Чтение онлайн

Новые вагоны потребляют гораздо больше электроэнергии. Да и количество вагонов непрерывно растет. Вот почему ежегодно строятся тяговые подстанции. Их мощность приближается к мощности четырех Волховских гидроэлектростанций.

Одновременно с качественным ростом транспортных средств совершенствуются методы обслуживания пассажиров. Наиболее убедительный пример тому — бескондукторная работа транспорта.

Уже выросло поколение, которое только по книгам знает, что был такой человек — кондуктор, в обязанности которого входило собирать плату за проезд и объявлять остановки. Ярко и впечатляюще рассказал о работе кондуктора Константин Паустовский в своей повести «Беспокойная юность». В молодости он некоторое время работал кондуктором московского трамвая.

Труд кондуктора был тяжелым, нервным и малопроизводительным. Попытки найти выход из положения предпринимались многократно, но ни в других городах, ни в Ленинграде они не давали желаемого эффекта.

Еще в апреле 1930 года, как информировала «Ленинградская правда», были введены льготные трамвайные талоны, которые «не будут обмениваться при проезде на билеты, а пробиваться специальными компостерами». Новшество не привилось.

В конце 50-х годов в некоторых городах пробовали пустить трамваи без кондуктора — опыт, к сожалению, тогда не удался.

Решили провести эксперимент в Ленинграде. И не в отдельных вагонах, как в других городах, а сразу на целом маршруте. Выбор пал на «восьмерку». Пассажиров здесь было немного, поэтому и ходили от Приморского парка Победы до Лифляндской улицы одиночные двухосные вагоны.

К первым рейсам готовились очень тщательно. В вагонах провели радиотрансляцию, установили внутренние зеркала, сделали информационные надписи. Опытный слесарь Юрий Матвеевич Плясунов изготовил кассы — их установили в салонах вагонов. Несколько раз инструктировали водителей.

И 1 декабря 1958 года на линию вышли два первых вагона без кондукторов. На сей раз от пассажиров не было отбоя: каждому хотелось проехать в таком вагоне, послушать, как водитель объявляет остановки, опустить в кассу монету, самому оторвать билет… На следующий день уже четыре вагона работали по-новому, затем шесть, а с 5 декабря на бескондукторное обслуживание был переведен весь маршрут. Водители Владимир Петрович Кормушин, Александр Сергеевич Размеров и их товарищи, первыми начавшие бескондукторное обслуживание, быстро освоили новый метод и стали передавать приобретенный опыт другим. Опытная эксплуатация длилась год.

Вторым бескондукторным маршрутом стал 37-й. Здесь было сложнее: трамвайные поезда состояли из двух вагонов. Поэтому вначале в прицепном вагоне еще находился кондуктор.

Постепенно, шаг за шагом внедрялось это новшество. И через шесть лет после начала опытной эксплуатации парк имени Скороходова стал первым не только в городе и в стране, но и во всем мире парком без кондукторов. Из многих городов и стран приезжали сюда изучать опыт.

На положении транспортников переход к бескондукторному обслуживанию если и отразился, то самым благоприятным образом. Большинство из них приобрело новую специальность — водителя, диспетчера: бывшим кондукторам предоставили более интересную, более сложную и, следовательно, выше оплачиваемую работу… На ленинградском трамвае тогда поменяли свою должность 4153 кондуктора. Труд людей стал более эффективным, а кроме того, государство получило экономию, превышающую 200 тысяч рублей в год.

Вслед за трамвайщиками по-новому стали работать троллейбусники, автобусники. Ленинградский опыт переняли транспортники других городов.

26 февраля 1970 года из трамвайного парка имени Блохина в последний рейс отправилась Лидия Ивановна Ратникова — последний кондуктор ленинградского трамвая. 62 года работали в городе на Неве трамваи с кондукторами, теперь эта профессия перестала существовать.

