Чтение онлайн

Достав из кармана ключи от своего «фолькса», Фил протянул их кредитору.

– Нет, Фил, – покачал головой Борис. – Пока не надо. Поезжай домой, отоспись, приведи себя в порядок. Утро вечера мудренее! Может, завтра найдешь где-нибудь деньги и отдашь…

Вот уже который час он сидел на берегу какого-то вонючего водоканала и, вливая в себя прямо из горла бутылки дешевый коньячный напиток, проклинал всех на свете: Наташу с ее утешениями, Макса и Байта с их звонками насчет «акций», Кэт с ее несвоевременной беременностью, дилера с его коварными восьмерками и всех, кого знал.

«Нужно что-то срочно придумывать! Но что?… Попросить денег в долг у Макса? Обратиться за помощью к Кэт? А может, упасть в ноги к родителям! – пытался сообразить Фил. – Тьфу, черт! Одна идея паршивей другой!… А кто, собственно, сказал, что я должен отдавать деньги этому Борису? Ну и что, что у него есть моя расписка? Пошел он!… Нет, так не пойдет. Рано или поздно об этом станет известно. Карточный долг – это дело святое!… А что, если обратиться к человеку, который меня достаточно знает, но не станет болтать о моих проблемах всем подряд. Но есть ли такой человек среди моих знакомых?…»

Таких людей было двое. Первый – Абломкин. Но он вряд ли согласится бескорыстно помочь представителю своих конкурентов по бизнесу. Абломкин наверняка потребует за услугу что-нибудь взамен. Например, сдать ему часть клиентуры Макса и Байта. А уж он сумеет быстро подмять клиентуру под себя. Ведь это именно он, а не кто-то другой, вот уже которую неделю сбивает цены на «акции», вешая своим «друзьям» увесистую лапшу на уши про каких-то «беспредельных залетных конкурентов»!

Вторым подходящим на роль мецената человеком был Дормидонт. Этот типус буквально купался в деньгах, сорил ими направо и налево. За внешней беспечностью и безалаберностью Дормидонта проглядывался сильный характер. Из всей компании, пожалуй, только ему, Филу, посчастливилось узнать об этом. А случилось это вот как.

…Примерно с неделю тому назад у Тины был день рождения. Несмотря на ее убедительнейшую просьбу ничего не дарить, «тяжеловесы» присмотрели в антикварном магазине скромненький подарок – часики от Фаберже за три тысячи долларов! Подсобрали «зеленки» и на следующий день направили двух делегатов за покупкой. Делегатами оказались Фил и Дормидонт. Каково же было удивление делегатов, когда часиков на витрине не оказалось. Продавец сообщил, что часы отложены!

– Как это – отложены? – спросил Дормидонт.

– Приходил один клиент, оставил залог, попросил отложить их, – объяснил продавец. – Сказал, что явится за ними с остальной суммой через час.

– Давай купим другие? – предложил Фил.

– Нет, – с каменным выражением лица заявил Дормидонт. – Мы купим именно эти часы.

– Но ведь они уже фактически куплены другим человеком.

– Ничего, мы уладим этот вопрос, – не сдавался Дормидонт. – Позовите нам хозяина магазина.

– Хозяина сейчас нет, – покачал головой продавец. – В данный момент в магазине вообще никого нет, кто бы мог решить этот вопрос.

– Тогда я улажу этот вопрос с тобой! – уверенно заявил Дормидонт. – Предлагаю за эти часы не три, а четырем штуки.

– Я всего лишь продавец и не имею права менять цену, – растерянно отбивался тот.

– Пять тысяч!

– Нет.

– Семь тысяч, – произнес Дормидонт, доставая деньги.

– Я…

– Восемь тысяч…

– Но…

– Девять тысяч…

– А…

– Десять тысяч – это моя последняя цена! – крутя пачкой стодолларовых купюр перед лицом продавца, сказал Дормидонт. – Представь, из этих десяти – семь достанутся лично тебе! Прикинь, что ты можешь купить на них! Итак…

– Я согласен, – прошептал продавец.

– Продано! – засмеялся Дормидонт.

Пораженный этим странным торгом Фил молча вышел из магазина и сел в машину. Довольный Дормидонт последовал за ним.

– О том, что ты сейчас видел, всем остальным распространяться не обязательно.

– Хорошо, – ответил Фил. – Но зачем ты это сделал? Там было полно других часов.

– Но ведь мы пришли именно за этими часами, не так ли?…

Квартира Дормидонта была похожа на художественный музей. Повсюду на стенах висели картины. Только вот что странно – полотна висели лицом к стене. Возможно, то был новый взгляд на искусство!

– Я устал от всех этих картин, – заметив удивленный взгляд гостя, пояснил Дормидонт. – Сплошное однообразие. Все устарело, все пропахло плесенью, нет новизны, нет первозданности. Если б ты только знал, как я устал!

Развалившись на белом кожаном диване, хозяин квартиры внимательным и цепким взглядом смотрел на Фила.

– У меня к тебе дело.

– Деньги понадобились? – моментально догадался Дормидонт.

– Ты, я смотрю, ясновидящий.

– Да нет, просто человек, знающий жизнь! Соблазнов вокруг слишком много, мы так слабы…

– Это верно, – вздохнул Фил.

– Так что тебя сгубило? Бабы, наркота, азарт?

– Азарт.

– Казино, что ли? – снова угадал Дормидонт.

– Да…

– И сколько ты проиграл?

– Двадцать пять тысяч…

– Баксов? – удивленно вскинул брови хозяин квартиры.

– Да…

– И как же ты смог так втюхаться?

– Получил «каре» из восьмерок на свой девяточный «стрит», – откровенно признался Фил.

– Ничего себе расклад.

– Так я могу рассчитывать на твою помощь? – почти молящим тоном произнес Фил. – Ты, наверное, знаешь, чем я занимаюсь, работая на Макса. Наш бизнес приносит хорошую прибыль. Месяца через два я все отдам, если хочешь с процентами…

– Вот что мне в тебе нравится, так это напор! – язвительно проговорил Дормидонт. – Ты всегда наступаешь. Даже если лежишь в «партере» и почти на лопатках. Мне по душе такой жизненный принцип. Я сам живу по такому же…

Сказав эту несуразицу, хозяин квартиры вдруг погрузился в раздумья. Пока он думал, Фил пытался угадать по непроницаемой физиономии Дормидонта, каков будет ответ.

Дормидонт неторопливо поднялся, подошел к орехового дерева секретеру и достал оттуда какую-то черную коробочку. Вернувшись на диван и положив коробку на колени, он произнес:

– Конечно же, я дам тебе денег, но только в обмен на одну услугу!

– Что за услуга?

– Услуга не совсем обычного рода. Мне нужна одна девочка.

– Какая девочка? – не понял Фил.

– Я безумно хочу нарисовать ее, – продолжал Дормидонт. – Это желание просто сжигает меня. Ее образ преследует меня повсюду.

– Так поговори с ней, предложи денег побольше…

– Я пробовал. Она отказывается наотрез.

– А сколько ей лет?

– Тринадцать…

– Ну, – усмехнулся Фил. – Зачем тебе эта соплячка? Подожди годик-полтора, когда она немного повзрослеет и у нее появятся серьезные материальные запросы. Тогда она к тебе сама прибежит!