Чтение онлайн

– С такими темпами я собью свой режим к чертям собачьим… – пробормотал Брэд себе под нос, а после, чуть скорчился.

Брансон почувствовал эрекцию, но брюки были достаточно облегающими и из-за этого мужчина ощущал лёгкую боль чуть ниже ремня. В то же мгновенье, в голове Брэда промелькнули воспоминание недавнего сна, и он понял, с чем именно связано его возбуждение. Мужчина быстро снял брюки, небрежно кинув их на пол. По тому же адресу последовали остальные элементы одежды. Поспешно переместившись обратно в кровать, Брэд взял в руки свой член и принялся мастурбировать. Он был заведён до предела и по кругу прокручивал картинки из минувшего сновидения. Однако окончания, несмотря на невероятно хорошую эрекцию, так и не происходило. Первые минуты Брансон не обращал на это внимание, но спустя какое-то время начал злиться. Вскоре, он перестал дёргать свой агрегат и просто растянулся в постели.

– «Обычно, с похмелья я кончал как конь!» – рассерженно думал он. – «Что за чертовщина?!».

Неожиданно, Брэда будто ударило током. Мысль, всего лишь на секунду залетевшая в его голову, была подобно раскату грома посреди ясного неба. Он замер на две минуты и лежал абсолютно без движений, а после – пулей вскочил с кровати и стремительно начал одеваться. Завершив процесс, мужчина направился на кухню, открыл ящик, где лежали столовые приборы, и взял в руки нож. Повертев его из стороны в сторону, он вернул прибор на место. В следующую секунду, герой достал и того же ящика тесак для рубки мяса. Это изделие понравилось Брансону больше: мужчина редко готовил сам, а уж тем более, рубил мясо. Вследствие этого, лезвие ножа-тесака было максимально острым, а серебристая металлическая поверхность даже переливалась при свете кухонной лампы. Брэд положил столовый прибор во внутренний карман пиджака, в котором, на удивление, хватило места для такого предмета.

Мужчина вышел из кухни и вернулся в комнату. Он встал перед большим зеркалом и злостно улыбнулся собственному отражению:

– Это твой мир! – негромко прокричал герой. – Никто не смеет ставить тебе палки в колёса! Задай жару!

Брансон погасил свет в комнате и направился к входной двери квартиры. Обувшись, он молча постоял какое-то время, а потом вышел из жилища, аккуратно закрыв за собой дверь.

Оказавшись на улице, Брэд ощутил лёгкое дуновение апрельского ветра. Воздух не был холодным, но всё-таки, ночью температура опускалась на несколько градусов ниже. Осторожно и не спеша, Брансон двигался вверх по Томпсон-стрит, наслаждаясь тишиной спального района. Он прошёл мимо бара, где выпивал днём ранее: из заведения доносилась приглушённая музыка и бар был единственным зданием на всей улице, где горел свет. Остальные дома и постройки прочно перешли во власть ночи.

– «Я просто вышел на прогулку, я всего лишь гуляю по улице.» – мысленно повторял сам себе Брэд. – «Это не запрещено законом штата Нью-Йорк и законами города. Я только лишь хожу. Нож в моём внутреннем кармане? Пустяки! Это исключительно для самообороны, так ведь? Я читал в газетах про разных бандитов, орудующих ночами… Так вот, тесак мне нужен именно для того случая, чтобы отбиться от назойливого отморозка. Но подобное нападение очень вряд ли произойдёт».

Брансон дошёл до конца Томпсон-стрит, так и не встретив по пути ни одного человека, и вышел к Вашингтон-скверу, в котором было также безлюдно. Дойдя до первой лавочки, мужчина сел и закурил сигарету. Брэд чувствовал, что внутри него будто бушует пламя, однако, вместе с ним ощущается некое спокойствие, вероятно, связанное с тишиной ночи и отсутствием по близости посторонних. Герой попытался сравнить своё состояние с чем-то осязаемым и пришёл к выводу, что внутри него словно пылает Перл-Харбор, но все события происходят под тоннами воды Ниагарского водопада: две стихии, сцепившиеся в битве, нейтрализуют друг друга.

