Чтение онлайн

— Должно быть, тяжело находиться сразу с двумя безумно горячими парнями?

Я закатываю глаза, но если честно, то да — это тяжело. Эти двое такие горячие, что мои мозги просто плавятся. Но я не говорю ему об этом.

— Да. От вас, ребята, коленки подкашиваются, — усмехаюсь я. — Так, Джордж и Мисти вместе?

— Нет, скорее всего, у них просто приятельский перепих. Все слишком сложно.

Я вижу, что ему не нравится говорить об этом.

— Я не хочу говорить о ней. Давай лучше обсудим, насколько горячим ты меня считаешь, — шутит Айк.

Качая головой, я сжимаю губы, чтобы не улыбнуться.

— Ты неисправим.

— Так что? Тебе нравится мое тело? — говорит он.

— У тебя слишком большая голова. Должно быть, это из-за твоего эго, — парирую я.

— Если ты хочешь мое тело и думаешь, что я сексуален, ну же, милая, дай мне знать, — Айк напевает песню Рода Стюарта, двигая бедрами в такт.

— Вау. Остановись прямо сейчас, — смеюсь я.

— Почему? Это тебя заводит? — спрашивает он, продолжая двигать бедрами.

— Когда я смотрю на это, погибают клетки моего мозга. Не отвлекай меня. Я должна подготовиться к своей новой работе.

Он исчезает, и я оборачиваюсь. Одна. Я одна.

Спустя час, я стою за баром с Мисти, пока она объясняет мне, как пользоваться автоматом с содовой, как будто я идиотка. Я раньше работала официанткой, и это не ядерная физика, но я вежливо киваю и улыбаюсь, пока она болтает. Она говорит быстро и постоянно останавливается сглотнуть, так как у нее пересыхает горло. Интересно, это побочный эффект употребления кокса? Айк же говорил, что она его принимает.

Айк появляется и осматривает меня оценивающим взглядом. Обтягивающая черная футболка с надписью «У Айка и Джорджа» не оставляет простора для воображения.

— Ты будешь получать внушительные чаевые, — говорит Айк, приподнимая брови. Я краснею и пытаюсь сосредоточиться на Мисти.

Наконец, она разрешает мне сесть за стол, и учит меня наполнять солонки, перечницы и сахарницы, пока мы ждем наплыва посетителей на время ланча. Так как я новенькая, то не обслуживаю сегодня, а только наблюдаю, и я уверена, что она поручит мне наиболее трудную работу. Айк сидит напротив и наблюдает за мной, напевая «Get Rhythm», и я не говорю ему, что это моя любимая песня Кэша. Моим родителям нравились Джонни и Элвис. Когда все шейкеры и коробочки с чаем наполнены, я расставляю их на столах и неосознанно пою «Get Rhythm» вслух.

Я пою и покачиваю бедрами, когда врезаюсь в чье-то крепкое тело и почти роняю поднос. Джордж пристально смотрит на меня, подхватывает поднос и кладет его на стол.

Схватив меня за руку, он спрашивает:

— Почему ты поешь эту песню? — его глаза темные, обвиняющие.

Должно быть, я выгляжу ошеломленной, потому что Айк говорит:

— Это моя любимая песня Джонни, — он проводит ладонью по своему лицу и смотрит на брата.

— Я не понимаю, — говорю я Джорджу, но на самом деле обращаюсь к Айку.

— Как ты выбрала мою любимую песню сегодня утром?

Я смотрю в его темные глаза, не мигая. Я знаю, каково это — быть сломленным. Черт возьми, я сломлена. Он не сможет напугать меня.

— У любого человека хороший вкус, если ему нравится Джонни. Ты похож на человека с хорошим вкусом, — в этот момент приближается Мисти, и я подчеркиваю, — я имею в виду в музыке, по крайней мере, — говорю я, взглянув на Мисти.

— Мило, — хихикает Айк.

— Джордж? — робко спрашивает Мисти. — Все хорошо?

— Все отлично, — он выпускает мою руку, задерживая на мне взгляд, поворачивается и уходит с ней.

Я возвращаюсь к своему столу и шепчу:

— Какого черта, Айк? Ты специально это сделал. Ты знал, что когда я запою, он услышит меня.

Я смотрю на него. Он потирает голову и наблюдает, как Джордж уходит с Мисти. Его рубашка приподнимается, обнажая накачанный пресс, и мой рот наполняется слюной. В то же время я понимаю, что пускаю слюни по мертвому парню.

Типично для меня.

Хотеть невозможного.

— Я пытаюсь помочь тебе достучаться до него, — говорит он, когда его взгляд возвращается ко мне. К счастью он не заметил, что я разглядывала его.

Я перехожу к другому столу и протираю полки, чтобы поставить шейкеры на место.

— Пойми меня, я не хочу делать ему больно. Он выглядел так, как будто хотел что-нибудь ударить.

— Он никогда бы не ударил тебя. Клянусь.

— Он, наверно, уволит меня.

— Нет. Но он будет думать о тебе.

— О, да. О том, как я напоминаю ему о тебе и насколько это больно.

— Он наркоман, Шарлотта. Мисти его дилер. Я должен отдалить ее от него, прежде чем он умрет от передозировки.

Я закрываю глаза. Сделка, которую мы заключили, с каждой секундой становится все сложнее. Я помогаю Айку уладить дела, спасая его брата-наркомана, и должна каким угодно способом убрать его подружку-дилера как можно дальше.

— Слушай, Айк. Ты можешь давать мне подсказки и информацию, но должен позволить мне управлять этим. У меня есть немного опыта.

— Хорошо, — раздраженно вздыхает он. — Мы попробуем твой способ.

— Спасибо.

Я улыбаюсь и направляюсь к бару, где вижу Мисти, пристально наблюдающую за мной. Она видела, что я говорила с Айком. Учитывая, что он невидим для нее, она видела, как я говорила сама с собой. Я решаю проигнорировать этот факт и делаю вид, что не замечаю ее пристального взгляда.

— Что мне сейчас делать, Мисти?

Вечер сменяет день, и к началу счастливых часов (Примеч. счастливые часы — часы скидок на алкогольную продукцию) в бар стекаются люди, спешащие с работы домой, а также туристы со всего округа. Кроме бара «У Айка и Джорджа», единственное место, где можно перекусить в городке — это ресторан «Сэм Снид» и крошечный гриль-бар «Линдси Руст» (Примеч. Курятник Линдси). Также есть парочка пиццерий и закусочных, но они за городом. Я следую за другой официанткой, Анной, она вводит меня в курс дела и попутно пересказывает все сплетни.

— Итак, Мисти и Джордж трахаются, — шепчет она, закуривая, когда мы стоим за мусорным контейнером.

Ее вьющиеся светлые волосы собраны в аккуратный «конский хвост», на губах помада насыщенного ярко-красного оттенка. Этот цвет ей не очень идет, хотя она довольно прелестно выглядит со своими ярко-голубыми глазами и белоснежными зубами.

— Мисти встречается с Роджером и гуляет за его спиной, но он не знает, — говорит она со своим южным акцентом. — Он бы сошел с ума, если бы узнал.