Чтение онлайн

— Гарри? — спросила она, оказавшись в шаге от него. — Ты вернулся?

— Не уверен, — честно ответил Гарри. — Но точно знаю, что мы знакомы.

Женщина горько улыбнулась, вынула палочку, направила на себя и что-то прошептала. И пелена разом спала с глаз Гарри, когда он узнал свою жену. Темные волосы превратились в огненно–рыжие и рассыпались по плечам, из карих глаз заструились слезы — радости или печали, а скорее, того и другого вместе.

— Маскировка, — всхлипнула Джинни, жадно глядя на мужа. — Это тут с виду все мирно, а на самом деле иногда происходят стычки, приходиться накладывать дополнительную защиту. Долгая история…

Гарри, постепенно осмысливая происходящее, невольно посмотрел на мальчика, который притих и играл волосами матери. Черные волосы, голубые глаза и недетский, понимающий взгляд.

— Джинни, это…

— Рональд, — прошептала Джинни. — Наш сын.

— Рональд… — повторил Гарри. — Можно?

Она кивнула и протянула ему ребенка. Малыш не стал возражать, что слегка удивило Гарри, но крайне серьезно посмотрел на отца, отчего тому стало не по себе. Что-то надвигалось, и он начал опасаться, что не сможет вместить этой новой правды.

— Джинни, — начал Гарри, но не знал, что сказать еще, кроме самого очевидного, — прости.

Он уже заметил, что Джинни выглядела старше своих лет. Прошло три–четыре года, не больше, но ей никак нельзя было дать двадцать четыре или двадцать пять. Возможно, он просто не привык видеть ее такой: на лице навсегда отобразилась маска скорби.

Джинни медленно наклонила голову.

— Гарри, я никогда не думала винить тебя. Всего этого не произошло бы, если б не ряд особенностей нашей расы волшебников, которая в данное время доживает свои последние дни. Наш мир больше не тайна ни для кого.

Гарри ужаснулся, не имея ни сил, ни воли представить себе, что это значило.

— Все крепости пали, и стены разрушены, — с жестким выражением лица продолжила Джинни. — Здесь, в Лондоне, один из двух оставшихся островов надежды. Второй — это Хогвартс. Но наше положение очень шаткое. Можно сказать, вернулись времена инквизиции, потому что все не без оснований винят нас, волшебников, в том явлении, которое едва не стерло с лица земли все живое. Маглы в ярости, они применили против нас все, что у них осталось, после того как многое было уничтожено безумными. Далеко не все выздоровели, и многие умерли. Теперь мы в основном заняты тем, что помогаем восстановить планету, и так происходит во всех странах. Только так мы сохраняем себе жизнь и право на безопасность, хотя, — очередная горькая усмешка скривила ее губы, — все это относительно.

Гарри крепче прижал к себе сына, не желая верить в то, что он слышал. По Земле пронесся Армагеддон, и выжившие продолжают уничтожать себе подобных, вместо того чтобы бороться против общего недуга — равнодушия и жестокости. А ведь это в какой-то мере коснулось и его, а следовательно, у него не больше прав осуждать людей, поступающих таким образом, чем у последних — убивать магов.

Джинни, помолчав, вновь обратилась к Гарри:

— Тут многое изменилось. Но я рада твоему возвращению, очень. Просто я уже почти разучилась радоваться.

Эти слова словно прожгли Гарри насквозь. Джинни, его Джинни, которая была для него воплощением света и справедливости, никогда не терявшая головы, больше не может радоваться! Неожиданно ярость опять с новой силой зашевелилась в нем, и он, прекрасно понимая, на ком ему сейчас хочется выместить всю свою злость, остановил себя и спросил у жены:

— Когда закрылись Врата?

— Через месяц после того, как вы с Луной ушли. Гарри, неужели она осталась… там?

С усилием, стоившим ему последнего мужества, Гарри кивнул, и у него стали подкашиваться ноги. Джинни подхватила маленького Рональда и успела подставить свободную руку, чтобы Гарри смог опереться.

