Эра Огня 5. Мятежное пламя
Шрифт:
— Я стою, — удивился Мелаирим. — Не двигаюсь. Ты, должно быть, слишком устала?
— Это не твоя забота, — сказала Натсэ, но позволила себе немного расслабиться.
Оно остановилось. Оно сообразило, что не осталось незамеченным.
Натсэ заставила себя прекратить метаться взглядом по комнате и сконцентрироваться на Мелаириме. Здесь её ждал сюрприз.
— Тебе, кажется, тоже нелегко пришлось, — сказала она.
Мелаирима было не узнать. Сгорбилась некогда прямая спина, лицо избороздили морщины, чёрные волосы посерели. Только взгляд оставался прежним — цепким, внимательным, недобрым.
— Такова моя цена. — Мелаирим говорил тихо, прислонившись плечом к косяку. — Собственно, я ведь уже мёртв...
От этих слов по коже пробежали мурашки. Однако меч не дрогнул. Мелаирим усмехнулся:
— Можешь убрать оружие. Если мы начнём драться, меч тебе вряд ли поможет.
— Я уберу его, когда посчитаю нужным. Зачем пришёл?
— Я здесь живу.
— Это — наша комната. Ребёнок спит. Ты не станешь её будить, мы это обсуждали. А с тобой у нас не может быть никаких дел.
— Я просто хотел, чтобы ты увидела, к чему всё идёт, Убийца. Увидела, как мы связаны с ней. — Мелаирим кивнул на Маленькую Талли.
Натсэ, подумав, резким движением забросила меч в ножны и сложила руки на груди.
— Не вижу никакой связи, — отрезала она.
— Не хочешь видеть, — мягко поправил её Мелаирим. — Сила Огня заставляет меня стариться. А её — взрослеть. Но за взрослением неумолимо идёт увядание. Если мы затянем — ты увидишь, как она превращается в старуху и умирает. Без всякого смысла.
Натсэ молчала. Ничто внешне не могло выдать её страха. Но Мелаирим наверняка видел, как колеблется её внутреннее пламя.
— Я говорю всё это только для того, чтобы ты понимала. Я знаю, что девочка сильна. Я знаю, что ей подвластен не только Огонь. Таковы привилегии детей магов. Они питаются не только от матери, пока находятся в её утробе. Их формируют и отец, и мать — долгие годы после рождения. Мортегар собрал все печати, стал магом Пятой Стихии. Всё это отразилось даже на Боргенте, не говоря уже о её дочери. Девочка — то, чего ещё не было в этом мире. Ей повезло — или не повезло — родиться в такой миг и у таких родителей, что почти никто в целом мире не может сказать, кто она, и что ей уготовано.
— Ну, ты-то наверняка можешь, — холодно сказала Натсэ.
— Безусловно. — Мелаирим отлепился от косяка и попытался встать ровно. — Она — то, чего ещё не было. Прости, я повторяюсь... Знаешь, в некоторых мирах есть боги. Покровители, иногда — создатели. Существа за пределами понимания людей. Существа, чьё могущество неоспоримо и незыблемо. У тебя за спиной спит богиня этого мира. И по иронии судьбы вы назвали её так же, как ту, которой раньше была уготована схожая участь.
— Богиня, — повторила Натсэ. — Вот как. Повелительница мира.
Натсэ слушала внимательно, но частью сознания следила за оно. За тем, что вошло в комнату вместе с Мелаиримом и остановилось после её окрика. Что же это было? Пламя?.. Может быть, это было как-то связано с Сердцем Воздуха? Наверняка ведь они его забрали. Может быть, это...
Сердце вдруг так сильно забилось, что колени задрожали. И скрыть это от Мелаирима Натсэ не смогла. А он, конечно, понял всё неправильно. В глазах сверкнуло удовлетворение.
— Правильно, Убийца. От таких мыслей в дрожь бросает.
— Не меня, — огрызнулась Натсэ. — Итак, прекрасно. Талли — богиня. Хорошо. При чём тут ты? Ты, и всё то безумие, что ты устроил.
Мелаирим помолчал, глядя на ребёнка, и Натсэ сделала шаг в сторону, чтобы загородить девочку от его взгляда. Мелаирим устало прикрыл глаза.
— Эта цепь ковалась долгие годы. И ты видишь лишь последние звенья. Если бы я не освободил Огонь, ребёнок не стал бы богом. Не стану врать, что я всё планировал именно так.
— Богиней должна была стать дочь Анемуруда?
— Нет. У неё не было таких задатков. Она была бы просто хозяйкой Огня. Но — увы! — Талли не дожила до этого дня. А та, что заняла её тело, испугалась и не приняла...
— Она не испугалась! — перебила его Натсэ. — Она не пожелала участвовать в твоём безумном плане.
— А лучше бы пожелала, — прошептал Мелаирим. — Тогда она осталась бы живой. И я...
Он опять впал в задумчивость, кажется, позабыв, где находится. Натсэ привела его в чувства вопросом:
— Так что ты собрался делать с Маленькой Талли? И зачем?
— Что? — вздрогнул Мелаирим. — А, да... Прости. Мне нужно... Впрочем, время есть. Да. Я хочу сделать из неё свою преемницу. Когда я умру — а это произойдёт довольно скоро — она займёт моё место.
— И станет богиней? — уточнила Натсэ.
— Нет. Это исключено, — покачал головой Мелаирим. — Этого я позволить не могу.
— Что-то я запуталась.
— Все запутались. Просто... Если она станет богиней, ей придётся сразиться с противником, который, вполне возможно, уничтожит её. Затем — этот мир целиком. А потом — все остальные миры. Один за другим. Мироздание перестанет существовать. Я не настолько верю в богов, чтобы довериться им. Я верю в Стихии. Со Стихий всё началось — Стихиями и закончится. Наш мир всего лишь переходит в новую эру. Эру Огня. И гарантом его господства и смирения будет эта девочка. — Мелаирим как будто смотрел сквозь Натсэ на спящую Талли.
Натсэ несколько секунд размышляла над его словами, а потом в голове вдруг сложились два кусочка головоломки, и она выкрикнула:
— Так ты разделил Огонь?! Ты, сумасшедшая скотина!
Мелаирим, сложив руки на груди, как-то виновато съёжился, а Натсэ продолжала говорить, понизив голос. Понимание накатывало на неё, как морские волны:
— Четыре Стихии, управляемые Сердцами, и — ещё одна, та, которой сейчас управляет твоя безмозглая башка. Пять Стихий, две из которых — Огонь. Вот зачем тебе Сердце! Ты хочешь объединить два Огня? Связать их вновь?
— И я это сделаю, — твёрдо сказал Мелаирим.
— И что? Всё равно Огонь будет настолько сильнее остальных...
— Ты так говоришь, как будто бы это плохо.
Натсэ осеклась и, прищурившись, всмотрелась в лицо Мелаирима. Оно как будто даже помолодело.
— Зачем? — шёпотом спросила она. — Зачем тебе господство Огня? Я не в силах тебя понять, Мелаирим. Для чего ты всё это делаешь? Почему тебе доверился Анемуруд? Почему ты отверг предложение мира? Что тебе даёт Огонь?! Ты даже не прирождённый маг Огня. Ты — маг Земли. Почему Огонь?