Проведя порядка десяти минут в парке и превратив две сигареты в окурки, Брэд поднялся со скамейки и двинулся дальше. Он вышел на 5-ю Авеню и вскоре прошёл мимо здания старой церкви. Брансон остановился, вглядываясь в красочные узоры на стенах. Он не верил в бога, но сейчас почему-то хотел, чтобы высшие силы существовали и помогли ему разобраться со всеми сложностями жизни. Глубоко вздохнув, Брэд продолжил путь. Дойдя до перекрёстка 5-й Авеню с 14-й западной стрит, мужчина остановился на светофоре пешеходного перехода. Дороги были пустыми, но шум одной машины вдали лишь подтвердил: даже окраины Манхеттена никогда не засыпают полностью. Автомобиль проехал, а Брансон направился на другую сторону дороги, так и не дожидаясь зелёного сигнала.

Покинув территорию Гринвич-Виллидж, а вместе с ней, – и территорию всего 2-го округа, Брэд оказался в так называемом «шахматном» Манхеттене: теперь все улицы шли по прямой и пересекались друг с другом под углом в 90 градусов. С одной стороны, это было хорошим известием, ведь дойти до любого места и не заблудиться теперь было можно достаточно легко, с другой – вдали уже слышался шум ночного Нью-Йорка, а это не сильно нравилось герою. Тем не менее, Брэд знал точно: в Центральном парке будет максимальный уровень тишины и комфорта, а преодолеть несколько шумных кварталов ради этого мужчина был готов.

За 15 минут неспешной ходьбы по 5-й Авеню он преодолел одну милю, повстречав на пути Мэдисон-сквер. Брэд зашёл на территорию парка и вновь сел на свободную лавочку. В 20-ти ярдах от него на соседней скамейке тоже кто-то сидел. К сожалению, Брансон сначала опустился на лавочку, а только после этого заметил, что не один. Тем не менее, мужчина решил, что всё-таки выкурит ещё одну сигарету, прежде, чем продолжит прогулку. После третьей затяжки, Брэд робко посмотрел в сторону человека за соседней скамейкой. Сквер освещался весьма тускло в ночное время, но Брансон смог определить: людей двое. Судя по движению их тел, это была молодая пара, достаточно откровенно целующаяся.

– Там… там кто-то есть, я немного стесняюсь… – донёсся высокий женский голос.

– Вот видишь, сладкая, это ещё одна причина, чтобы пойти ко мне домой! – ответил мужской голос. – Не можем же мы мешать постороннему человеку наслаждаться ночным парком. Он ведь использует это место по назначению, в отличие от нас…

– Ну… Ладно, уговорил. Но только, чтобы выпить немного калифорнийского ликёра и не более того… – после паузы вновь произнесла девушка.

Парочка встала со своего места, взялась за руки и направилась в противоположную от Брэда сторону. Брансон провожал их взглядом и понимал, что тоже очень хочет вернуться в те времена, когда он с лёгкостью соблазнял девушек и приглашал их к себе домой. Докурив, мужчина поднялся и пошёл дальше.

Покинув Мэдисон-сквер и вновь выйдя на 5-ю Авеню, Брэд увидел в полумиле от себя возвышающийся Эмпайр-Стейт-Билдинг. Герой скорчил недовольную гримасу и даже плюнул на тротуар под собой.

– «Не скоро я сюда вернусь, ой не скоро…» – думал он. – «Быть может, даже никогда…»

У Брэда не было желания сделать что-то с собой этой ночью, но почему-то, ему хотелось добавить драмы. У небоскрёба было уже заметно светлее: 5-я Авеню, а также, прилегающие к ней улицы, были освещены фонарями. Само здание высотки также подсвечивалось в тёмное время суток. Шум машин и звуки голосов с криками были совсем близко: ночная жизнь центрального Манхеттена давала о себе знать. Бары, рестораны, клубы эротических танцев – всё это не было запрещено и превращало остров в бразильский карнавал даже в 3-м часу ночи. Брансон ускорил шаг, желая преодолеть данный квартал как можно быстрее. К его счастью, зелёный сигнал светофора только загорелся, когда Брэд подошёл к пешеходному переходу. Всё же, некий пьяный парень успел подбежать вплотную и крикнуть:

– Эй, старик! У нас тут туса намечается, двигай зад к нам!..

Брансон ответил, что ему неинтересно такое предложение и даже чуть толкнул настойчивого прохожего, чтобы двигаться дальше. Тот крикнул в спину что-то не очень приятное, но Брэд не обращал ни малейшего внимания на пьяного забияку. Вскоре, он покинул префектуру Эмпайр-Стейт-Билдинга и 5-я Авеню стала заметно тише. Однако огромное количество ночных заведений всё также работали и здесь, освещая своими разноцветными вывесками обе стороны улицы так, что свет был ярче, чем от полуденного солнца в зените.