыготали, да спать пошли, а в третьем отделении Паша был — у него килограмм под сто двадцать, и два метра роста — деревенский, он у них там, наверное, быков забивал кулаком. Было дело, когда–то, он на спор гвоздь ладонью забил в стену. Но мозгов — вообще нет. Он и рассвирепел, припёрся и давай выяснять, что за дуб. Я ему как ни пытался объяснить, он ни в какую! Не понимает шуток и всё тут! Короче, озверел он окончательно и заехал мне в ухо, да так что я отлетел и головой об угол тумбочки. Очнулся уже здесь. Такой вот у меня день рождения прикольный вышел.

— Да уж, пошутили… Витька, а ты чего?

— Я тут уже неделю… нервный срыв, — от этих слов Серёга от смеха взвыл:

— Ты что армии испугался что ли?

— Та иди ты! Тебя бы так! Я в танковых войсках обретаюсь. У нас, как и у вас, с солнечного чуркистана полно чернявеньких, они с гор за солью спустились, ну их и загребли. По–русски ни в пень–колоду, ни фига не понимают, и вообще, окромя своих кишлаков в жизни ничего не видели. Короче, шо ни поручишь — нереально добиться, невозможно объяснить. У меня в расчёте был как раз такой уникум — Ахмед, блин, если увижу, убью гада! Короче, в танке, когда стреляешь, если снаряд не сработал, то надо подождать минуту, и токо потом его вынимать. А то может рвануть с опозданием. А если танковый снаряд внутри танка рванёт, сам понимаешь, шо будет. Ни фига не будет, у нас пару месяцев назад в третьей роте рванул: башню, она, кстати, до фига тонн весит, вынесло за двести метров, а от расчёта не нашли даже костей. Вот и стреляем мы на полигоне, этот Ахмед сидит впереди и заряжает–разряжает. Снаряд не выстрелил, этот мудак, тут же открывает заслонку… Я так перетрухнул, шо саданул его со всей дури по голове, он видимо от неожиданности заслонку закрыл, и в этот момент снаряд как <еб-т>! Как начал я этого Ахмеда бить, он выскочил из танка, бежит, я за ним. В общем, его куда–то после этого пристроили подальше от танков, а меня в госпиталь, нервы слегка охладить. Как вспомню, так до сих пор пробирает, в танк больше не сяду, даже под расстрелом!

— Харэ болтать! Пошли пулю пис'aть, — предложил Толик.

Соседи по палате продолжили писать «пулю» и больше внимания на мастера не обращали. Де Льеро мало что понял из рассказов ребят, и решил это осмыслить чуть позже, а сейчас лучше попытаться уснуть. Пока день он практически ничего не мог сделать на виду у кучи народа, и поэтому решил копить силы, чтобы быть, насколько это в таких условиях возможно, более или менее бодрым ночью.

Постепенно вечерняя суета стихла, Витольда ещё раз, на ужин, накормили совсем маленькой порцией чего–то съедобного, но не очень калорийного и совершенно невкусного. Когда в палатах выключили свет, Витольд решил, что пора действовать, и если он не хочет погибнуть от истощения в этом бедном на магию мире, ему срочно нужны калории, любые, лишь бы было съедобно. Мастер мысленно отдал приказ Граалю «успокоить» окружающих. Впрочем, подавляющее большинство и так спало, их сон только стал глубже. Единственным бодрым, и даже очень был недавно заступивший на смену медбрат, что–то пишущий на посту в конце коридора. Витольду пришлось приложить значительные усилия, чтобы и его заставить уснуть.

Мастер осторожно встал, качаясь от слабости, сделал несколько шагов. Выругался про себя по поводу бывшего хозяина тела: до такого состояния доводить собственную телесную оболочку было кощунством, мало того, что в теле была целая куча болезней, так ещё и физическая подготовка оставляла желать лучшего. Впрочем, вспомнив о том, насколько здесь трудно оперировать астралом, мастер решил, что он не совсем справедлив к бывшему обладателю своего тела.

