Чтение онлайн

–  Да, начальник, - криво улыбаясь, ответил тот, - вам все-таки удалось замести меня.
– Он перевел взгляд на Холмса, и лицо его исказилось ненавистью.
– Жаль, что нам не удалось прихлопнуть тебя в Швейцарии!
– Он рванулся, но полисмены крепко держали его.

–  Вы достойный соратник профессора Мориарти, - улыбнулся Холмс - Ему очень не хватает вас на том свете.

Арест преступников произошел так быстро, что я ничего не успел сообразить. И теперь я во все глаза смотрел на арестованных, пытаясь хоть что-то понять.

–  Холмс, - задумчиво сказал я, наконец, - вы знаете, мне кажется, что я видел этих троих раньше.

–  У вас прекрасная зрительная память, мой дорогой Уотсон, - с уважением сказал Холмс. Он с минуту подумал и прибавил: - Вот этот - Фрэнк Моррел, преступник мирового масштаба, разыскиваемый полицией одиннадцати стран, похититель пирамиды Хеопса. Вы могли видеть его на похоронах лорда Блэквуда в обличье священника. Этот, - Холмс указал на человека в кожаной куртке, Айзек Мунлайтнесс, подданный Северо-Американских Соединенных Штатов, скупщик краденных ценностей, а также, - Холмс резко повернулся к американцу, военных секретов, не правда ли, мистер Мунлайтнесс? За последние годы немало британских военных секретов уплыло в Новый Свет. Нам никак не удавалось поймать его за руку, к тому же, мешало его иностранное подданство. Но теперь мы упрячем его в тюрьму за попытку покупки украденной пирамиды, а там, я надеюсь, раскрутим и весь клубочек. Им, без сомнения, заинтересуется военное ведомство. А видеть мистера Мунлайтнесса, Уотсон, вы могли в отеле "Нортумберленд" среди постояльцев во время нашего столь удачного похода.

Американец раскрыл рот:

–  Так, значит, вы и есть тот ненормальный?..

–  И, наконец, последний, - громко сказал Холмс. Он подошел к высокому человеку в цилиндре, со злобой и страхом следившему за действиями Холмса, и резким движением сорвал с его лица бороду, оказавшуюся фальшивой.

–  Позвольте вам представить, джентльмены, - торжественно провозгласил Холмс, - мистера Грегори Блэквуда, убийцу своего родного отца лорда Хьюго Блэквуда, посредника продажи пирамиды Хеопса, похитителя пятидесяти шести фунтов стерлингов и - наконец!
– лжепривидения замка Блэквудов!

Глава 16

–  Как вы заметили, Уотсон, дело не представляло особого труда, - начал Холмс, когда мы ехали в кэбе домой из Скотланд-Ярда.
– Это было самое банальное дело, которое еще раз продемонстрировало нам простую истину: преступный мир не что иное, как цепь, звенья которой неразрывно связаны друг с другом. Таким образом, потянув за одно звено, мы неизбежно явим свету второе, третье и так далее. Дело Блэквуда о похищении пятидесяти шести фунтов стерлингов вылилось в дело об убийстве старого лорда, а затем в дело о похищении пирамиды Хеопса и о международных аферах американских бизнесменов. Для меня все было ясно с самого начала, но, как бы это подоходчивей объяснить вам...

Холмс с сомнением посмотрел на меня, вздохнул и начал набивать свою трубку. Когда табак начал вылезать через мундштук, Холмс опомнился.

–  Ах, да, - он несколько раз кивнул.
– Начнем хотя бы с того, что привидений не бывает. Я никогда не мог понять вашего страха перед призраками. На вас мне было просто стыдно смотреть. Помните ту ночь в замке Блэквудов, когда мимо нас шагало нечто белое? Это нечто отбрасывало тень, припоминаете? А скажите-ка мне, милейший Уотсон, какой мало-мальски уважающий себя призрак позволит себе отбрасывать тень? А? Я ведь еще тогда пытался обратить ваше внимание на это, когда вы так невежливо заткнули мне рот. Мне сразу стало ясно, что это человек. В том, что это Грегори, я не сомневался. Лишний раз подтвердили эту мысль следы на навозной куче, той самой куче, в которую едва не попала химера, так ловко сброшенная нами.

