Чтение онлайн

— Ну, поскольку ты недавно в городе и работаешь на моего сына, ты должна приехать ко мне домой на воскресный ужин.

Буквально кожей я почувствовала, как рядом со мной напрягся Джордж.

Я открываю рот, чтобы отказаться, но она добавляет:

— Ответ «нет» не принимается. Ты любишь лазанью?

— Гм…

— С чесночным хлебом и тирамису, — мурлычет Айк. — Боже, я скучаю по маминой стряпне.

Я не знаю, что сказать. Не задумываясь, я повторяю слова Айка:

— С чесночным хлебом и тирамису.

Беверли замолкает. Она смотрит на меня, затем переводит взгляд на Джорджа. Черт. Почему я это сказала?

— Мм, я не думал, что ты это повторишь. Это было мое любимое блюдо. Она готовила его на каждый мой день рождения и каждый раз, когда я приезжал домой со службы.

— Хорошо, — мягко говорит она, ее глаза наполняются слезами. — Я делаю замечательный тирамису.

— Нет. Я не хотела вас огорчить. Я просто… — я качаю головой, не в силах закончить предложение. О Боже, я только что напомнила ей о ее мертвом сыне, и теперь она плачет. Ну и дура же я.

— В это воскресенье, — заявляет она. — Джордж, почему бы тебе не забрать ее и не приехать вместе?

— Я могу приехать на своей машине, — быстро добавляю я.

— Не глупи. Вам же будет по пути. Бессмысленно приезжать на двух машинах, — Беверли слегка подмигивает Джорджу, и он закатывает глаза. — Рада была с тобой познакомиться, Шарлотта. Жду тебя в воскресенье.

Пока она встает со своего табурета, я бросаю взгляд на скривившегося Джорджа.

— Мою маму не переспоришь, — говорит Айк. Теперь понятно, почему Джордж не настаивал, чтобы мы поехали отдельно.

— Рада была с вами познакомиться, — говорю я ей вслед.

— Я заберу тебя в воскресенье в пять, — ворчит Джордж и уходит. Когда я поворачиваюсь, чтобы уйти, мой взгляд встречается с испепеляющим взглядом Мисти. Думаю, она слышала, что меня пригласили на ужин в дом МакДермоттов. Прекрасно! Это будет просто незабываемый вечер.

Джордж избегает меня остаток вечера, и когда мы закрываемся, я помогаю Анне посчитать кассу. Она поручает мне отнести деньги в кабинет Джорджу, и тогда я смогу уехать. Я делаю, как она говорит, и без стука открываю дверь в кабинет.

От увиденного, мои глаза практически вылезают на лоб: Мисти вдыхает дорожку кокса со стола, а Джордж зажимает нос, очевидно, уже употребив свою дозу. Увидев меня, он вздрагивает, Мисти тоже. Она отворачивается, судорожно вытирая лицо.

Я знаю, что мне нужно с ним сблизиться, чтобы помочь ему, но я не могу сдержаться и позволяю неприязни выплеснуться:

— В самом деле, босс? — сомневаюсь, что мой тон способен полностью передать все мое осуждение. Джордж смотрит на Мисти, затем обратно на меня, вытирая нос. Впервые с момента нашего знакомства он не выглядит равнодушным. Теперь он смущен. — Вот касса Анны. Я работаю завтра?

— Ты хочешь двойную нагрузку? Думаешь, что уже можешь обслуживать столы? — спрашивает он, и я вижу оскорбление в его глазах.

— Я смогу это сделать, — говорю я, отрывая от него свой взгляд. — Увидимся завтра.

Я бросаю деньги и чеки на стол и хлопаю дверью.

— Вот стерва, — слышу я ворчание Мисти через дверь. Я нахожусь в зоне слышимости. — Весь вечер она разговаривала сама с собой. Вот же гребаная чудачка.

Закатив глаза, я ухожу прочь.

— Я рад, что это случилось. Он выглядел пристыженным, — радостно восклицает Айк.

— Это не означает, что он остановится, — шепчу я, хватаю свои вещи, оставшийся гамбургер и выхожу из кухни.

— Спокойной ночи, детка. Я с радостью проведу тебя до дома, только попроси, — мурлычет Снайпер, кокетливо подмигивая, и я закатываю глаза.

— Звучит заманчиво, но я пас. Спокойной ночи, Снайпер, — отвечаю я.

Вернувшись в мотель, я переодеваюсь в пижамные шорты и майку и плюхаюсь на кровать. Открыв контейнер с оставшимся ланчем, я съедаю немного холодного картофеля фри.

— Хочешь посмотреть телевизор? — спрашиваю я сидящего в кресле Айка.

— Как хочешь, — он пожимает плечами.

— Итак, что с сексуальным, иностранным ЛДН (Примеч. лучший друг навсегда)? — спрашиваю я.

— Парни не говорят ЛДН, — слегка усмехается он. — Мы были вместе в Афганистане. Я пообещал ему работу, когда вернемся. Джордж сдержал мое обещание.

Айк вздыхает и потирает голову. Я отмечаю, что он всегда так делает, когда его одолевают тяжелые мысли.

— Он кажется... интересным, — добавляю я.

— Ты имеешь в виду, что он горячий? — фыркает Айк.

Пережевывая кусочек только что откушенного гамбургера, я невнятно говорю:

— Да, и это тоже, но я имею в виду, что он довольно... необычный.

— Ммм… Хорошо, просто позволь мне сказать, что у него было очень много подружек, и на твоем месте я бы держался подальше.

— Спасибо за предупреждение, я ведь уже планировала с ним переспать, — сухо отвечаю я.

— Поступай, как считаешь нужным.

— Ты можешь сесть рядом со мной? Я знаю, что ты не будешь ко мне приставать, — я похлопываю по месту рядом с собой.

Он фыркает, встает и перемещается на кровать, и я вздрагиваю от неожиданности. Перед тем как он приземлился бы на меня, он телепортируется и оказывается позади меня. Я хихикаю как маленькая школьница и ненавижу себя за это.

— Какой прекрасный звук, — Айк улыбается, его карие глаза сияют.

— У меня идиотский смех? — спрашиваю я, пультом включая телевизор.

Он откидывается назад и кладет руки за голову, уставившись в телевизор.

— Когда мои бабушка и дедушка были живы, у них был дом с навесом, где висели двадцать колокольчиков. Я думаю, что это мой самый любимый звук в мире. Такой легкий и причудливый. Я чувствую себя как дома, — он смотрит на меня и его темные глаза светятся теплом. — Твой смех напоминает мне о них. О тех колокольчиках.

Он смотрит на меня, и я судорожно сглатываю. Это самое приятное, что мне когда-либо говорили. Не говоря уже о парне. Ах, да, о мертвом парне. И с этой мыслью я отвожу свой взгляд. Мне нельзя привязываться к Айку. Он скоро уйдет, и на его место придет другая душа, нуждающаяся в помощи, чтобы перейти в другой мир.