Чтение онлайн

– Ничего подозрительного не слышала? Шум или шаги какие?
– спросил Синельников.

– Да нет, не слышала, в холле же охранник сидел, - вспомнила она.
– А потом у меня было слишком увлекательное чтиво, я не обращала внимания на посторонние звуки.

– Охрана до одиннадцати сидит, потом двери закрывают, - проговорил Синельников.

– А во сколько ее?..
– Маша не договорила.

– Между тремя и пятью часами ночи, более точно скажет экспертиза, - ответил Синельников.

– Погоди, если двери закрываются, то получается, что ее грохнул кто-то из своих? А кто был дома на тот момент?

– Все, - ответил Смирнов, - ты их видела.

– А как обнаружили... тело?
– опять стала задавать вопросы Маша.

– Горничная завтрак принесла, - ответил Смирнов.
– Вчера был выходной, до одиннадцати все вернулись домой. Женщины часов в десять, последним приехал повар приблизительно около одинадцати. Дворецкий живет на территории в отдельном домике, его семья сейчас в отпуске. Пришел он в семь утра, ему дверь охрана открыла.

– Ключи у дворецкого есть?
– спросила Маша.

– Есть, - вздохнул Синельников.

– Дворецкий служит в этом доме около двадцати лет, он еще прежним хозяевам служил, так что подозревать его нет смысла, да и зачем ему убивать воспитательницу?
– продолжил Смирнов.

– Надо было ее еще вчера отпустить, - проговорил Синельников.

– Я поговорить с ней хотел, - резко ответил Смирнов, - она же еще к кому-нибудь наймется детей воспитывать и рукоприкладством заниматься, вот и хотел пообщаться...

– Пообщался...
– опять вздохнул Синельников.

– Успокоились оба!
– стукнула по столу Маша.
– Нам сейчас решить надо, что говорить полиции, а не ругаться, - добавила она тише.

– Мария Николаевна дело говорит, - хмыкнул Смирнов.

– А у вас камеры наблюдения в доме имеются?
– спросила Маша после некоторого раздумья.

Мужчины переглянулись.

– Мария Николаевна, а вы случайно в КГБ не работали?
– ехидно задал вопрос Синельников.

– Не успела, в отличие от вас, Дмитрий Семенович, - в тон ему ответила Маша.
– А камеры могли бы поставить хотя бы в холле, - продолжила Маша.
– Это ваша прямая обязанность.

– Все, хватит, - вскочил Смирнов.
– Камеры у нас работали до выходного дня, сегодня как раз должен был прийти наладчик.

– Ситуэйшн, - проворчала Маша.- Вот и проверьте, кто их вывел из строя, - мужчины переглянулись.

В дверь постучали.

– Войдите, - откликнулся Смирнов.

Вошел мужчина лет тридцати, в джинсах и футболке:

– Александр Александрович, я закончил, Боря дописывает протокол. Я могу идти?

– Идите, Миша, только просьба не выходить из поместья, можете понадобиться, когда приедет полиция.

– Хорошо, - кивнул мужчина и закрыл дверь.

– Значит так, Дима, вызывай полицию. Маша, идите к детям. Придерживайтесь тех показаний, которые нам сообщили. Все свободны, - дал распоряжение Смирнов, и Маша пошла в детскую.

Дети сидели на кроватке одетые и жались друг к другу. Футболочка на Вове была надета задом наперед. Охранник находился тут же в комнате и сверлил детей взглядом. Сказали же глаз не спускать! Увидев Машу, оба ребенка сорвались и подбежали к ней. Вовка уже привычно потянул ручки вверх. Маша подхватила обоих детей и, обернувшись к охраннику, проговорила:

– Пожалуйста, попросите принести нам завтрак сюда.

Охранник кивнул и вышел. Маша переодела детей, горничная вкатила столик накрытый салфеткой. Оглядев принесенный завтрак, Маша сделала себе зарубку пообщаться с поваром. Детям должны быть детские блюда на завтрак.

В углу комнаты стояло пианино. Маша прищурилась:

– Вот и понадобились уроки музыкальной школы, - сказала она сама себе.

Сколько она не садилась за инструмент, лет десять? Сама уже забыла. Она размяла пальцы, открыла крышку и пробежалась по клавишам. Лерочка пододвинула стул и села рядом с Машей, маленькие пальчики начали повторять гаммы, которые играла Родионова. Вовочка придвинул стул и залез на него с ногами и тоже одним пальчиком нажимал на клавиши с другой стороны от Маши.

– Ну, что? Споем?
– спросила она у детей.

Детки заулыбались и закричали:

– Споём, споем!

– Я вам спою старую английскую песенку, - и машины пальцы побежали по клавишам, создавая мелодию.

– Ба-ба блэк шип хэв ю эни вул?..* - запела Маша песенку, знакомую с детства.

– Ван фор зе мастер, ван фор зе дэйм...
– начал загибать пальчики Володя, подпевая Маше.

Голос у Володеньки оказался высоким и чистым, а, главное, ребенок без ошибок произносил слова, не коверкая их. Скорее всего, дети занимались вместе, поэтому и Володя говорил правильно. Последние строчки пели все трое. На заключительных аккордах Маша услышала легкое покашливание. Дверь была открыта, в коридоре стояли Смирнов с Синельниковым, а рядом полицейский в форме. Маша убрала руки с клавиатуры и замолчала в ожидании, дети притихли.

* - старая английская песенка для маленьких (любителям выпендриться знанием английского посвящается):

Baa, baa, black sheep,

Have you any wool?

Yes, sir, yes, sir,

Three bags full;

One for the master,

And one for the dame,

And one for the little boy

Who lives down the lane.

6.

После ухода Родионовой в кабинете хозяина поместья воцарилась тишина, каждый из присутствующих о чем-то думал.

– Как-то все сразу покатилось под гору, - нарушил тишину Смирнов.

– Одно непродуманное действие повлекло за собою цепь событий, - ответил Синельников.

Смирнов прищурился и глянул на друга, но смолчал. И без того было понятно о чем говорил Дмитрий.

– Пойду проверю протоколы и прослежу за господами полицейскими, - сказал Синельников поднимаясь.
– И да, вызови своего ушлого юриста Юловича, - Дмитрий вышел в холл.