–  Холмс, а разве это были не ваши следы?
– осторожно спросил я.

–  О, какая прозорливость! И как всегда к месту!
– раздраженно проговорил Холмс.
– Разумеется, там были и мои следы, но это еще ни о чем не говорит. Там были следы сапог, но не простых. Подошва левого была подбита крестом!!! Помните, Грегори говорил, что он применяет это как средство против привидений?

"Не только Грегори", - подумал я и отвел глаза. Я понял, чьи следы были на куче.

–  Ясно, что по этой куче лазил Грегори. Но поскольку химера развалила кучу ночью, следовательно, Грегори лазил по ней уже после нашего прихода.

–  А зачем ему это понадобилось? Ведь куча так далеко от дорожки.

–  Зачем, зачем!!!
– взорвался Холмс.
– Разве это что-нибудь меняет? Возникает другой, более существенный вопрос: что он делал в замке? И я отвечу вам. Он ломал стену. Вы хотите спросить меня, зачем он это делал? Я отвечу вам и на этот вопрос: он искал деньги.

–  С таким же успехом он мог бы искать их в навозной куче, - сострил я, но до Холмса не дошло.

–  Очень интересная мысль, - пробормотал он.
– Ну, да об этом потом. А сейчас, Уотсон, вас, наверное, очень интересует, зачем он искал деньги?

–  Нет, - сказал я с сарказмом, - ни капельки!

Холмс позеленел.

–  Вы с ума сошли, Уотсон!
– заорал он и с бешенством взглянул на меня.

–  Ну ладно, валяйте, - я махнул рукой и, совершенно случайно, попал Холмсу по уху, - извините.

–  Деньги - понимаете, деньги!
– нужны были ему для того, чтобы отдать карточный долг!
– орал Холмс, размахивая руками.
– Понимаете? Долг! Д-о-л-г!!!

–  Как вы сказали?
– спросил я очень вежливо.

Холмс зарыдал.

–  Уотсон, помолчите хотя бы пять минут!

–  Ну что же, - я демонстративно посмотрел на, часы, - начинайте.

–  Понимаете, Грегори играл в бридж и сразу показался мне подозрительным. А как гласит теория вероятности, есть, есть такая теория, Уотсон, и нечего тут улыбаться, так вот, она гласит, что постоянный выигрыш есть явление маловероятное и практически не наблюдаемое, если, конечно, игра ведется честно. Правда, ходили слухи, будто в банке у Грегори хранится большая сумма. Слухи не подтвердились. Я обошел все лондонские банки и ни в одном не обнаружил вклада на имя Грегори Блэквуда...

–  Послушайте - перебил его я, - но все банки свято сохраняют тайну вкладов.

–  ...а следовательно, - продолжал Холмс, как ни в чем не бывало, оплата проигрыша была ему не по карману. С этого-то все и началось. Грегори знал, что по завещанию отца, ему полагается половина состояния...

–  Не выдумывайте, Холмс!
– воскликнул я.
– В завещании старого лорда этого не было. Лорд завещал Грегори лишь книгу "Торжество добродетели".

–  Этого не было в последнем варианте завещания, - торжественно произнес Холмс.
– В первом же варианте состояние делилось поровну между братьями лорд Блэквуд никогда не скрывал этого - поэтому-то и был так поражен наш друг Дэниел, когда нотариус объявил его единственным наследником. Не меньше, и даже, пожалуй, в большей степени был поражен Грегори - правда, по его лицу этого нельзя было заметить, но, тем не менее, он был просто ошарашен - и недаром, поскольку, зная лишь о первом завещании, он решил отравить отца, чтобы получить наследство и разделаться с долгами...

–  Кстати, Холмс, пять минут уже истекли, - лениво проговорил я.

–  Чтобы отравить человека, нужен яд, - хладнокровно продолжал Холмс, но даже на это у Грегори не было денег. И он пошел на крайнее средство. Да, Уотсон, это он украл деньги у Дэниела, он ограбил своего родного брата, он и никто другой, хотя помнится, вы пытались подозревать слуг, леди Джейн и даже самого Дэниела. Да-да, не отпирайтесь, Уотсон, память у меня феноменальная. Такая идиотская мысль могла прийти только в голову моего друга...