Этот безумный мир
Шрифт:
– Здравствуйте, - чуть склонив голову к плечу, поздоровался мужчина и положил папку на мой стол.
– Значит, теперь вы тут командирша?
– Мужчина окинул меня недоверчивым взглядом.
Бесцеремонно, однако.
– Наталья Николаевна помогала мне в работе, - стал объяснять мужчина.
– Небольшой рассказ... дело пустяшное...
Ах, вот в чём дело. А теперь, он не знает, как подступиться ко мне.
– Я сделаю всё, что в моих силах, - вежливо пообещала я.
– Если работа заслуживает внимания, я в любом случае приму её, напишу рецензию, и если Иван Павлович подпишет заявку, отправлю в вёрстку.
– Наталья Николаевна рекомендовала кое-что изменить и вот, - он кивнул на рукопись, которую положил на стол.
– Извините, я волнуюсь, - произнёс мужчина и, вынув из кармана носовой платок, промокнул им лоб и виски.
– Я раньше этим не занимался, а тут... так сказать первая проба пера.
Первая работа в таком возрасте - это либо одиночество, либо желание заявить о себе. Чувство неудовлетворения и не востребованности в прожитой жизни.
Хотя... может ему, как раз и не хватило времени для осуществления заветной мечты, как знать. Высвободилось время и вот, пожалуйста, твори. Даниил говорил, что нами время используется безалаберно, а его так мало. А есть индивидуумы, которые и вовсе его прожигают и если времени не хватает учёному, который создаёт долгожданное лекарство, или создаёт какое-то чудо, то отнять у того, кто время прожигает бес толку не безнравственно. Не знаю, согласна ли я с такими выводами, но в принципе, Даниил прав.
Я взглянула на автора, и мне стало его жалко. Может для него эта работа жизненно
важное событие. Ну, ошибся человек, занимался всю жизнь ерундой, а теперь понял, в чём заключалось его истинное предназначение.
– Я помогу вам, - пообещала я.
– Сделаю всё, что в моих силах.
– Вениамин Анатольевич Стогов, - почтительно склонив голову, представился автор.
– В основу сюжета легли реальные события. На последней странице я записал контактный телефон. Мой телефон, - уточнил начинающий автор.
– Если возникнут вопросы...
Мужчина неуклюже помялся.
– Я позвоню вам, если возникнут вопросы.
Вениамин Анатольевич вышел из кабинета, а я почувствовала неловкость. Как-то бесцеремонно обошлась с человеком. И что на меня нашло? Даже присесть ему не предложила, а ведь он почти вдвое старше меня.
Свободного времени нет, но я возьму работу Строгова на дом. Чувство вины гложет меня. Пожалуй, я помогу этому человеку. Стоял в кабинете, оправдывался, как провинившийся ученик. Нехорошо.
В половине шестого привожу в порядок рабочий стол, собираюсь и выхожу из кабинета. Дверь в приёмную открыта. Люба ещё не ушла, возится с бумагами. Увидела меня, машет рукой и показывает, что её не отпускает Иван Павлович. Я тоже машу ей, сочувственно пожимаю плечами и выхожу на улицу.
Как только за мной захлопнулась дверь редакции, я подумала, что мыслей о Данииле становится всё меньше и меньше. Странно, что я не помню цепочку событий, связанных с ним, но я помню ощущение счастья, которое испытывала, когда он был рядом. Конечно, Глеб классный и всё такое, но разве он может конкурировать с Даниилом? Мои чувства к мирянину сродни болезни, как будто я инфицирована им. Странное сравнение, но так и есть. Думаю о нём всегда с замиранием сердца. Чувство болезненное и тягостное. Перед сном я, как будто разговариваю с ним, а он оспаривает мои доводы, или удовлетворительно кивает... да, вот такая я ненормальная - я разговариваю с Даниилом в моих мыслях, когда дневные заботы отступают, и я остаюсь одна.
На следующий день с утра позвонил Глеб.
