Чтение онлайн

Старая, почти забытая, солдатская песня

* * *

Первый этаж таверны, куда я спустился сразу, как только поговорил с Большим, представлял собой что-то среднее между осаждённой крепостью, готовящейся к отражению штурма, и придорожной забегаловкой, где неожиданно состоялся слёт членов общества трезвости.

Высокие баррикады, наваленные из всего, что подвернулось под руку, соседствовали с аккуратно выстроенными в рядок столами, на которых стояли миски с едой, но не было ни грамма выпивки. Запах жареного мяса смешивался с едва уловимым ароматом сгоравшего в лампах масла. Бойцы — уставшие и увешанные с ног до головы оружием, — были готовы встретить врага, если тот вдруг решится напасть. Однако в подобный исход, кажется, уже никто особо не верил.

— Отбой, — громко, так, чтобы услышал каждый, сказал я. — Всем спасибо, все свободны.

Мои слова были встречены тихим невнятным гулом. Долгое и весьма нервное ожидание боя вытянуло из людей не только силы, но и эмоции. Лишь Фольки, радостно потерев грязные ладони, тут же уселся за ближайший стол и схватил первую попавшуюся миску с уже давно остывшей похлёбкой. Никакая усталость не могла испортить аппетит бывалому северянину.

Человеческая масса пришла в движение. Бойцы стали расходиться кто куда — часть отправилась на улицу, часть поднялась на второй этаж, а ещё часть последовала примеру Фольки и принялась то ли за очень поздний ужин, то ли за экстремально ранний завтрак.

Висельник без особой теплоты посмотрел на эту картину, а затем, заручившись поддержкой нескольких «добровольцев», с ворчанием принялся разбирать баррикады. Он хотел превратить творившийся вокруг хаос хоть в какое-то подобие порядка.

Я быстро окинул зал взглядом — тот, кто был мне нужен, сидел в самом тёмном углу и тщательно протоколировал всё происходящее вокруг, склонившись над амбарной тетрадью. Фруас Суар — вот кто мог рассказать, как уничтожить гвардейцев барона Риордана. Проблема заключалась лишь в одном — старый учёный крепко не дружил с головой и воспринимал реальность под весьма специфическим углом. А значит, выудить из него информацию будет крайне непросто.

— Марк, — я ухватился за рукав разведчика, который как раз в этот момент «продефилировал» мимо меня в сопровождении заступавших на пост караульных, — что ты знаешь о гвардейцах барона Риордана?

Вероятность того, что отставной декан встречался с ними в бою, была, конечно, не очень высока, однако расспросить его определённо стоило. Вряд ли он знал больше, чем безумный историк, но, прежде чем приступать к «главному блюду», лучше как следует подготовиться, «заморив червячка» лёгкой «закуской».

— Знаю, что от них нужно держаться как можно дальше, — тут же ответил Марк.

Разведчик выглядел очень измотанным — и морально, и физически, — однако он не потерял присутствие духа. Это читалось во взгляде — прямом и решительном. А судя по нахмуренным бровям, у Марка накопилось ко мне изрядное количество вопросов. Правда, тратить драгоценное время на обсуждение второстепенных тем он не собирался.

— Какое тебе дело до золотой гвардии? — разведчик сразу перешёл к сути.

Я ничего не сказал — лишь спокойно посмотрел на него, едва заметно пожав плечами. Несмотря на скупость жеста, Марк сразу понял, куда дует ветер.

— Я попрошу Барталомею, чтобы она сварила для тебя какое-нибудь целебное снадобье, — хмуро сообщил он. — Потому как ты совершенно точно обезумел, Феликс, ведь только безумец станет искать встречи с золотой гвардией, имея за плечами две неполные сотни неплохих, но далеко не лучших бойцов.

— Две сотни мне ни к чему, — спокойно возразил я. — Хватит и пары-тройки помощников.

Я собирался взять на дело Фольки, Лэйлу, Большого, Дру-уга и людей человека без лица, которых тот весьма опрометчиво решил отправить со мной. Если всё пойдёт так, как задумано, даже этих скромных сил вполне хватит, чтобы смертельно огорчить всех участников предстоящего «рандеву». Если же нет… Если нет, то и две сотни солдат положение не спасут.

— Я догадывался, что в этих землях нет недостатка в дураках, но не думал, что здесь найдутся первостатейные кретины, готовые выступить против гвардейцев, — с мрачным сарказмом произнёс Марк. — Причём выступить крохотной горсткой…

— Они пока не знают о своём счастье, — усмехнулся я.

— А когда узнают, то вряд ли обрадуются… — по губам Марка тоже скользнула улыбка, однако уже в следующую секунду она пропала без следа. — Кто пойдёт с тобой?

Разведчик стал предельно серьёзен.

— Не ты, — я понял, к чему он клонит — несмотря на сказанное, Марк и сам был не прочь поучаствовать в схватке с гвардейцами. — Ты нужен здесь.

Я обвёл выразительным взглядом сидевших за столами бойцов. Нельзя оставлять людей без командира, иначе даже самое боеспособное подразделение быстро превратится в вооружённый сброд. И, кроме Марка, поручить столь ответственное дело было попросту некому. Он уже показал, что способен справиться с такой задачей не хуже меня самого, а коней, как известно, на переправе не меняют.

Даже если эти «кони» не очень-то довольны проложенным «маршрутом».

— Лучше сдохнуть в бою, чем командовать этими ишаками, — как и ожидалось, разведчик воспринял известие о своём «повышении» без большого энтузиазма. — Смерть от рук гвардейцев хоть и мучительна, но зато быстра…

Я усмехнулся про себя. Досада Марка была мне хорошо понятна. Руководить даже небольшим коллективом — удовольствие весьма сомнительное. А когда речь идёт о десятках или сотнях людей — это занятие и вовсе превращалось в настоящий «геморрой» размером с кулак.

— Лучше ужасный конец, чем ужас без конца? — с пониманием спросил я, а затем, не дожидаясь ответа, добавил: — Быть может, в следующий раз тебе повезёт чуть больше, но пока ты остаёшься за главного.

— Наш милостивый сеньор граф Вил Кьер оказал эту честь тебе, — поморщившись, возразил Марк.

— Ты достоин её не меньше, — я вытащил из кошелька графскую билью и вложил её в ладонь разведчика. — Не потеряй.

— Думаю, наш славный сеньор был бы огорчён тем, как легко ты разбрасываешься его подарками…

— Не переживай, — усмехнулся я. — Мы ему ничего не расскажем. К тому же это не навсегда, так что сильно не привыкай.

Как ловко подметил один выдающийся советский поэт: «Без бумажки ты — букашка, а с бумажкой — человек», и это «правило» оказалось очень универсальным. Оно одинаково хорошо работало что на Земле, что в совершенно другом мире. Недаром в прошлое моё отсутствие Марк испытывал серьёзные затруднения из-за невозможности подтвердить свои полномочия. Теперь таких проблем возникнуть не должно.