Чтение онлайн

– Если контейнер опечатан, как я попаду в него? – осведомилась Трейси.

– Для грузов, поступающих в последнюю минуту, компания использует то, что мы называем мягкими контейнерами, – ответил Вобан. – Это большие, обтянутые парусиной и перевязанные веревками деревянные клети. В целях безопасности ценные грузы, такие как бриллианты, всегда прибывают прямо к отлету, поэтому их помещают на борт последними, а выгружают первыми.

– Значит, и наши бриллианты полетят в мягком контейнере, – предположила Трейси.

– Именно так, мадемуазель. Как и вы. Я устрою, чтобы контейнер с вами поставили рядом с тем, где будут находиться бриллианты. Таким образом, когда самолет наберет высоту, вам придется всего лишь перерезать веревки, вскрыть контейнер с бриллиантами, подменить коробку на аналогичную, вернуться к себе и снова упаковаться.

– Когда самолет приземлится в Амстердаме, – подхватил Гюнтер, – охрана заберет нашу коробку и доставит ее огранщикам. Пока они обнаружат подмену, мы посадим вас в другой самолет и вы улетите из страны. Поверьте, сбои исключены.

У Трейси на языке вертелся вопрос, от которого леденело ее сердце.

– Я же там замерзну до смерти.

Вобан улыбнулся:

– Что вы, мадемуазель! В наше время грузовые самолеты отапливаются. По воздуху часто перевозят скот и домашних животных. Вам будет вполне удобно. Немного тесно, а в остальном вполне нормально.

Трейси наконец согласилась выслушать их план. Полмиллиона долларов за несколько часов неудобства. Она прикидывала и так и эдак. Все должно сработать. Если бы только в этом деле не участвовал Джеф!

Ее чувства к нему были настолько запутанными, что Трейси злилась на себя. Он надул ее в Мадриде, решил потешиться, предал, обманул. И теперь исподтишка смеялся над ней.

Мужчины выжидательно смотрели на Трейси. Суденышко проплывало под Понт Неф – старейшим мостом Парижа, который нелогичные французы называли Новым Мостом. На набережной обнимались влюбленные, и Трейси заметила счастливые глаза девушки. «Дурашка», – подумала она. Приняв решение, Трейси посмотрела на Джефа в упор:

– Хорошо, я в деле. – Она сразу почувствовала, как спало за столом напряжение.

– У нас немного времени, – предупредил Вобан, и его мертвенные глаза обратились к Трейси. – Мой брат работает агентом по отправке грузов и позволит упаковать контейнер с вами на своем складе. Надеюсь, мадемуазель не страдает клаустрофобией?

– Обо мне не беспокойтесь. Как долго продлится полет?

– Вам придется провести несколько минут в погрузочной зоне. И еще час пути до Амстердама.

– Какого размера контейнер?

– Вполне достаточного для того, чтобы вы могли сидеть в нем. Но в нем будут и другие вещи, чтобы вам удалось в них спрятаться. Так, на всякий случай.

Ей обещали, что сбои исключены. Так при чем тут это «на всякий случай»?

– Я составил список всего, что тебе понадобится, – вступил в разговор Джеф. – И уже успел заказать. – «Самодовольный сукин сын! Он не сомневался, что я отвечу “да”». – Вобан проследит, чтобы твой паспорт имел необходимые въездные и выездные штампы. Тогда ты беспрепятственно покинешь Голландию.

Суденышко начало швартоваться к набережной.

– Окончательный план обсудим завтра утром, – предложил Рамон Вобан. – А теперь мне надо вернуться на работу. Au revoir. – Он ушел.

– А почему бы нам не отметить это событие? – обратился к оставшимся Джеф.

– Прошу прощения, – извинился Гюнтер. – У меня назначена встреча.

– А ты? – спросил Стивенс у Трейси.

– Нет, спасибо, – быстро ответила она. – Я устала.

Трейси выдумала предлог, но стоило ей произнести эти слова, как она поняла, что действительно валится с ног. Скорее всего сказывалось долгое напряжение. В голове она ощущала пустоту. «Вот покончу с этим делом, – пообещала она себе, – вернусь в Лондон и буду долго-долго отдыхать. – Во лбу запульсировала боль. – Да, надо обратить на себя внимание».

– Я купил тебе небольшой подарок. – Джеф подал ей коробочку в обертке. В ней оказался изумительный шелковый шарф с вытканными в углу инициалами «Т.У.».

– Спасибо. – «Может себе позволить на мои полмиллиона», – разозлилась Трейси.

– Так ты не передумаешь насчет ужина?

– Ни в коем случае.

В Париже Трейси остановилась в красивом старом номере классического отеля «Плаза Атене», окна которого выходили на ресторан в парке. В самой гостинице был тоже изысканный ресторан, но Трейси слишком устала, чтобы переодеваться к ужину. Она спустилась в гостиничное кафе и заказала мисочку супа. Но отставила, не съев и половины, и вернулась в номер.

Сидящий в дальнем конце зала Дэниел Купер отметил время.

У Дэниела Купера возникли проблемы. После возвращения в Париж он решил встретиться с инспектором Треньяном. На этот раз глава Интерпола держался с ним не так сердечно. Ему битый час пришлось выслушивать команданте Рамиро, который жаловался на американца.

– Парень спятил! – волновался начальник полиции. – Я тратил деньги, время и ценные людские кадры, чтобы следить за этой Трейси, которая, как он считал, хотела грабануть Прадо, а она, как я и предполагал, оказалась безвредной туристкой.

После этого разговора инспектор Треньян усомнился в правоте Дэниела Купера. Может, он с самого начала ошибался в Трейси? Ведь против этой женщины не нашлось ни одной улики. А то, что она приезжала в разные города в те дни, когда там совершались кражи, еще не доказательство для суда.

Поэтому, когда Дэниел Купер явился в Интерпол и с порога заявил: «Трейси Уитни в Париже. За ней необходимо установить круглосуточное наблюдение», – инспектор огрызнулся:

– Только в том случае, если вы представите доказательства, что она замышляет преступление. Иначе ничего не могу для вас сделать.

Купер ошпарил его взглядом своих пылающих, темных глаз.

– Безумец! – И тут же его бесцеремонно выставили из кабинета.

Тогда он решил начать слежку сам. Купер таскался за Трейси повсюду: в магазины, в рестораны, по парижским улицам. Обходился без сна, часто – без еды. Он не мог позволить Трейси Уитни взять над собой верх. Его задание не будет выполнено, пока он не посадит ее в тюрьму.

Ночью Трейси лежала в постели без сна и обдумывала план на следующий день. Болела голова. Она приняла аспирин, но боль не прошла, а только усилилась. Кожа покрылась потом, казалось, что в комнате очень жарко. «Завтра все кончится, – успокаивала она себя. – В Швейцарию. Вот куда я поеду. В прохладные швейцарские горы. В замок».