– Ты обещала дать ответ в пятницу. Помнишь, ты согласилась пойти в гости к моим друзьям?
Даже не знаю, что сказать, хотела прочитать рассказ Вениамина Анатольевича, но не хочу обижать Глеба.
– Ладно, - согласилась я.
– Когда едем?
– Я заеду за тобой в пять.
Чёрт, я не думала, что ехать придётся сразу после работы. Разговор шёл
о выходных.
– К чему такая спешка?
– удивилась я.
– Впереди выходные.
– Мои друзья ждут нас сегодня, - объяснил Глеб.
– Я могу переодеться?
– спросила я.
Как можно ехать в гости к незнакомым людям сразу после работы.
– Мы заедем к тебе домой, и ты переоденешься.
Друзья Глеба живут в большом доме необыкновенной, можно сказать даже невообразимой архитектуры в десяти километрах от города. Дом из стекла и дерева. Крыша нетрадиционная, как в китайских храмах края загнуты вверх. Колонны символизируют устойчивость дома, а зелень, а для точности плющ, предупреждает, об осторожности. Глядя на дом, кажется, что войдёшь внутрь, а там иной мир, иное пространство. Не представляю, кто мог построить такую красоту. Это же надо было придумать такое чудо.
– Красиво здесь. Необыкновенно, - заметила я.
– Скоро я тоже переберусь в посёлок, - похвастался Глеб, помогая мне выбраться из
автомобиля.
– Купишь такой же дом?
– Ничего себе, это же так дорого.
– Уже купил, - с довольной улыбкой сообщил писатель.
– Не такой, конечно, он такой в посёлке один.
– Всё равно круто, - успокоила я писателя.
Зачем я здесь, понятия не имею. Необдуманный поступок, я бы сказала. Я ведь недостаточно хорошо знаю Глеба, а друзей его вообще в глаза не видела. Эти колонны и этот плющ... если честно, настораживают.
Гостиная в доме показалась мне неуютной, холодной и безжизненной. Камин, картины на стенах, напольные старинные часы, два угловых диван, столик из тёмного стекла, тяжёлые портьеры на окнах вот, пожалуй, и весь интерьер. Не обжито, как-то.
А вот и хозяева, спешат к нам навстречу - мужчина лет сорока и девушка лет около тридцати. Хозяин невысокого роста, полноват, лысоват - ничего особенного, а вот хозяйка высокая брюнетка с бледным лицом и роскошным бюстом. Она на целую голову выше своего спутника и одета вычурно - на ней шикарное вечернее платье. Я смутилась, потому что мои джинсы и тёмный свитер, как-то не сочетался с роскошью хозяйки. Зато я оказалась на одной волне с хозяином дома - футболка и хлопковые штаны располагают к отдыху за городом.
– Вероника, - представил меня Глеб своим друзьям.
– Стас и Кристина, - обращаясь ко мне представил он хозяев дома.
– Проходите и будьте, как дома, - пригласил нас в дом хозяин-Стас.
– Очень рада знакомству, - улыбнулась мне Кристина.
Милые люди.
– Неужели мы первые?
– удивился Глеб.
– Все уже собрались, - сообщил Стас.
– Мы расположились на террасе, а ближе к полуночи переберёмся в дом.
Хозяева пригласили нас на террасу. Низкий овальный стол, а вокруг него в форме подковы диван с подушечками. Уютно. Гости уже сидят за столом. Остались свободными два места с краю, значит, нас ждали.
– Знакомьтесь, наша гостья Вероника, - представил меня хозяин остальным гостям.
– Милости просим, - произнёс суровый на вид мужчина лет тридцати пяти. Он держится особняком - это сразу бросилось в глаза. Остальные гости, взглянув на меня без особого интереса, продолжили беседу.
– Давай поедим чего-нибудь, - потирая руки, предложил Глеб.
Не дожидаясь моего согласия, он положил мне на тарелку стейк из говядины.
– Не сопротивляйся, - заметив мой недоумённый взгляд, сказал Глеб.
– Это настоящая еда. Кажется, оленятина.