Чтение онлайн

— Я не за себя беспокоюсь, и не за тебя, если уж на то пошло, а за Джеймса. Он провёл в коме почти год. Его душа была заперта в теле. Ему нужно время привыкнуть.

— Ему нужно знать, что она ждёт.

Гидеон ничего не говорит, когда я начинаю идти по вагону, ища Джеймса. В дальнем углу стоит жнец спиной ко мне, закутавшись в плащ. Пытаюсь заглянуть ему через плечо, но он загораживает обзор.

— Всё в порядке, Элайджа, — произносит Гидеон за моей спиной. — Все мы знаем, что её невозможно остановить, если она что-то задумала.

Не очень-то похоже на комплимент. Жнец поворачивается лицом к нам.

— Когда-нибудь она доведёт нас до беды своим желанием везде совать свой нос, — говорит он, глядя на меня сверху вниз.

— Я возьму на себя вину, если всё кончится плохо, — заверяет Гидеон.

Элайджа отступает, бурча что-то о детских капризах, да ещё и в его смену, но я не обращаю на него внимания и концентрируюсь на съёжившемся мужчине передо мной.

Наклоняюсь, стараясь не коснуться его.

— Джеймс, — мягко зову. — Джеймс, ты слышишь меня?

Он слабо кивает. Кивнул ли он на самом деле или это лишь движение поезда, но кивок ободряет меня продолжать.

— Джеймс, меня зовут ЭрДжей. Помнишь мой голос в твоей палате? Я разговаривала с твоей мамой.

Он снова слабо кивает. На этот раз это точно Джеймс, а не поезд.

— Хорошо. А теперь, Джеймс, мне нужно кое-что тебе рассказать, и у нас мало времени, — делаю глубокий вдох перед тем, как продолжить. — Джеймс, Сэнди будет ждать тебя, когда мы сойдём с поезда. Она ждёт тебя с той самой ночи, как умерла.

Медленно, словно сопротивляясь невидимым цепям, Джеймс поднимает голову. Его глаза, полные замешательства, пытаются сфокусироваться на мне.

— Она не хотела, чтобы ты был здесь один. Поэтому она ждала, — объясняю я.

Джеймс открывает рот, но не издаёт ни звука. Сначала. Наконец, после нескольких попыток он выдавливает:

— Сэнди, — его голос звучит хрипло, однако нет никаких сомнений в том, что он произнёс.

Правая рука дёргается и поднимается для того только, чтобы опуститься. Он пытается подняться, но ноги не слушаются.

— Я говорил, это плохая идея, — Элайджа высказывает Гидеону.

— Дай ей немного времени, — произносит мой жнец. — Она умеет общаться с душами.

Не уверена, уверенность это или нежелание, чтобы коллега оказался прав, но вера Гидеона поддерживает меня.

— Подожди немного.

— Где она? — медленно спрашивает Джеймс.

— Её здесь нет. Мы скоро встретимся с ней. У тебя мало времени, но, Джеймс, мне нужно, чтобы ты посмотрел на меня

И он смотрит.

— Хорошо. Я понимаю, тебе кажется, что что-то тянет тебя вниз, но это не так. Ты можешь контролировать происходящее с тобой. Тебе просто надо сосредоточиться.

Он начинает раскачиваться взад-вперёд, снова и снова повторяя:

— Сэнди. Сэнди. Где она?

Смотрю на Гидеона, умоляя помочь. Его лицо непроницаемо, в отличие от лица Элайджы, на котором написано «я же говорил». От его усмешки становится тошно. Поворачиваюсь к Джеймсу и кладу руку ему на колено. Внезапно его глаза проясняются, он протягивает руку и хватает меня за запястье, притягивая мою ладонь к своему лицу.

Кольцо. Я и забыла, что ношу кольцо, найденное под кроватью. Но оно не моё. Оно Сэнди.

— Откуда оно у тебя? — с такой яростью спрашивает он, что я радуюсь, что уже мертва. Уверена, иначе он бы меня убил.

— Она дала его мне, — отвечаю, стараясь вырвать руку. — Она дала его мне, чтобы ты понял, что я говорю правду.

Он медленно снимает кольцо с моего пальца и рассматривает его. Вспышка ярости проходит. В его глазах появляется смесь любви и грусти.

— Автомобиль, — говорит он. — Он утянул её под воду.

Я киваю.

— Да.

— Но он не убил меня. Не до конца.

— Да.

— Мои родители не хотели отпускать меня и тогда…, — он смотрит на меня. — И тогда ты пришла в палату. Ты сказала маме, что всю жизнь быть прикованным к приборам — это не жизнь.

Смотрю на жнецов.

— Ну, я говорила не совсем так…

Он обрывает меня на полуслове, заключая в медвежьи объятия.

— Спасибо, — шепчет он. — Спасибо, что дала им разрешение отпустить меня, — он отпускает меня. — Ты рассказала им о своей подруге, верно? О той, что умерла от рака.

Я киваю.

— Мадлен.

— Верно. Вот что заставило их поменять мнение.

Гидеон прочищает горло.

— Мы почти на месте.

Я смотрю на Джеймса, который осматривает остальных пассажиров.

— Почему они такие тихие? — интересуется он.

— Потому что, — произносит Элайджа, — они должны такими быть. А теперь, Ромео, давай найдём твою Джульетту.

— Сэнди, — поправляет Джеймс, и Элайджа нежно улыбается.

— Конечно. Сэнди. — Элайжда поворачивается к Гидеону. — На твоём месте, я бы избавился от неё как можно быстрее. От неё одни неприятности.

— Эй, — машу перед ними рукой. — Вообще-то я здесь.

Гидеон только улыбается.

— Что-то подсказывает мне, проще сказать, чем сделать.

ГЛАВА 39

Джеймс, не теряя времени, мчится ко входу в Зал Ожидания. Бегу следом, не желая пропустить счастливое воссоединение. Поэтому, когда мы оказываемся на месте, и Сэнди нигде не видно, у меня внутри всё холодеет.

— Где она? — спрашивает Джеймс, осматривая зал.

— Не знаю. Она стояла у дверей, когда я приехала в прошлый раз. Она должна быть где-то здесь.

По залу разносится голос, зачитывающий список имён. Имени Сэнди в нём нет.

— О нет! — кричу я, направляясь к стойке регистрации. — Этого не может быть. Мы не могли опоздать.

— Что? — осведомляется Джеймс, подходя ко мне. — Ты знаешь, где она?

Через мгновение мы встаём в очередь.

— Найди её. Если мы не найдём её здесь, будет слишком поздно.

— Откуда ты знаешь?

Отмахиваюсь от вопроса.

— Просто поверь.

Я подпрыгиваю, пытаясь разглядеть лица в очереди, но нигде не вижу Сэнди