Чтение онлайн

— Так что там было? — поторопил его я. — Что за сообщение?

Дамонт сунул руку за пазуху, достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо листок бумаги. Медленно развернул. Я закатил глаза. Да что он, поэму, что ли, читать собрался? Неужели нельзя быстро суть передать? Нет, нужно обязательно потратить время на красивые жесты. Ей богу, такое чувство, будто это не я, а он вырос на пафосных японских мультиках и голливудщине.

— «Я предлагаю вам жизнь, — прочитал Дамонт. — В новом мире место останется только для магов Огня. Я приглашаю вас в свой клан. Всех, кто только захочет. Остальные будут убиты. У вас осталось три дня. В ночь на двадцать первое июня я приду на Материк и одних спасу, других уничтожу. Думайте. Мелаирим».

Подняв на меня взгляд, Дамонт сказал:

— Двадцать первое июня через неделю. Гетаинир должен был прожить ещё как минимум четыре дня, но что-то заставило его изменить решение. Таким образом у нас появился выигрыш во времени. Как вы считаете, сэр Мортегар? Это ловушка?

Не сразу я обрёл дар речи, а когда обрёл, покачал головой и сказал:

— Не думаю. Возможно, конечно, но вряд ли. Мелаирим наберёт побольше магов, которые признают его главой клана. Я перестану быть таковым. Моя загадка исчезнет навсегда. Зато её получит Мелаирим. Получит — и отгадает. Отыщет Сердце Огня. И тогда, наверное, станет непобедимым абсолютно. Кроме того, на его стороне будет сражаться множество магов, которым он легко поднимет ранг до пятнадцатого-шестнадцатого. Как Гетаиниру…

— Честный ответ, — кивнул Дамонт, вставая. — Достойно. Но не всегда разумно. У вас есть неделя, сэр Мортегар, чтобы представить нам хоть что-то посущественнее слов.

Он пошёл к выходу, Логоамар потянулся следом. Я повернул к ним голову.

— Постойте!

Они остановились, уставились на меня.

— Вы что, готовы принять его предложение? — развёл я руками.

Ответил мне Логоамар. Он покряхтел, покашлял и сказал:

— Мы — главы кланов, сэр Мортегар. Мы в ответе за всех этих магов. И если у нас есть возможность их спасти… Ну не гневитесь же, сэр Мортегар! Вы поймите: будь у нас возможность сражаться, мы бы сражались до конца. Но пока всё, что мы могли, это бежать. Мы и сами не рады были бы принимать Огненные печати. Так что вы уж постарайтесь найти способ бороться. Мы всё ещё в вас верим. Потому и поведали о сообщении.

Поклонившись, Логоамар удалился. Дамонт придержал ему дверь, потом вышел сам. Кланяться он не посчитал нужным.

Я поставил локти на стол и спрятал лицо в подрагивающих ладонях. Рука Натсэ легла мне на плечо.

— Морт? — тихо позвала она.

— Всё нормально, — сказал я, поражаясь своему спокойному голосу. — Всё нормально. Я… просто немного устал, вот и всё. Нужно проветриться, подышать свежим воздухом, и я всё решу.

В поисках уединения я улетел на дальний край Материка. Там жили маги победнее, домики стояли кучно, и уклад царил простодушный. Последний домик, выкрашенный в тошнотворно-жёлтый цвет, стоял в пятидесяти метрах от края. А за три метра высились каменные нагромождения. Какую функцию они выполняли — я так и не понял. Может быть, защитную. Может быть, декоративную. По правде сказать, выглядели они не очень красиво, но с меня эстет тот ещё. Я и в своём мире не понимал многих выдающихся предметов искусства. Например, того художника, который прибил себя за мошонку к тротуару, я так и не понял. Бьюсь об заклад, Вимент его бы тоже не понял.

