Чтение онлайн

 - А я?!
– закричал он.
– Меня возьмите! Они меня заколдовали, я идти не могу!

 Никто из варваров не обернулся. Они не любили Катыка Длинные уши. Не любили, потому что он был шпионом Бахаррака. Шпионов никто не любит, даже их хозяева.

 Варвары скрылись в лесу. Калант оглядел поле битвы и вдруг увидел братьев по оружию, что выстроились грозной цепью на опушке леса.

 - О!
– воскликнул он.
– Приветствую вас, благородные рыцари. Вы пожелали нам помочь... Но, сами видите, мы не нуждаемся в помощи. Это были всего лишь варвары. Я разогнал их, не вынув из ножен, и не осквернив своего родового меча Калибура.

 Никто из застывших в строю рыцарей не промолвил в ответ ни слова. Калант понял, что они не узнали его и необходимо представиться.

 - Я Калант, Сокрушитель Троллей, - объявил он.
– Направляюсь на поиски огнедышащего дракона, чтобы сразиться с ним и освободить из заточения златокудрую принцессу. Вы, очевидно, много слышали обо мне. Сожалею, что не знаю ваши славные имена. Я хотел бы узнать их, блистательные рыцари, чтобы иметь возможность поблагодарить каждого поименно, за оказанную мне честь и желание оказать помощь...

 Крайний в шеренге рыцарь, на щите которого красовались два скрещенных меча и приготовившийся перепрыгнуть через них свирепый змеекот, вдруг сделался прозрачным, а затем и вовсе исчез, вместе с могучим конем. Следом начал таять его сосед, рыцарь, на щите которого были изображены бычья голова, алая роза и секира... Потом исчез третий рыцарь, четвертый...

 Калант не мог поверить тому, что происходит. На его глазах растаяла, растворилась и исчезла боевая шеренга грозных рыцарей. Только что они стояли здесь, на опушке леса. Он видел, как переступали с ноги на ногу их, закованные в броню боевые кони, как ветер шевелил перья на их шлемах. Видел их глаза... Он, наконец, говорил с ними!

 Растерявшийся рыцарь - это зрелище, которое редко кому удавалось увидеть. Мичигран оказался таким счастливчиком.

 Фамогуст тоже не понял, куда исчезли закованные в латы кони, с которыми он собирался пообщаться, но в задумчивость не впал. На поляне было достаточно сочной травы, и практичный мерин стал неторопливо ее пощипывать. Калант же хотел понять, что произошло?

 - Мичигран, это какое-то волшебство!
– воскликнул Калант.
– Только что исчез отряд благородных рыцарей, - и, опережая возможные возражения мага, приложил правую руку к сердцу: - Клянусь всеми добродетелями златокудрой принцессы, которую я спасу, я только что видел отряд всадников закованных в латы и их могучих коней. Я могу даже вспомнить и описать девизы некоторых из этих с лавных рыцарей.

 - Да, они только что были здесь, благородный Калант, - подтвердил Мичигран.
– Но это, всего лишь, волшебство. Зная страх варваров перед рыцарями, я создал фантомы, чтобы напугать противника и обратить его в бегство. Варвары ушли и фантомы исчезли.

 - Так это ты?!
– Калант с уважением посмотрел на мага.
– Я не знал, что такое тебе по силам, - признался он.

 - К вашим услугам, благородный рыцарь, - поклонился маг.

 - А ведь ты напрасно вызвал этих фантомов, - растерянность и удивление Каланта прошли, а самоуверенность тут же вернулась к благородному рыцарю.
– Мы и без их помощи добились победы. Ты же видел, варвары запросили перемирия и сбежали с поля боя. А что это у тебя за кровь на щеке и руках?
– забеспокоился он.
– Ты ранен?

 - Ерунда, царапина, - отмахнулся маг.

 - Где Буркст?

 - С Буркстом кажется плохо.

 Они направились к лежащему возле экипажа монаху.

 - Буркст, что с тобой?
– Калант наклонился над гномом, вглядываясь ему в лицо.

 Монах не ответил. Он даже не пошевелился. Лицо его было бледным, глаза закрыты, губы крепко сжаты, а возле рыжей головы, на траве, виднелась лужица засохшей крови.

 Всегда спокойный и уверенный рыцарь был подавлен. Он не мог примириться с потерей монаха, не мог поверить, что все так плохо.

 - Святой Фестоний, это несправедливо, - Калант с укоризной посмотрел в небеса, где обитал драконоборец.
– Я рыцарь, мое дело сражаться и в каждом бою я могу погибнуть. Если кому-то суждено пасть, сегодня, то это должно выпасть на мою долю, на долю воина. А Буркст смиренный монах, он должен жить.

 - Вот уж не думал, что его свалят, - Мичигран тоже успел привыкнуть к ворчливому и умному гному.
– Дубиной он работает лихо, чуть на своей шкуре не попробовал. Это же, сколько варваров на него навалилось, что сумели нашего монаха уложить...

 - Убили?
– спросил Альдарион, который, к этому времени, подошел к спутникам.

 - Сейчас узнаем. Вообще-то не должны бы. Монахи народ живучий, - маг вспомнил как драконоборец спас его самого от удара мечом, - да и святой Фестоний не должен дать в обиду своего монаха. Дайте-ка, я посмотрю.

 Мичигран опустился на колени и положил ладонь на шею Бурксту.

 - Вы на варваров поглядывайте, - попросил он.
– Как бы они неожиданно на нас не напали.

 - Мы заключили перемирие, - напомнил рыцарь.
– Пока перемирие не закончено, они не могут на нас напасть.

 - Еще как могут.

 - Это ты зря, - не согласился рыцарь.
– Никто не может нарушить Закон Перемирия.

 - Варвары могут, Калант, варвары все могут.

 - Я послежу за ними, - поддержал мага эльф, который тоже не верил варварам.

 Мичигран осторожно прижал палец к артерии на шее монаха.

 Калант и Фамогуст ждали, уставившись на мага, как будто не от силы удара дубиной зависело жив Буркст или нет, а от того, что скажет Мичигран.

 - Жив, - объявил, наконец, маг.
– Сердце работает, пульс есть, правда, слабый. Много крови потерял. Сейчас посмотрим, крепкие ли у него кости.

 Он приподнял голову монаха и стал ее осторожно ощупывать, раздвигая пальцами слипшиеся от крови пряди рыжих волос.

 - Благодарю тебя, святой Фестоний, что ты сохранил жизнь нашему боевому товарищу!
– снова обратился к небесам Калант.
– Друзья мои, нам нужно немедленно возвратиться в Геликс. Соберем лучших лекарей и заставим их вылечить монаха.

 Калант был настолько потрясены случившимся, что не вспомнил про Мультифрит и его исцеляющие свойства.

 Мичигран с интересом посмотрел на рыцаря. Он ожидал, от Каланта совсем другого. Буркст выбыл из строя. Но Калант был не из тех, кого останавливают трудности. Он вполне мог отправиться воевать с драконом и освобождать принцессу без поддержки монаха.

 - А дракон?
– задал маг контрольный вопрос.

 - Что дракон... Драконом больше, драконом меньше: для нас, рыцарей, это не так важно. Значит не судьба мне сразиться с ним сейчас. Прежде всего, я должен оказать помощь своему отважному спутнику.

 - Принцесса наверно истосковалась, - попробовал смутить рыцаря Мичигран.

 - Подождет. Она немало ждала своего освободителя, подождет еще немного.

 - Значит, поход на дракона отменятся?
– с явным сожалением в голосе, поинтересовался Альдарион. Эльфы умели скрывать свои чувства.