Чтение онлайн

— Давай присядем.

Усевшись возле камина, Гэдмар сложил костыли на пол, и с наслаждением вытянул ноги. Послышался хруст суставов, но это была приятная боль. От напряжения болели мышцы, а стопа правой ноги совсем затекла.

— Болит? — улыбнулся Зак, кивнув на лодыжку Гэдмара.

— Ерунда, — отмахнулся Гэдмар, — через пару дней буду, как новенький.

Зак подобрал с деревянного кофейного столика кувшин с молоком, разлил по кружкам, и протянул одну Гэдмару.

— Принесли сегодня утром, — прищурившись, Зак принюхался и с сомнением вгляделся в содержимое кружки, — с ума сойти, у них и коровы есть.

— Я слышал, — улыбнулся Гэдмар, — что у них здесь и виноградники есть. Делают собственное вино.

Пригубив напиток, Гэдмар расплылся в восторженной улыбке.

— Прямо как в детстве, — Гэдмар облизнул губы, и залпом допил молоко.

— Не знаю, — пожал плечами Зак, — никогда раньше молоко не пробовал.

Пригубив напиток, Зак тут же весь поморщился, и едва не выплюнул молоко обратно в кружку.

— Боже! Какая гадость! — юноша утер рот тыльной стороной ладони, и отставил кружку в сторону, — как ты можешь это пить?

Гэдмар звонко рассмеялся, наклонился за графином с молоком, и с наигранным наслаждением выпил его до самого дна.

— Какой кошмар, — поежился Зак, — ты точно сумасшедший…

— А я этого никогда и не скрывал, — улыбнулся Гэдмар, облизнув губы, — в детстве я мог выпить два литра молока за день, и мне всегда было мало. Однажды мама специально налила мне в хлопья прокисшее молоко, чтобы отбить эту безумную тягу, но ничего не вышло.

Гэдмар улыбнулся, поставил графин обратно на столик, и запрокинул руки за голову.

— Ты правда веришь, что в этом месте у нас есть шанс начать все заново? — с полной серьезностью в голосе вопросил Зак.

— Если не здесь, — вздохнул Гэдмар, — значит, такого места вообще не существует.

***

В обеденный зал с каждой минутой прибывало все больше и больше народу. Стол в центре зала был рассчитан, максимум, человек на двадцать, но в помещении собралось уже не меньше тридцати. Трое крепко сбитых широкоплечих молодых ребят поднесли еще несколько столов и стульев, и заставили ими свободное пространство вокруг основного стола.

За окном уже начало смеркаться, отчетливо слышалось стрекотание кузнечиков и пение козодоя. Звуки как будто из прошлой жизни. Хотя с каждым прожитым годом Гэдмару казалось, что жизнь До Происшествия и вовсе была сном.

На флагштоке во дворе развивалось знамя Возродителей: поднимавшееся солнце на фоне разрушенных небоскребов. Гэдмар долго думал над значением этого символа. Что это, некое олицетворение возрождения человеческой цивилизации? Право на второй шанс?

Обеденный стол ломился от угощений: крабовый салат, жареный и вареный картофель, салат с тунцом, жареные креветки в панировке. А в следующий миг с заднего двора вошёл мужчина с полной тарелкой ароматных поджаренных стейков.

Собравшиеся в зале тут же встретили его радостным смехом и восторженными рукоплесканиями.

Давно Гэдмар не ощущал такого единения и по-настоящему домашнего уюта.

Пока на стол подносили все новые угощения, в дальнем углу комнаты мужчина в белой парадной рубашке и строгих брюках, уселся за пианино. Он начал с какой-то торжественной джазовой композиции, затем заиграл хорошо знакомого Гэдмару с времён учебы в музыкальной школе Моцарта и Бетховена. Постепенно вокруг играющего мужчины собиралось все больше народу. Они слушали его игру с благоговейным трепетом, и не смели прерывать даже аплодисментами.

Он завершил свое выступление настоящим шедевром Иоганна Пахельбеля, «Каноном в ре мажоре». Пускай Гэдмар не успел самостоятельно разучить эту композицию, он мог переслушивать ее днями напролёт во время чтения или прогулок в парке.

Сама гостиная впечатляла атмосферой домашнего уюта и гостеприимства. Пол под обеденным столом был устлан красным шерстяным ковром, идеально гармонирующим с расположившимся напротив красным диванчиком, обитым флоком. На диванчике сидели две молодые девушки, не старше восемнадцати, и бурно обсуждали какую-то книгу. Кажется, они говорили о «Песни Льда и Пламени» Джорджа Мартина. К сожалению, автор так и не успел дописать финал своей эпохальной саги, поэтому девушкам пришлось додумывать концовку самостоятельно. В связи с чем, видимо, и произошел спор.

— В их возрасте я тоже обожала читать, — Гэдмар и не заметил, как к подошла Мия, — потом моя страсть к литературе немного поутихла. Но даже сейчас бывают времена, когда я могу просидеть у камина с книгой весь вечер.

Темные волосы, подернутые сединой, ниспадали прямо на плечи. На Мии было синее хлопковое платье, хорошо подчеркивающее красоту ее голубых глаз. На какую-то секунду Гэдмар буквально опешил, заглядевшись на Мию.

— Я так и знала, что оделась слишком вызывающе, — смущенно рассмеялась Мия, — в мои-то годы…

— Нет-нет, что вы, — Гэдмар залился румянцем, и почувствовал себя настоящим дураком, — вы выглядите просто восхитительно.

«Черт, пора бы заткнуться».

Гэдмар подобрал со стола графин с водой, налил половину стакана, и залпом его опорожнил.

— Успели уже с кем-нибудь познакомиться? — Мия с интересом склонила голову набок.

— Да, выразил свою благодарность Грену и Освальду. А Дженна, супруга Освальда, даже угостила меня творожной запеканкой с черникой, — улыбнулся Гэдмар, — очень милые люди.

— Я очень рада, что вы могли найти с ними общий язык, — ответила Мия, и кивнула на лодыжку Гэдмара, — не слишком ли рано вы отказались от костылей? Вы же ещё хромаете.

— Ну, хромать-то я буду ещё долго, — пожал плечами Гэдмар, — но я больше не мог передвигаться с помощью этих штуковин. К тому же, Освальд пригласил меня завтра вместе поохотиться.

— Понимаю, — улыбнулась Мия, — трудно обвинять вас за стремление к нормальной жизни. А как ваш друг?

Гэдмар несколько долгих секунд внимательно вглядывался в ее лицо. Судя по ее обеспокоенным глазам, Мии и в самом деле была не безразлична судьба Зака. Быть может, все эти громкие слова о «втором шансе» и «жизни с чистого листа», и в самом деле были правдивы?

— Думаю, Зак будет в порядке, — Гэдмар улыбнулся одними уголками губ, — ему просто требуется время, но он обещал прийти на сегодняшний ужин…

Гэдмар обернулся через плечо, и широко улыбнулся.

— А вот и он, — мужчина кивнул в сторону подошедшего Зака.

Юноша робко озирался по сторонам. Он боялся, как окружающие отреагируют на произошедшее с ним несчастье… На Заке был коричневый твидовый пиджак, белая рубашка и бежевые брюки. Он даже смог завязать шнурки на кроссовках, хотя, видимо, именно из-за этого он и припозднился.