Если рядом ты
Шрифт:
Господи! Я ни хрена не знаю. Натыкала на карте какие-то места и радуюсь. И что делать дальше? Так и быть, придется как-то выкручиваться. Доедем до места, а там… карта есть, не пропадем.
– Недалеко?
– Да всего-то девятьсот километров.
Лени кашляет.
– Чего? А твой дедуся не мог где-нибудь поближе помереть? – плюется Ву.
Гад! Метаю в него грозный взгляд. Как только не стыдно? Может мой дедушка существует и понарошку, но все равно обидно.
– Извини, - охотно говорит Лени, выждав небольшую паузу. – Хорошо.
Я молчу. Хотя его «прости» выглядит очень искренне. Уставившись в окно, делаю вид будто огорчена. Однако тут нечему удивляться. Зная Ву…
– Я уже извинился. Больше не буду, - громогласно заявляет он.
– Так что можешь дуться сколько угодно.
– Твои извинения приняты, - кичусь я. Лучше что-нибудь ответить, иначе всю оставшуюся дорогу, этот недовольный жизнью человек, не произнесет ни звука. А дорога-то не близкая.
Складываю карту и убираю ее обратно на место. Детектив, важно осмотревшись по зеркалам, выезжает на главную трассу. Настраивает приемник на новую радиостанцию, прибавляет звук по громче, и чрево салона заливает рэп-музыка. А мои перепонки начинают молить о пощаде.
Через два часа прослушивания музыки в стиле хип-хоп и людей, ритмично читающих под бит, мои ноги начали непроизвольно дергаться, а голова то и дело покачиваться в такт. Мы проехали порядка двухсот километров и содержимое моего мочевого пузыря так и норовит вырваться на свободу. Дожидаюсь первой попавшейся заправки и требую:
– Остановись здесь.
– Что случилось? – Лени слегка притормаживает.
– У меня уже задница занемела.
– Подожди немного. Через десять километров будет кафе.
Я тоже читала рекламный баннер на обочине дороги, и видела фото вульгарно одетой официантки с огромной грудью, но мой обмен веществ не может ждать, ни пяти километров, ни даже пятисот метров.
– Господи, да я сейчас описаюсь, - почти ору я и Ву резко тормозит.
– Раньше не могла сказать?
– Я тебе намекала.
– Лучше нужно намекать…
Но я почти не слышу Лени, потому что уже на всех парах мчусь к туалету.
Пока мою руки и привожу себя в порядок мне в голову приходит мысль. А что, если попробовать подружиться с сердитым детективом Ву. Может быть идея и сумасшедшая, но это лучше, чем к концу поездки оказаться на смертном одре; уже вижу, как Лени, не выдержав наших бесконечных склок, выстреливает мне в голову. Ну, или я ему.
– Все. Можно ехать, - заверяю я, садясь в седан. Лени придавливает газ. – Может поедим? Желудок ужасно урчит. – Про завтрак даже не заикаюсь, потому что он мирно покоиться на заднем сидение авто. Да и время уже - обед.
Не знаю слышал Лени мои жалобы или нет, но машина начинает стремительно набирать скорость.
Как же трудно находиться наедине с таким человеком. То ли Ву в нескончаемой депрессии, то ли у него серьезные проблемы с психикой? Непонятно. Но судя по тому, что он все время не в настроении и неразговорчив…
Из моего кармана доноситься классическая музыка. На фоне бесконечно зарифмованных слов это просто услада для моих ушей.
– Да, - радостно отвечаю я на звонок.
– Привет Деби. – Папин голос умиротворяет и на моем лице расцветает улыбка. – Ну как твои дела? Ты уже приехала?
– Нет, пап. Нет,- качаю головой. – Я не решилась провести ночь за рулем, так что пришлось заночевать в мотеле.
– Ну и правильно.
– А как у тебя дела?
На мой вопрос отец шумно вздыхает.
– Все хорошо.
Звучит до безумия фальшиво.
– Мама вернулась обратно домой, - продолжает он.
– Как вернулась?! – шокировано говорю я.
Папа вновь тяжело вздыхает.
– Да… Говорит, что мы не имели права запихивать ее в эту тюрьму.
При слове тюрьма меня передергивает.
– Но ты не переживай, тетя Мари согласилась с ней посидеть, пока я буду на работе, - успокаивает отец. – В магазине тоже все хорошо.
– Тетя Мари?.. Мама же ее с потрохами сожрет.
– У меня нет выбора.
Мари Сторм – папина сестра. Она очень чуткий и отзывчивый человек, а ее зеленые глаза всегда лучатся теплотой и заботой. И могу заверить, что такой доброй и удивительной женщины я больше нигде и никогда не встречала. Зная характер мамы мне до безумия жаль тетю Мари. Это равносильно что кинуть кролика в нору хищника.
– Я знаю.
– Но есть и хорошие новости. – Голос у отца слегка взбадривается. – Я пока остаюсь в своем магазине.
За все время — это самая прекрасная новость. Хоть эта информация и доказывает, что Паркер до сих пор в коме (а с ним и мои шансы добиться оправдательного приговора ничтожны), я все равно довольна.
– Это же круто! – радуюсь я.
– Угу... Дорогая ты только не волнуйся, но я хочу тебя кое о чем спросить.
Звучит как-то тревожно. Но так как я примерно представляю, о чем будет его вопрос, напряжение немного спадает. На этот случай я уже подготовила небольшую байку.
– Да…
– Ко мне вчера приходили полицейские. Они искали тебя. Сказали, что ты… - Отец делает паузу для того, чтобы прочистить горло. – В общем они сказали, что ты пыталась убить Грэга Паркера. Помнишь мистера Паркера? Я тебе про него рассказывал. Это он хочет на месте нашего магазина возвести какой-то центр, - тараторит папа.
– Да я помню, - спокойно отвечаю, пристально рассматривая ноготь на мизинце.
Еще бы!
– Полицейские подозревают тебя. Но я им сказал, что этого не может быть. Что в это время ты была на работе. Но они утверждают, что у них есть видео с камер наблюдений где ты заходишь в дом к мистеру Паркеру.
Я молчу. Мне безумно стыдно, а вся моя выдуманная история разваливается в пух и прах. Даже не хочу лгать отцу. Представляю каково ему сейчас. Меня так и одолевают непрошеные слезы, но я сдерживаюсь.
– Пап послушай… все ни так как они говор…
– Вот и я им объясняю, что это не ты, - прерывает он, не давая шанса все ему объяснить. – У меня прямо камень с души свалился. – Пиип… И папин голос исчезает.
– Алло? Пап, ты меня слышишь? – говорю я. Затем смотрю на дисплей телефона и снова пытаюсь узнать не слышит ли меня отец. Но судя по тишине в трубке, не слышит.