Чтение онлайн

— Прошу, — сказал Майк спустя пятнадцать минут после расставания с доктором Ватсоном, галантно открыв дверь с табличкой «лаборатория», пропуская девушку вперед себя.

Сфера деятельности Софи была далека от науки в прямом смысле этого слова, а потому она завороженно оглядела помещение, которое было залито холодным светом электрических ламп и просто кишело пробирками, колбами и реактивами. Взгляд девушки остановился на темной фигуре, на мгновение повернувшей голову навстречу вошедшим, но тут же склонившей ее обратно к столу. При взгляде этот силуэт в груди что-то странно защемило.

— Что ж, Базаров здесь был бы счастлив, — усмехнулась Софи и посмотрела на Майка. Тот юмора, кажется, не уловил, но приличия ради улыбнулся.

— Майк, можно взять твой телефон? На моём не ловится сигнал, — неожиданно раздался из дальнего угла приятный баритон.

— А что, городской не работает? — уточнил Стамфорд, подходя к столу с оборудованием.

— Предпочитаю SMS, — откликнулся незнакомец.

— Извини, он остался в пальто, — ответил Майк, похлопав себя по карманам.

Софи, до этой минуты смирно стоявшая недалеко от входа и наблюдавшая за этим бытовым диалогом, вытащила свой телефон из кармана:

— Хотите взять мой?

Человек в углу наконец поднял голову, и Софи встретилась с ним взглядом. В это мгновение она готова была поклясться, что видела эти глаза сотни раз до этого.

— Хочу. Спасибо, — мужчина встал со стула и двинулся к девушке, застегивая на ходу пуговицы пиджака. Его высокая, худая фигура ярко выделялась на фоне ослепительно белой лаборатории.

— Это моя знакомая, Софи Конан Дойл, — начал было Стамфорд.

За несколько секунд, которые незнакомец шел до Софи, она успела осмотреть его с ног до головы, а потому ей еле удалось сдержать усмешку. Наконец он принял протянутый ею смартфон и встал к ней боком, что-то активно набирая в нем.

— Йельсткий или Колумбийский? — спросил мужчина спустя пару секунд.

— Простите? — Софи свела брови.

— Йельсткий или Колумбийский? — повторил он.

— Колумбийский. Но, простите, как вы.? — начала было девушка.

Дверь за спиной тихо открылась, и в лабораторию кто-то вошел. Мужчина вернул Софи телефон и обратился к вошедшему.

— А, Молли, кофе, спасибо! — сказал он крохотной девушке, протянувшей ему чашку. — Что случилось с помадой?

— Она мне не шла, — робко ответила она.

— Разве? — откликнулся мужчина, повернувшись к ним спиной и на ходу отпивая кофе. — По-моему, было гораздо лучше, — он махнул рукой. — Теперь рот маловат.

— Хорошо, — прошелестела его собеседница. Она посмотрела на Софи, и та улыбнулась ей, предчувствуя, что еще не раз увидит эту женщину. Молли улыбнулась ей в ответ и тихо вышла.

— Скрипку терпите? — вновь подал голос высокий мужчина.

— Простите, что? — повернулась к нему Конан Дойл.

— Когда я размышляю, я играю на скрипке, а иногда молчу целыми днями. Вас это не будет беспокоить? — он повернулся к ней лицом и натянутой улыбнулся. — Будущие соседи должны знать худшее друг о друге.

Софи посмотрела на Стамфорда, вертящего в руках какую-то пробирку.

— Вы говорили ему обо мне? — спросила она.

— Ни слова.

— Разве кто-то говорил о соседях?

— Я говорил, — вновь вклинился незнакомец, надевая в этот момент темное длинное пальто. — Утром жаловался Майку, что мне трудно найти соседа по квартире. А сразу после обеда он появляется с новой знакомой, которая недавно оставила свой преподавательский пост в Колумбийском университете, — он повёл плечами. — Несложно догадаться.