Новая техника вызвала к жизни новые специальности. Еще несколько десятилетий назад мощность механизмов, приходящихся на один километр пути, измерялась 0,2 киловатта. Сейчас она возросла в двести раз: 40 киловатт. К услугам трамвайщиков — передвижные лаборатории и мастерские, путеизмерительные, рельсосварочные и рельсошлифовальные вагоны, повысившие производительность труда в десятки раз, различный современный инструмент.

Это не только создало объективные условия для налаживания профилактического надзора за состоянием рельсовой колеи, для перехода от «латания» к системе ремонта, для роста производительности труда и облегчения его, но и отразилось на характере, содержании профессий. Теперь нет надобности ежедневно метр за метром обходить пути, проверяя их специальными шаблонами, — оператор на специальном вагоне за день обследует десятки километров рельсов, и приборы выдадут точную информацию.

Существовала когда-то должность, которая называлась несколько неуклюже: «болтило». Эти люди работали только по ночам, когда разводились мосты, и их обязанность состояла в том, чтобы разъединять и соединять болты, которыми крепились рельсы на разводных пролетах. Уже много лет, как не существует этой должности — соединение и закрепление рельсов происходит автоматически.

Новым содержанием наполнилась профессия сварщика. На смену опасной, вредной и тяжелой термитной сварке пришла электроконтактная, управляемая на расстоянии.

Коренным образом изменился характер работы дежурного монтера. Собственно, монтера в том смысле, который вкладывали в это слово, давно уже не существует. Есть техник-оператор с другими функциями и иной ответственностью.

Энергохозяйство теперь не может обойтись без кадров, знакомых с автоматикой и телемеханикой. Ведь управление тяговыми подстанциями осуществляется издалека, из районных диспетчерских пунктов. Каждый пункт может подать на любую «дочернюю» подстанцию а их у него от восьми до пятнадцати, 39 различных команд и получить оттуда информацию о 48 параметрax.

Только прежде чем заняться автоматикой, нужно было оснастить подстанции соответствующим оборудованием. Не так уж в общем-то и давно, всего несколько десятилетий назад, вращающиеся преобразователи были заменены ртутными выпрямителями. Но и их век кончился. В 1969 году с подстанции «Володарская» увезли последний «ртутник». На смену им пришли полупроводники. Так создавались предпосылки для телемеханики. Большие социальные перемены произошли в жизни трамвайщиков. На предприятиях действуют профилактории, в которых сотни людей ежегодно отдыхают и поправляют свое здоровье. Все водители перед заступлением на смену проходят предрейсовый медицинский контроль. Медико-санитарная часть транспортников — это современное медицинское учреждение, обладающее квалифицированными специалистами и оснащенное новейшим диагностическим и лечебным оборудованием.

В детских садах Трамвайно-троллейбусного управления воспитывается тысяча малышей. На их содержание ежегодно расходуется полмиллиона рублей. Широко известен детский сад трамвайного парка имени Володарского. В дом на улице Бабушкина, который он занимает, приезжают многочисленные советские и зарубежные делегации. О нем сняты кинофильмы и написаны статьи: на различных международных конкурсах детского рисунка воспитанники этого сада получили почти пятьсот медалей! А ведь это обычные дети. Воспитатели не ставят перед собой цель подготовить из них профессиональных художников. Просто здесь растят духовно богатых, разносторонне развитых ребят, учат их понимать и любить прекрасное.

Трамвайщики имеют свою библиотеку — одну из крупнейших в городе, ее книжный фонд превышает 160 тысяч томов.

Социальные сдвиги — в самом широком диапазоне их, — естественно, сказались на отношении людей к делу, на их настроении.

Чем выше становилась степень технической оснащенности транспорта, чем лучше делались условия жизни и труда — тем большую энергию проявляли люди. Социалистическое соревнование транспортников поднималось на более высокую ступень. Оно раскрывало творческий потенциал участников движения за коммунистическое отношение к труду, предоставляя каждому возможность выявить свои способности, проявить инициативу.