— Пойдем в дом, — проговорила она. — Ты должен поесть и отдохнуть.

— Нет, — возразил Гарри. — Сначала ты все мне расскажешь, я не вынесу это по частям.

— А этот? — Джинни указала кивком головы на Снейпа, который все это время стоял почти спиной к ним, похожий на каменный столб, облаченный в мантию смерти.

Гарри даже вздрогнул. Джинни, всегда сочувствовавшая Снейпу, никогда не отзывалась о нем так, и тут Гарри окончательно пришлось осознать и смириться с тем, что все изменилось навсегда.

— Он пойдет с нами, — высказал Гарри первую пришедшую в голову мысль.

— Ни за что! — отрезала Джинни, даже не пытаясь понизить голос. — Гарри, ты передумаешь, когда все узнаешь! Я не стану терпеть его в своем доме!

— Это и мой дом, — напомнил ей Гарри и оглянулся на мастера зелий. Тот так и стоял, не оборачиваясь.

— Надеюсь, вас не придется тащить, сэр, — с раздражением сказал ему Гарри, а Джинни гневно сверкнула глазами и поджала губы.

Снейп подчинился и медленно, словно тень, поплелся за ними к дому. Гарри мельком оглядел его сжавшуюся фигуру и понял, что мастеру зелий было абсолютно все равно, куда идти.

В гостиной Снейп постарался сделаться как можно незаметнее, устроившись на кресле в углу, в то время как Джинни, уложив Рональда спать, вернулась к Гарри и села напротив.

— Рассказывай, — мрачно попросил он.

— В тот день мы проигрывали одну битву за другой, — начала Джинни, устремив взгляд на пляшущий в камине огонь. — Я не помню, чтобы я когда-либо еще так уставала. Призраки сосредоточили свои силы в Лондоне, откуда распространяли свое жуткое влияние. Многих они навеки обрекли на безумие. Мы пытались хоть что-то сделать для пострадавших, но их становилось все больше, в отличие от нас… И тогда Охотники придумали хитрый ход: они отступили на время, чтобы скианты почувствовали вкус победы, а затем обрушились на них всей своей мощью. Возможно, тебе это покажется опрометчивым, но все мы тогда прекрасно понимали, что нам не выдержать долгой осады. Это было… жутко! — Глаза Джинни метнулись к мужу, остановились на его лице. Гарри решительно пересел к ней и взял ее руки в свои. Она благодарно кивнула.

— Я понимаю, что у вас не было другого выхода, — заверил он ее.

— Они побеждали, — продолжила Джинни, набрав в грудь воздуха. — Постоянно приходили сведения о том, что кто-то из наших ранен или убит. А потом Охотники решились на самую рискованную часть операции: они взорвали Башню Скиантов.

— Башню?

— Да, именно так мы потом прозвали то, что они сотворили из собственных тел. Говорят, Вестерс организовал все это и задействовал сразу пять отрядов, разместив их так, чтобы Башня оказалась в их кольце.

Гарри догадался.

— Они создали огромную ловушку?

— Да, и это был чудовищный по своей силе взрыв. Они знали о том, что такое возможно, но им пришлось жертвовать как чужими жизнями, так и своими собственными. Мистер Вестерс и Одж Дэггер погибли сразу же, после чего сопротивление сильно ослабло.

Первый чувствительный удар здесь, в родном доме, но на новой земле. Гарри отвел взгляд от лица жены и тоже стал смотреть в огонь. Его начальник был для него, прежде всего, дорогим человеком и примером для подражания. Скольким вещам он мог у него научиться, случись все иначе! И хотя Гарри не сомневался в том, что Вестерс не подверг бы свою жизнь такой опасности, не будь на это крайней необходимости, боль утраты все равно заполнила его душу. Одж Дэггер, или Джефри Стеффинс, стал его другом и коллегой, а также родным человеком для Гермионы… Гарри вдруг встрепенулся: почему Джинни не заговорила сразу о самых близких друзьях? Он снова обернулся к ней.