Чтение онлайн

— Лиль, может передумаешь? Ну ты столько лет ему верила, спасала этот брак, давала шансы, вы столько пережили и теперь ты отказываешься от возможности счастья.

— Я боюсь, Гуся. Очень боюсь, что сейчас соглашусь, он потухнет, добившись своего и всё будет как прежде. Не хочу снова обжечься. Я этого не перенесу. И вообще, мне бы побыть одной, разобраться в себе.

— Сложно всё у вас… Но я на твоей стороне. Как тебе лучше, пусть так и будет.

Прошло ещё четыре месяца.

Стояла осень. В начале лета Глеб улетел в длительную командировку, откуда часто звонил Лиле и присылал сообщения. Не так давно он вернулся и вновь, как на боевом дежурстве, встречал её с работы и отвозил туда почти всегда. За редким исключением, девушке удавалось выбраться пораньше из дома или из музея и уехать самой. Мужчина не заговаривал об их отношениях, но неизменно был рядом.

В тот день Лилю вызвала в кабинет начальница и сказала о том, что в их музей, сотрудничавший с римской галереей Боргезе, поступило предложение об обмене опытом. И на роль сотрудницы, которая может поработать в Италии, начальница решила выдвинуть кандидатуру Лили, что была одобрена. Пантелеева с радостью согласилась уехать, давно желая сменить обстановку.

Трамвай ехал мимо аллеи осеннего парка. Девушка освободилась с работы раньше и добиралась сама, радуясь этому случаю. Хотелось подумать. Она прислонила голову к стеклу и смотрела на город. Листва, осыпающаяся с клёнов, стелилась красивым жёлтым ковром. Осень разукрасила деревья, и даже сероватое, хмурое небо не могло испортить впечатляющей картины, которую создавали разноцветные отголоски прекрасной, пушкинской поры.

Лиля смотрела в окно и вспоминала их с Глебом свадьбу, которая тоже была сыграна вот такой, красивой осенью. Тогда тоже кружилась вокруг подстрекаемая ветром листва, по небу гуляли тучи, но девушка была счастлива и полна надежд на то, что её брак, всё-таки, будет счастливым, ведь она так любила этого мужчину! Так любила…

Пантелеева по прежнему осознавала, что и сейчас любит мужа. Ну конечно, конечно этим сильнейшим чувствам никуда не деться, а её болезнь вопреки ожиданиям не только не разрушила их, а очень укрепила. Глеб переменился, и с наступлением болезни стал таким внимательным, заботливым, нежным и буквально вытащил её с того света, практически против лилиной воли. Она не узнавала его: куда-то, вдруг, делся этот холодный, отстранённый мужчина, которому Лилия и вовсе давно была не нужна. Да и после её выздоровления, уж сколько прошло времени, а он неустанно находился рядом. Вроде и молчал, но в его глазах всё время читалась просьба о новом шансе. Во взгляде постоянно отражались нежность, забота, надежда и любовь… Но любовь ли это? Этот вопрос мучал Лилю всё время. А может просто жалость или проснувшаяся, невыраженная за все годы признательность? Как понять? Как не ошибиться снова? Ведь, однажды, ошибка уже стоила ей совсем загубленной жизни…

Что было в её судьбе? Одна большая любовь, держащаяся «на честном слове» и её чувствах, порывах, мольбах и бесконечных попытках начать сначала, а в остальном: немыслимо много боли, страданий — её, Акима, самого Глеба, его матери, разрушенных надежд, подорванной, динамитом предательств, веры, нежелание жить, мучения, слёзы, страх… Словом, плохого, мрачного, грустного, было в разы больше, чем хорошего.

Девочка из детдома, рано потерявшая трагически погибших родителей, сама пробивавшая себе путь в лучшую жизнь… Что она видела по итогу? Мужа, который её никогда не любил, боль, страдания, несчастного, вечно преданного ей Акима, которого, на свою беду, так и не смогла полюбить она, и, который, слава Богу стал счастлив, и разрушевшиеся впоследствии мечты о собственном счастье? Болезнь и близость смерти, хватающей за руку? Только на краю пропасти Лиля смогла получить от Глеба хоть немного заботы и ласки, о которой так мечтала всегда… Но стоит ли верить теперь?

Девушка понимала, что по прежнему боится.

Трамвай остановился и она сошла, быстро начав идти в сторону дома.

— Лилька! — знакомый голос за спиной.

«И когда он успел сюда по пробкам?» — подумалось ей. Пантелеева обернулась.

— Лилька, а я приехал в музей, мне сказали, ты ушла. — Глеб подошёл ближе и протянул ей букет цветов.

