Чтение онлайн

В то время я очень гордилась и с радостью принимала твердость своего характера и позицию главенства сознания над материей. Когда дела шли неважно, я просто меняла ситуацию, веря, что чувства всегда у меня под контролем. Я гордо отбрасывала страхи, тоску и любые другие эмоции, которые считала бесполезными или контрпродуктивными – так было до тех пор, пока мой бывший муж не объявил, что снова намерен жениться. Хотя в душе я и была за него рада, эмоциональная реакция меня ослепила: я впала в депрессию, оказалась подавлена жизнью. Его брак превратился в символ моего одиночества. Мне стало страшно и одновременно стыдно. В результате этот страх обернулся тревогой и депрессией.

Мне и в голову не приходило, что, делая карьеру, воспитывая детей и разыскивая нового партнера, я потерплю крах и выгорю. Я думала, что все будет в порядке – в конце концов, так было всегда, – однако у моего эмоционального интеллекта имелись другие планы. Я была подавлена, замкнулась в себе. Время шло, апатия усиливалась, и однажды я просто не смогла встать с постели. Я находила убежище под одеялом, лежала в темноте, прячась от людей и повседневных требований жизни. Кровать стала единственным местом, где я чувствовала себя в безопасности.

Моя сестра – ее зовут Аманда – посоветовала сходить к психотерапевту, чтобы он помог избавиться от депрессии. Я настолько погрузилась в себя, что даже не думала о возможном расстройстве, но как только Аманда предложила обратиться за помощью, в голове все встало на свои места.

Мой новый психотерапевт посоветовала принимать «Прозак». Она диагностировала у меня ажитированную депрессию – заболевание, при котором сочетаются типичные для депрессивного синдрома признаки и симптомы тревожного расстройства, – и объяснила, что из-за стресса организму становится сложнее вырабатывать химическое вещество, называемое серотонином. Когда уровень серотонина снижается, возникает депрессия. При снятии стресса выработка серотонина увеличивается до прежнего уровня, и депрессия проходит.

«Слава богу, что существует «Прозак»!» – это единственное, о чем я могла думать. Уже через четыре недели я встала на ноги и почувствовала себя как прежде. Теперь я могу сказать наверняка: тот опыт изменил меня навсегда. Впервые я оценила силу эмоций и начала их уважать. Я поняла, что должна обращать внимание на чувства, внимательно слушать, что они сообщают, и предпринимать действия в соответствии с ощущениями. Но даже несмотря на выводы я все равно не до конца осознавала, как с ними обращаться, как их понимать и как правильно действовать.

Спустя шесть месяцев я приступила к психоаналитической психотерапии и прекратила прием препарата (1). Наличие места, где я могла поговорить о себе и своей жизни, принесло неоценимую пользу. В итоге я решила сменить приоритеты: вместо того чтобы выбирать работу по принципу оплаты, я сосредоточилась на карьере, соответствующей моим интересам, а они всегда тяготели к психологии. В итоге я получила степень магистра в области социальной работы, а потом поступила в аспирантуру, где четыре года училась на специалиста в области психоанализа.

Незадолго до начала обучения психоанализу моя подруга предложила съездить на конференцию и послушать выступление психолога, который занимался эмоциями. Диана Фоша разработала новый метод под названием ускоренная экспериенциальная (эмпирическая) динамическая психотерапия (AEDP) (2), где вместо инсайта используется подход, ориентированный на исцеление. Инсайт-ориентированная терапия, такая как психоанализ или когнитивно-поведенческая терапия (КПП), обычно направлена на работу с мыслями человека с расчетом на то, что симптомы облегчатся благодаря обретению «озарения». А вот целительный подход AEDP подразумевает изменение мозга и работу с симптомами на уровне эмоций и тела. Проще говоря, симптомы не купируются, а исчезают сами по себе. AEDP, в отличие от психоанализа, гораздо более директивна; ее методология конкретна, а результаты предсказуемо положительны.

Вообще, слово «исцеление» по отношению к психотерапии вызывало у меня некое недоумение: оно звучало как новомодная идея, над которой мои родители только бы посмеялись. Впрочем, к страданиям людей я никогда не относилась легкомысленно и занялась психотерапией как раз потому, что хотела скорее изменить их жизнь к лучшему. AEDP заинтересовала меня новейшими нейронаучными и клиническими теориям о трансформации и исцелении людей от депрессии, тревоги, травм и многого другого.

В процессе обучения я все глубже погружалась в принципы и теорию нейропластичности, эмоций, травмы, привязанности и трансформации. Передо мной открылся путь к изменениям, который не требовал от меня отстранения и отказа от чувств – качеств, которые, как мне казалось, необходимы хорошему психоаналитику. Благодаря AEDP у меня появился гораздо более широкий спектр возможностей в своем стремлении облегчить страдания людей.

AEDP дала мне свободу быть настоящей и заботливой, сосредоточиться не только на неверных действиях пациентов (или на том, что с ними «не так»), но и на верных. В этом совершенно ином мире присутствовали подлинная связь и трансформация, а эмоции – будь то связанные с трудностями или наоборот с исцелением (сильная сторона AEDP) – занимали центральное и важное место. Чем больше я училась, тем больше понимала, что практика, ориентированная на эмоции, – это не странная причуда. На самом деле ее передовые научные достижения позволили мне предположить, что именно за ней стоит будущее психотерапевтической практики.

После той конференции я начала понимать себя совершенно иначе. Теория эмоций помогла разобраться, почему мы впадаем в тревогу и депрессию, а Треугольник перемен подсказал конкретные способы преодоления состояний дистресса. Я не только с энтузиазмом восприняла полученные знания, но и осознала, что хочу немедленно начать применять их на практике. Мне очень хотелось, чтобы мои пациенты имели доступ к этому простому, но меняющему жизнь инструменту.

Треугольник перемен – это карта сознания, с помощью которой можно перейти от состояния дистресса к спокойствию и ясности.

Состояние «открытого» сердца подлинного «я» (Спокойствие, интерес, чувство единения, сострадание, уверенность, смелость, ясность)

Независимо от того, что вас расстраивает, какие симптомы стресса вы испытываете, какие нежелательные модели поведения у вас присутствуют, или какие аспекты личности вы хотите изменить, Треугольник перемен предлагает логичный, научно обоснованный путь к восстановлению. Вместо того чтобы прибегать к дурманящим средствам вроде наркотиков, алкоголя или других защитных механизмов, лишающих нас подлинности и жизненной силы, Треугольник перемен предлагает позитивный путь решения проблем и позволяет разобраться в истинных причинах наших страданий.

Треугольник перемен состоит из трех углов: основные эмоции, тормозящие эмоции и защитные механизмы. Основные эмоции – наши врожденные эмоции самосохранения – сообщают, чего мы хотим, что нам нужно, что нам нравится и не нравится. Тормозящие эмоции, такие как тревога, стыд и чувство вины, блокируют основные эмоции, помогая оставаться «в рамках» и вписываться в те группы, которые мы любим и в которых нуждаемся. Есть у них и другая функция: уберегать от переизбытка ощущений. Защитные механизмы – это способ разума защитить нас от эмоциональной боли и переполнения чувствами.