Чтение онлайн

Чтобы подать запрос на услуги охотников, нужно либо заплатить как частное лицо в кассу ассоциации охотников, либо записаться через государственную службу и ждать, пока до твоей просьбы дойдет очередь. Поскольку дело было мелкое и касалось только одного отдельно взятого участка вдали от большого скопления людей, то ждать соседям пришлось бы не менее полугода. Никого особенно не волновали пропажа кошек и сторожевой собаки, полностью испорченные посевы, невозможность войти в дом. Покуда не было, по крайней мере, трех-четырех подобных заявок или одного человеческого трупа, дело не собиралось двигаться с места. Печально, но факт.

Мне это стоило ровно одного выходного, который мы с Анной провели с пользой для дела. Она отстреливала крупных и более опасных особей, я держала оборону и скашивала ряды мелких и противных. Все возможные проблемы с атаками пикси устранились соответствующей, похожей на форму пасечников экипировкой - плотные костюмы, сетчатые головные уборы - и специальным оборудованием. В данном случае это был ручной водомет. Личинок пикси убирали водой, которая для них смертельна, поэтому-то гнездо этих монстров всегда располагалось там, где влажности меньше всего. Здесь - в доме, в небольшой спальне с самым маленьким окошком, плотно запертым с зимы.

Денег с клиентов мы не взяли, поскольку им еще дом нужно было ремонтировать, а пенсия никогда не было особо большой. Счастливые соседи отблагодарили нас тремя бутылями домашнего вина и стали моими преданными фанатами.

Установка сигнализации сразу себя окупает. Уже на следующей неделе ко мне на балкон пытаются влезть при помощи дерева. Разлапистый каштан едва выдержал вес тела и, судя по опавшим листьям и веткам, всячески сопротивлялся. В общем, поймали этого несостоявшегося вора быстро, прямо с дерева сняли. Он только и успел, что несколько раз приложить камнем окно в балконном блоке и, приноравливаясь, попытаться постучать туда еще ногой. Окно было качественным, балкон оказался не так близко к дереву, а пивной живот мужчины - большой и округлый, поэтому попытки получались неудачные.

Только этот индивид в моей квартире был в первый раз, да и решился он на подобное из-за того, что денег пообещали много. Встретил он своих заказчиков случайно, когда жена выгнала из дома за очередной запой. Как его подбили на проникновение в чужую квартиру, он и сам не понимал, но полез. Он уже представлял, как купит жене цветы, а себе бутылочку горючего и идет мириться обратно домой, но тут и окно далековато оказалось, и соседи увидели, и сигнализация. Никто из нас не думал, что заказчики всерьез считали этого пьянчугу способным что-то вынести из моей квартиры, скорее это было попыткой проверить ее состояние после первого проникновения. Но то, что он должен был взять и вынести, все же описали. Со слов пьянчужки:

– Продолговатое такое, небольшое, с ладонь или полторы. Светлого цвета... и оно все в этих, в вырезках, в чеканке.

– В гравировке что ль?

Следователь оказывается знакомым, его в прошлый раз привозил Эрик Витальевич. В этот раз правоохранитель появляется на собственном транспорте и даже представляется:

– Изерман, майор Изерман.

Он не просто майор, а специальный уполномоченный по делам, связанным с охотниками, и к тому же принадлежит какой-то международной лиге с той же тематикой. Мужчина чем-то напоминает классических шпионов и контрразведчиков из старых фильмов и книг. Высокий, с длинными конечностями и всегда ровной спиной, с лицом, острым во всех направлениях. Волосы тщательно уложены, чистые руки, аккуратные ногти. Пальто выглажено, под ним форменные брюки со стрелками и рубашка с запонками. Говорит он монотонно и с полным безразличием к паузам в монологах. Изерман очень быстро выведывает у похмельного взломщика все, что важно было знать, и оставляет дальнейший процесс на помощников.