— Как вы узнали про Колумбийский? — спросила Софи.

— Я присмотрел милое местечко в центре Лондона, — мужчина что-то проверил в телефоне, не замечая, похоже, ничего вокруг. — Думаю, вместе мы его потянем. Встретимся там завтра вечером, в 7. Простите, бегу. Кажется, я забыл в морге свою плеть, — закончил он, обходя Софи и направляясь к выходу. [1]

— Так просто? — остановила его она, повернувшись к нему лицом.

— Так просто — что? — его голос прозвучал чуть раздраженно. Это веселило.

— Мы впервые видим друг друга, но уже идём смотреть квартиру, так? — задала наводящий вопрос Софи.

— Что-то не так? — несколько самодовольно ответил мужчина. — Если Вы думаете, что мы друг о друге ничего не знаем, то спешу Вас разубедить, — он наклонил голову лбом вперед, будто сканируя Софи. — Я знаю, что Вы занимаетесь русской литературой, служили приглашенным преподавателем в Колумбийском университете, но покинули пост из-за отсутствия перспектив. У Вас есть подруга, которая о Вас беспокоится со времен школы и которая подкинула Вам идею найти сожителя, но Вы сторонитесь ее и неохотно принимаете ее помощь, — мужчина выдержал эффектную паузу. — На первое время хватит, — он снова отвернулся.

— Если, — проговорила Софи.

— Простите? — спросил мужчина, боком двинувшись в сторону двери.

— «Если Вы думаете», — процитировала она его. Он остановился и посмотрел на нее. — Я так не думаю, — она еще раз окинула его с ног до головы. — Я, в свою очередь, знаю, что у Вас есть брат, чья опека Вам докучает, у Вас длинный список прошлых и нынешних зависимостей, Вы сотрудничаете со Скотланд-Ярдом и считаете себя высокоактивным социопатом, что, боюсь, лишь отчасти справедливо, — она замолчала. Незнакомец наклонил голову, будто сканируя ее. — Мой же первый вопрос подводил к тому, что я не знаю о Вас двух вещей: где мы с Вами встречаемся, и как Вас зовут.

— Что же, — неизвестный неопределённо качнул плечами и отошел ко входу.

Он открыл дверь, шагнул коридор, и на мгновение Софи почувствовала странное разочарование, подумав, что он просто уйдет.

— Да. Такие дела, — заключил Стамфорд.

Однако незнакомец все-таки шагнул обратно в лабораторию, выглянув из-за двери, и произнес:

— Имя — Шерлок Холмс, адрес — Бейкер-стрит, 221-б, — мужчина подмигнул. — Пока, — кинул он Майку.

— Он такой, — сказал тот, удивленно глядя на Софи.

Софи Конан Дойл была довольно высокой девушкой (по крайней мере сам Ватсон смотрел на нее при встрече снизу вверх, хотя она была не на каблуках). Ее лицо отчего-то прочно впечаталось в его память, и весь день после встречи с ней оно периодически всплывало перед ним.

Она не была красавицей в известном смысле слова. У нее было довольно круглое лицо, очень (даже слишком) высокий лоб, неприметно русые волосы длиной до плеч и маленькие губы с опущенными уголками. Она не показалась Джону худой, но и назвать ее полной было невозможно: первыми в ее лице бросались в глаза четко выраженные, удлиненные по мужскому типу скулы, которые несколько дисгармонировали с ее общим образом. Одета она была весьма и весьма экстравагантно: на первый взгляд это был образ городской сумасшедшей, но при детальном рассмотрении он вызывал симпатию, ибо будто бы дополнял каждое ее движение. Однако все это перечеркивали ее глаза: светло-карие, почти янтарные, они светились из-за роговой оправы очков странной, почти материнской теплотой и тем коэффициентом осознанности, что лишь от одной встречи с ними ты понимал — она очень, очень, очень умна. И вот теперь, лежа в своей постели, Ватсон снова видел перед собой эти глаза.