Эх, Вимент… Где он? Жив ли? Как я ему всё обгадил! Был город, который нехотя давал ему кусок хлеба и крышу над головой, а теперь и того нет. И ведь не свяжешься с ним никак. Он не маг, увы…

Я постоял на краю, глядя на облака, летящие навстречу. Потом вернулся к курганам, выбрал булыжник размером с теннисный мячик и швырнул его в небо. Камень, как и следовало ожидать, отлетел недалеко, замер и вернулся. Не с той же силой, довольно мягко, и всё-таки ребёнку, например, мог пребольно стукнуть в лоб. Может, от детей и загородили? Хотя это смешно. Дети магов Воздуха наверняка в большинстве своём уже лет в пять способны перелететь жалкую кучку высотой три метра. Маленькая Талли, вон, порхает себе, вообще не напрягаясь. Но она особенная, это конечно.

Поймав камень, я размахнулся и швырнул его вновь. Опять поймал, ещё раз швырнул. Простые действия успокаивали мысли. Спокойная сидячая медитация мне не давалась, мысли упорно разбредались в разные стороны, а вот такая, деятельная, вполне себе помогала сконцентрировать силы подсознания на главном. Вот я и продолжал бездумно швырять камень, как доктор Хаус. Только доски и маркера не хватало. И трости.

Постепенно мысли сами собой поползли в нужном направлении. Итак, у нас неделя до тех пор, пока Мелаирим наберёт себе клан. И, судя по тому, как ведут себя главы, недостатка в желающих не будет. Только Денсаоли и Акади явно против этой идеи, но будем откровенны: их политика в последнее время не так чтобы очень популярна. Соответственно, они либо прогнутся, либо их нагнут, простите за грубость речи.

Почему неделя? Что за срок такой — двадцать первое июня?

Блин… Как я мог настолько затупить? Летнее солнцестояние! Опять! И, как следствие, Благословенная неделя — вот эта. Началась уже. Но это сейчас не важно. Хм, а занятно, насколько всё замкнулось. Тогда мы ждали солнцестояния, чтобы призвать дух моей сестры, и сейчас ждём его же… И тогда, и сейчас всё упиралось в Мелаирима.

— Ладно, — сказал я, швырнув булыжник и приготовившись принять подачу. — С этим разобрались. Что нам это даёт?

Камень вернулся. Я поймал его и не сразу бросил, повертел в руке.

— В день солнцестояния сила Огня максимальна. Потому что Солнце — это тоже Огонь. Значит, без Сердца Мелаирим всё же не использует всю силу Огня. Он подзаряжается. И поэтому, наверное, «спит» днём. Восстанавливает силы. Даже Наэль говорил, что лучше либо восстанавливать силы, либо тратить их. Вот Мелаирим и разделяет. Ясно. Ясно… Хм…

Ещё один бросок. На этот раз я вложил в него все силы, но камень всё равно улетел не дальше пяти метров. Разве что повисел на месте на мгновение дольше.

— А как насчёт Солнца? — спросил я себя. — Огненный шар, висящий посреди бескрайнего чёрного космоса. Может быть, Сердце — там?

Я поймал камень и прислушался к магическому сознанию. Не-а, ничего не произошло. Загадка по-прежнему висела неразгаданной. Может, маги таки не имели понятия о черноте космоса? С другой стороны, космос не такой уж и чёрный, он просто бесконечный, и там света нет. В любом случае, загадка не разгадана. Я разочарованно запустил камень на новый цикл. Ну, не получилось, бывает. Зато это хоть какая-то идея, раньше никаких не было.

— Ладно, — сказал я, перебрасываясь с воздухом каменным «мячиком». — Это всё теории, очень мило. Но мне нужно понять, что делать в этой ситуации, с Мелаиримом, с матерью Натсэ…. И с моей дочерью.

Я как будто вновь ощутил этот детский искренний поцелуй Маленькой Талли, и у меня по коже мурашки побежали. К чему угодно я был готов, но — не к такому. Есть всё же некая высшая мудрость в том, чтобы дети росли постепенно. К ним привыкаешь. Сначала, наверное, воспринимаешь их просто как орущие и гадящие кулёчки, которые постоянно нужно мыть и кормить. Потом тебе приходится играть с ними в скучные игры. А уже потом они целуют тебя в щеку и говорят: «Папа, я люблю тебя». А не вот так вот, сразу.