Я в это же время общаюсь с приехавшим на сигнал тревоги отрядом охраны, по стечению обстоятельств также являющимся частью команды охотников Рендала, того самого, который не смог удержать дракона и сошел с дистанции. К сожалению, долго трепаться нет возможности, они-то должны быть в полной готовности и выехать по требованию в считанные секунды. Следователь дожидается, пока я закончу разговор, и манит длинным пальцем в сторону. Место, которое он выбирает для тайных перешептываний, как можно больше подходит для подобных "свиданий": детская площадка посреди заросшего двора, равномерно удаленная ото всех домов и пустая по причине послеполуденного времени.

– Как пострадавшая сторона, вы имеете право подать на возмещение ущерба, - следователь осматривает пространство вокруг, неожиданно для меня выбрав сиденьем детскую карусель и с трудом туда втиснувшись. Я удерживаюсь и не задаю вопрос, удобно ли ему, и занимаю раскрашенное колесо, врытое в землю.

– Стоит ли?
– пожимаю плечами.
– Пусть оплатит выбитое стекло и проваливает. Он сказал, зачем лез?

– Ответьте мне на вопрос, - перебивает меня Изерман.
– Синкромеха у вас с собой?

– Да, - признаюсь, похлопывая по боку.

– И, несмотря на то, что сейчас не на охоте, вы все равно ее носите, не снимая...

– Привычка, наверное. Она мне не мешает, - задумчиво тяну.
– К тому же монстров можно встретить в любой подворотне!

Он пытается устроиться комфортнее, но сиденье карусели действительно слишком узкое. Кажется, Изерман встрял между перильцами и пытается не показать своего неудобства.

– Да, я читал материалы дела... Этого монстра ведь так и не нашли.

– Ну, - развожу руками, - Подобных ему и до этого не видели, так что неудивительно, если больше и не увидим. Нам остались только фотографии, ошметки кожи и хитина и кровь. Вам вот интересно, где монстр... Я вот считаю, что охота - это, конечно, здорово, но лучше, чтоб все живы остались!

– Хм, действительно, - он достает из кармана пальто пачку сигарет и прикуривает. Ветер несет дым в противоположную от меня сторону, так что я даже не морщусь.
– Мы отошли от главного. А оно заключается в том, что вам нужно уехать из города.

– Что, простите?
– От удивления подаюсь вперед и нервно улыбаюсь, не восприняв всерьез слова следователя.

– Лучше, если вы сделаете это самостоятельно. Иначе Эрик Витальевич лично подпишет вам направление на охоту.

– С чего бы вдруг?
– Хмурюсь, откровенно непонимающе.
– Вам что, сказать сложно?

Кажется, ему действительно сложно сказать - или лениво, или не хочется. Поэтому проходит не меньше пары минут, прежде чем следователь докуривает и готов к разговору. Я сижу как на иголках. Мне и не хочется никуда ехать, и откровенно странно, почему я должна это сделать.

– Если вы не хотите потерять свою синкромеху, то уедете, - он говорит тихо, но серьезность в его голосе заставляет меня понять, что уехать стоит. Однако я не собираюсь сразу в этом признаваться и жду продолжения. Изерман делает паузу, но видит, что от объяснений не отвертеться, и обреченно выдыхает:

– Ладно... Кто бы это ни был, они действительно нацелены на синкромехи. Причем как они выбирают жертвы и зачем, никому не известно. Все пострадавшие, а их немало, из разных стран, как являются охотниками, так и нет, разного уровня мастерства и обладают разным типом синкромехи. Они объединены лишь одним: индивидуальными особенностями своего оружия, не характерными для других мех. Предположительно этот пункт привлекает воров. Они не останавливаются ни на минуту до тех пор, пока нужный предмет не оказывается украден или отнят. Обшаривают дома и квартиры, подговаривают других людей, грабят владельцев и даже покушаются на них. Скажу так, наш департамент не обладает полным объемом данных касательно первых двух десятилетий после "Октябрьского прорыва", но в общей сложности за 32 года истории моей организации было 4265 случаев подобного хищения. Сколько их было на самом деле, не знает никто. После кражи владелец мог оставаться жив, однако синкромеха более нигде не всплывала. Никогда больше. Кое-кто из моих коллег подозревает существование религиозной секты или сумасшедшего коллекционера, я лично воздерживаюсь от подобных комментариев.