Чтение онлайн

— Нельзя… Не можем мы оторвать таймер или что-то в этом роде?

— Это бы его взорвало, — покачал головой детектив.

— Видишь? — воскликнула Софи, сделав шаг назад. — Что-то ты знаешь!

Шерлок отвернулся, вздыхая.

В своей комнате Моран набрал код 051113 на цифровой клавиатуре. Он вставил один из ключей в паз и повернул его. Устройство издало звуковой сигнал, и он отпустил ключ, потянувшись к кнопке.

В вагоне загорелись все огни, и часы обратного отсчета на материнской бомбе начали тикать. Конан Дойл и Холмс в шоке огляделись.

— Боже мой! — воскликнула Софи, быстро дыша. Шерлок заходил по вагону. — Почему ты не позвонил в полицию? — Почему ты никогда не звонишь в полицию? — яростно всплеснула руками девушка.

2:15

Она посмотрела на часы на мгновение, а затем указала на Шерлока:

— Чертоги разума.

— Хм? — нахмурился детектив.

— Используй свои чертоги разума, — прошипела Софи.

— Как это поможет?

— Да ты знаешь все на свете! — не выдержала Конан Дойл.

— О, и ты думаешь, что я запрятал знание «Как обезвредить бомбу» куда-то подальше? — воскликнул Шерлок, активно жестикулируя.

— Да!

Шерлок на секунду задумался:

— Может быть, — он поднес пальцы к лицу и закрыл глаза.

— Думай, — Софи нависла над дырой в полу, наклонив корпус вперед.

Шерлок немного поднял голову, все еще концентрируясь, и застонал. Софи закрыла глаза, качая головой, когда беснования Шерлока стали громче. Наконец Холмс испустил крик и открыл глаза на мгновение, тяжело дыша, но затем опустил руки и посмотрел на Софи с пустым, но извиняющимся выражением лица. Конан Дойл взглянула на него с недоверием.

— Боже мой, — она отвернулась. Шерлок сорвал шарф с шеи и согнулся пополам, закрыв голову руками, все еще издавая бессвязные стоны. Он упал на колени рядом с бомбой. — Вот и все, — Позади нее Шерлок безуспешно болтался над бомбой. Софи остановилась и посмотрела в пространство.

— Как же тебя выключить? — едва слышно прошипел Холмс.

1:29

— Значит, ты не можешь выключить бомбу, — сердито произнесла Конан Дойл. — Ты не можешь обезвредить бомбу и не позвонил в полицию!

Она отвернулась на мгновение, но затем снова оглянулась на детектив. Шерлок смотрел на нее, поднимаясь на ноги.

— Давай, Софи, — он указал на кабину водителя. — Уходи.

— В этом нет никакого смысла, а если мы этого не сделаем, — она указала на материнскую бомбу, — погибнет куча народу!

— Прости, — мягко сказал он ей.

Конан Дойл на мгновение закрыла глаза, но затем снова посмотрела на него:

— Что?

— Я не могу… Я не могу, Софи, — мягко сказал Холмс, и его глаза начали наполняться слезами. — Я не знаю, как, — он встал на колени. — Прости меня.

— Что? — яростно повторила девушка.

— Пожалуйста, Софи, прости меня… — он поднял руки в молитвенном жесте, — за всю ту боль, которую я причинил тебе…

— Нет! — она указала на него пальцем и нервно рассмеялась. — Нет-нет-нет-нет-нет! Это уловка!

— Нет, — покачал головой Холмс.

— Еще одна из твоих чертовых уловок, — не унималась доктор филологии.

— Нет, — тверже сказал он.

— Ты просто пытаешься заставить меня сказать что-нибудь хорошее!

— Не в этот раз, — детектив коротко посмеялся.

— Просто чтобы ты выглядел хорошо, даже если вел себя как… — она поморщилась и отвернулась, пытаясь успокоить дыхание. Шерлок отошел от бомбы и сел на край одного из ближайших сидений. Конан Дойл лишь схватилась за один из поручней, глядя в пол, и яростно топнула ногой. Ее голос стал особенно низким, когда она заговорила:

— Я хотела… чтобы ты не умер.

— Да уж, будь осторожна в своих желаниях, — хмыкнул детектив. — Если бы я не вернулся, ты бы не стояла тут и… — девушка отвернулась, покачав головой, — у тебя было бы будущее… с твоим Хидстоуном.

— Нет, не было бы, — вдруг повернулась к нему Софи. — У меня никогда ничего не было с Томом. Это — уловка.

Она снова отвернулась, молясь, чтобы хотя бы в последние минуты жизни бог послал ей долгожданные слезы. Шерлок прикрыл рот кулаком и вытер нос. Когда Софи опять посмотрела на него, отпустив поручень, его лицо было полно отчаяния.

— Но я лгала не только в этом, — напряженно сказала она. Холмс кивнул, опустив голову. — Я не простила тебя за то, что ты пропал на два года.

— Я знаю, — откликнулся детектив, не глядя на нее.

Софи выдохнула, опустив голову, а затем выпрямилась и посмотрела прямо на Шерлока:

— Но ты самый лучший и самым мудрый человек… — она практически перешла на шепот, — из всех, кого я когда-либо знала, — Холмс посмотрел на нее широко раскрытыми глазами, наполненными слезами. Конан Дойл вздохнула, снова опуская голову, прежде чем снова ее поднять. — Поэтому… прости меня.

— За что? — непонимающе посмотрел на нее Шерлок.

— За то, что многого тебе не сказала, — Софи сглотнула. — И не скажу, — она вымученно улыбнулась. — Давай умрем, как простые соседи по квартире. Я тебя прощаю.

— Если бы ты умирала, — вдруг сказал детектив, приблизившись к ней вплотную и наклонившись. Их лица были на расстоянии сантиметров 10 друг от друга, и Софи могла почувствовать аромат его одеколона. — Если бы тебя убивали, чтобы ты сказала в последнюю минуту?

— Я тебя прощаю.

Шерлок посмотрел на нее, и их глаза на мгновение встретились. Софи, подавив желание подойти и обнять его, сделала глубокий вдох через нос, закрыла глаза, поднимая голову и готовясь к смерти.

Она снова схватилась за поручень и опустила голову, глубоко вздохнув. Прошло тридцать мучительно долгих секунд, и вдруг рядом с ней раздался звук, похожий на плач. Голова Шерлока была опущена, тыльная сторона ладони прикрывала его рот, в то время как его тело тряслось от чего-то вроде рыданий. Софи еще сильнее зажмурилась. Холмс опустил руку и посмотрел на нее, умирая… от смеха. Конан Дойл уже полностью открыла глаза, когда наконец поняла, что он делает. Глядя на него, Софи шагнула вперед и посмотрела на часы обратного отсчета на материнской бомбе: они постоянно переключались между 1:28 и 1:29.

— Ты… — Шерлок встал, истерически смеясь. — Ты купилась!

— …совершенно… — Софи отвернулась.

— Все-таки купилась!

— Ты… — она глубоко вдохнула и перешла на русский. — Вот же ж ты… Шерлок Холмс! Я знала это! Святой боже, почему я тебе всегда верю, мать твою за ногу!

Детектив снова сложил руки в молитвенном жесте и заговорил мягко:

— О, но те вещи, что ты сказала — такие замечательные! Я-я никогда не знал, что ты так заботишься.

— Ты знал! — Софи повернулась к нему полностью.