Была пятница. За всё это время он будто снова возродил ту самую традицию и каждую пятницу привозил Лиле цветы.

— Ушла. Сегодня ушла раньше. — она взяла букет. — Спасибо.

— Может поужинаем вместе? Пятница же. — с надеждой в глазах спросил Пантелеев.

— Глеб, я уезжаю скоро. Работать и жить в другую страну. — решилась сказать девушка.

— Куда? — помрачнев, задал вопрос он.

— Какая разница?

— Как это? Ты моя жена.

— Только по документам.

— Для меня не только.

— Глеб, давай разведёмся и закроем этот вопрос. — настойчиво, не обращая внимания на его слова, произнесла Лиля.

— Я не хочу разводиться с тобой. — упрямился, как подросток, бизнесмен.

— Хорошо, если тебя устраивает штамп в паспорте, вместо живого человека, не буду мешать. В другой стране мне от этого ни холодно, ни жарко. Не приезжай больше. — она начала уходить.

— Когда ты уезжаешь? — спросил он.

— Скоро. — обернувшись, ответила девушка, и ушла.

Мужчина побрёл в машину. Начался осенний ливень, заливающий окна. Глеб смотрел на воду, стекающую по стеклу и ощущал безысходность. Он и сам не знал, почему всё время приходил и стучался в намертво закрытую женой дверь. Отчего то верил, что она ещё расстает, готов был ждать этого момента. А теперь, когда она сообщила об отъезде, внутри будто что-то оборвалось. Впервые, совсем остро, он ощутил, что теряет Лилю и никак не может на это повлиять. Понимал, что не хочет, но все попытки удержать её терпели поражение. Пантелеев подумал, что может быть и стоит отпустить девушку, хотя в душе снова зашевелилась надежда на чудо.

Бизнесмен давно размышлял над чувствами к жене и понял, что, неожиданно для себя самого полюбил её по-настоящему. В те жуткие моменты, когда её могло не стать, не представлял как будет жить дальше, в те моменты, когда смотрел и видел её такой разной, не понимал, как не замечал раньше рядом с собой такую уникальную и неповторимую женщину, свою жену. Вспоминал её неутомимую заботу, желание быть с ним всегда, поддержку, любовь и клял всё на свете, осознавая, каким был дураком. А она всегда его ждала. Теперь они поменялись местами. Ему придётся ждать, чтобы лёд в душе Лили расстаял и она смогла дать ему ещё шанс. Но дождётся ли он? Для Глеба это было загадкой.

Прошло три дня.

Был суматошный понедельник, Пантелеев хотел поехать к жене утром, но не получилось — с самого утра пришлось ехать в офис на срочную встречу с подрядчиком. Он в который раз пожалел о том, что рядом больше нет Акима, способного помочь ему в таких случаях. Без друга Глеб стал в буквальном смысле зашиваться, хотя знал, что и Краснову в Питере не очень то легко с нуля поднимать филиал.

После рабочего дня, Глеб поехал к Пушкинскому музею, куда так часто приезжал последние месяцы. Он снова и снова ждал, когда у ворот появится хрупкая фигура его Лили в плаще, её золотые кудри. Но в этот вечер Лиля не вышла. Мужчина решил, что в очередной раз не успел — она освободилась раньше. Набрал знакомый до боли номер, а в трубке раздалось: «Абонент временно недоступен».

«Временно ли?» — подумалось Глебу.

На следующий день он, ни свет, ни заря, приехал к дому, где располагалась квартира Инги, в которой до сих пор жила Лиля. Ждал её выхода из дома, но на часах давно минуло девять утра, а девушка не появилась.

Пантелеев насторожился. Поехал в музей, долго объяснялся с кассиршей, которая знать не знала, кто такая Лилия Пантелеева, потом ему удалось попасть в отдел русского искусства. Начальницы жены на месте не было, а сердобольные сотрудницы сказали, что Лиля ещё в понедельник утром улетела в Италию. Большей информации ему добыть не удалось.

Бросив все рабочие дела, Глеб взял билет на Сапсан и поехал в Питер. Он точно знал, что Инга Краснова в курсе, где искать его жену.

Был хмурый день, небо затянуло тучами и обещала типичные для города на Неве дожди. Пантелеев приехал к Русскому музею, где теперь работала Инга.

Позвонил подруге Лили и жене друга и попросил выйти к нему ненадолго.

— Привет, Пантелеев! Надо же, какой сюрприз! — шатенка выглядела всё так же прекрасно, как обычно.

Подошла к Глебу в наспех накинутом на плечи сером пальто и вопросительно взглянула на него.