Витольд прокрался к двери, выглянул в коридор. Убедившись, что все действительно спят, мастер начал передвигаться вдоль стены, применяя слабенькое поисковое заклинание. Радиус его действия был до обидного мал, мастер уверен, что на Кердане даже его крестьяне, кто хоть чуть–чуть одарённей, могли применять простой поиск в радиусе большем, чем пять–семь шагов. Сейчас же, даже пять шагов были для Витольда роскошью. Магический ответ оказался совсем слабеньким, и только колоссальный опыт помноженный на мастерство, позволяли мастеру отличать фон съедобных вещей от несъедобных. Еды практически не было, точнее, были какие–то крохи в тумбочках других солдат, но Витольд решил, что пока не будет их брать. Нужно найти что–то более существенное, в идеале желательно найти еду в таком количестве, чтобы можно было скрыть следы воровства, но, похоже, этот вариант приходилось заранее отбросить. Лучшее, на что можно надеяться, это сделать одну единственную кражу, в силу того, что при любой краже можно наткнуться на чьё–то охранное заклятие. На борьбу с одним заклинанием, как он надеялся, сил должно хватить, но вовсе не на несколько, и поэтому он сейчас маг решил ограничиться только одним преступлением.

Витольд уже дважды прошёл по коридору и был разочарован тем, что еды практически не было. Лишь около одной комнаты «фонило» более существенно, и то по оттенкам обертонов фона он заключил, что вещи там принадлежат скорее к категории съедобного, чем к еде:

«По–видимому, какие–то лекарские снадобья», — решил мастер.

Внимательнейшим образом осмотрев дверь, он убедился, что охранных заклятий на ней нет, зато есть какой–то примитивный замок, странной, но относительно простой механической конструкции. Моментальная концентрация энергии и язычок замка треснул. Удивительно, но мастеру удалось почти не затратить энергии для разлома металла. Мгновенное и самое поверхностное сканирование показало, что в язычке уже наличествует несколько дефектов, и, после небольшого расчета напряжённостей, хватило лишь незначительной подпитки крошечного участка металла в заданном направлении, чтобы металлический брусок треснул пополам.

Зайдя внутрь, мастер увидел что–то, похожее на алхимическую лабораторию: всюду стояли пузырьки с разными веществами, но, присмотревшись повнимательнее, он понял, что здесь был скорее алхимический склад, чем лаборатория, так как не было видно никакого алхимического оборудования, кроме простейших весов и некоторого количества чистой посуды.

Мастер направил энергию астрала себе в руку, сопутствующая любому колдовству в этом Мире тупая боль почти сразу же начала отдавать в висках. Поморщившись, мастер принялся за работу: он проводил рукой над очередным флаконом и если содержимое было съедобно, отправлял его в рот. На удивление, оказалось, что большинство хранимых веществ было не только съедобным, но и достаточно калорийным, вследствие высокого содержания крахмала или сахара. Правда, обычно с мелкими примесями чего–то ядовитого, что вынуждало волшебника производить магическую деактивацию ядов. Надо сказать, что полученное Мастером алхимическое образование было весьма основательным, и теперь это очень пригодилось.

Рука, напитанная энергией в сочетании с вызванной Базовой Алхимической Руной, порождала в мозгу яркие образы формул, и мастеру приходилось, как во времена ученичества, моментально находить путь катогенеза яда. Здесь это было даже проще чем на Кердане, так как мизерная астральная постоянная позволяла не принимать во внимание астральные проекции ядов, они были тут все «плоскими», распластанными по трёхмерному пространству, однако это с лихвой компенсировалось заковыристостью формул. Большинство увиденных веществ Витольд никогда не встречал на Кердане. Впрочем, это не имело большого значения, молекулы можно было дробить, используя общие принципы, без учёта специфики: «ломать — не строить!».

Дело шло довольно споро, и уже через полчаса кабинет старшего медбрата с лекарствами был почти полностью очищен. Витольд обвёл взглядом комнату, что–то ещё калорийное довольно здорово «фонило». Мастер безошибочно остановил свой взгляд на сейфе в углу комнаты. Удивительно, но в этом Мире даже сейф был без охранного заклинания. После еды, если так можно было назвать поглощение всякой гадости, Витольд чувствовал себя уже значительно лучше. Открыть сейф теперь труда не составляло, однако ему очень не хотелось открывать свои магические способности. Из соображений элементарной предосторожности, любую магию следовало скрывать как можно дольше. Металл сейфа оказался весьма добротным, никаких внутренних раковин, трещин или даже напряжённости: