Евангелие от атеиста
Шрифт:
Подобный вопрос: «Откуда вам известно, что Вселенная существовала не всегда?» Даже если ссылаются на теорию Большого взрыва, откуда нам известно, что реальность – это не бесконечная временн'aя петля, где Большие взрывы происходят снова и снова, или, как предполагает американский физик-теоретик Брайан Грин, мы не являемся частью большой мультивселенной с бесконечным количеством Больших взрывов, которые происходят постоянно и одновременно?
Почему ничто более естественное состояние, чем нечто? На каком основании можно утверждать, что ничто – это изначальные условия для создания чего-то?П2 Возможно ли, что нечто существующее – это изначальное положение дел, а ничто – экстраординарная ситуация? И даже если мы принудительно примем за данность (с учетом ограниченности наших знаний), что нечто в отличие от ничто – вещь экстраординарная, дает ли это нам право придумывать вопросы, например, почему это так? Возникает вопрос, что лучше: притвориться, что мы знаем ответ на что-то, чего мы на самом деле не знаем, или быть честными и сказать: «Я не знаю»?
Возможность того, что Вселенная существовала всегда, нельзя исключить.П3 Это само по себе ставит под сомнение необходимость творца. Не нужна никакая вера, чтобы утверждать, что Вселенная могла существовать всегда.
2. «Вы не можете доказать, что Бога нет»
Я думаю, что Святой Павел – это прекрасный символ веры. Павлу не нужно ничего доказывать, он просто рассказывает, что пережил. Он как бы говорит: «Это мой опыт, и я не должен доказывать его кому-либо, и вы не можете его опровергнуть!» Я думаю, если бы церковь придерживалась единственно этой позиции, наши дела сейчас шли бы лучше. Попытки найти доказательства, попытки объяснить, что случилось с телом Христа, – все это не важно для жизни верующего человека. В некотором смысле вера в воскресение – это окончательное переживание веры (я хотела написать «это окончательное испытание веры», но не только).
Я верю, что Христос был распят, умер и воскрес. Для меня это окончательное выражение веры. Я не могу ничего доказать, но без этого все бессмысленно. Павел говорит об этом лучше, чем кто-либо еще: «А если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша» (1 Кор, 15:14). Это великолепный отрывок, который подводит черту подо всем. Я не могу доказать вам, что Христос воскрес, но без этого воскресения, без моего переживания воскресения ни у чего нет смысла. Так мы можем отказаться от всего. Когда я слышала эту часть в детстве, то всегда повторяла, что этот аргумент больше всех других, которые я когда-либо знала, вводит в заблуждение! Потому что Павел продолжает: «Но Христос воскрес из мертвых». Так что он не доказал ничего, кроме своей веры, и мне это кажется впечатляющим.
Я стараюсь быть терпеливым, когда слышу подобное. Но меня постоянно удивляет, что такой линии защиты придерживаются люди высокоинтеллектуальные и хорошо образованные. Основная мысль заключается в следующем. Поскольку невозможно доказать, что Бога не существует, он должен существовать. Из всех линий защиты веры тяжелее всего понять, когда кто-то всерьез предлагает такую линию как разумную защиту веры или существования Бога.
Чтобы опровергнуть ее, я завожу речь о маленьких синих существах, живущих внутри Венеры.П4 Разумеется, никто не может доказать, что внутри Венеры не живут маленькие синие человечки. Тогда я задаю прямой вопрос: «Вы верите, что внутри планеты Венера живут маленькие синие человечки?» В принципе, на него можно дать три ответа: да, нет и я не знаю.
Если собеседник говорит «да», я меняю цвет на желтый. И так далее, до тех пор, пока он не признает, что не все человечки, которых я описал, физически могут жить внутри планеты. Затем я повторяю вопрос и спрашиваю, верит ли он, что внутри Венеры живут маленькие синие человечки.
Если собеседник говорит «нет», я отвечаю: «Почему нет? Вы не можете доказать, что это неправда». Большинство людей схватывают суть и тогда говорят, что Бог – это нечто совсем иное. Таким образом, эта аргументация работает против всего, кроме Бога. (Здесь я вспоминаю о защитниках доказательства бытия Бога у Ансельма. Каждый раз, когда кто-то приводит возражение, они утверждают, что доказательство применимо только к Богу.) Если респондент говорит, что в Боге есть нечто особенное, из-за чего к нему этот аргумент неприменим, я настоятельно прошу сказать конкретно, что в нем такого особенного. Я все еще жду внятного ответа на этот вопрос.
Если собеседник на вопрос, верит ли он в синих человечков с Венеры, отвечает «я не знаю», я спрашиваю его, почему бы ему не занять ту же позицию по отношению к Богу и сказать «я не знаю».
Наконец, я спрашиваю: «Какое доказательство я мог бы предоставить вам, которое убедило бы вас в том, что Бога нет? Пожалуйста, приведите мне конкретный пример, что бы это могло быть за доказательство?» Поскольку невозможно иметь обоснованную веру в Бога за неимением надежных доказательств, лишь немногие люди способны убедительно ответить на этот вопрос.П5 Я использую дискуссию как трамплин для предположения, что они не верят в Бога благодаря доказательствам. Отсюда – прямой понятный путь к утверждению «Человек не должен верить в то, чему нет достаточных доказательств».
3. «Моей веры недостаточно для того, чтобы быть атеистом»
Докинз сострадает воображаемому собеседнику, который «не может увидеть» доказательства или «отказывается посмотреть на них, потому что они противоречат святой книге», но у него есть собственная святая книга, в правоте которой он убежден, и в ее свете он действует и смотрит вперед в надежде (его выражение) на будущую стадию просвещения, которую он сейчас не чувствует, но в которой он полностью уверен. И одинаковая лексика – «надежда», «убеждение», «несомненно», «придет время» – и стиль мышления объединяют Харриса и Докинза, которые представляют собой идеальный пример определения веры, даваемого в Послании к евреям: «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр, 11:1).
Учитывая доказательства, существующие в этом научном постмодернистском мире, какая система убеждений требует больше веры: атеистическое убеждение, что жизнь и Вселенная возникли случайно, или теистическое убеждение, что мы здесь, потому что Сверхъестественное Существо создало нас и Вселенную? Обе системы убеждений требуют веры, но атеистические убеждения требуют больше веры в свете имеющихся доказательств.
Я лично слышал это возражение бесчисленное количество раз, в основном от тех, кто является фундаменталистами по своей направленности. Я подозреваю, что люди, которые искренне сомневаются в своей вере, но хотят продемонстрировать или высказать сильную словесную поддержку своей вере (необязательно для других, но для себя), делают такие заявления.
Эта линия защиты проблематична по нескольким причинам. Во-первых, сколько «веры» нужно, чтобы кто-то не поверил в норвежского бога Тора? Или большинство людей атеисты в том, что касается Тора? Требует ли неверие в Тора усилий? Должны ли люди собираться вместе и петь песни, чтобы подпитывать свое неверие в Тора? Каждый, кто говорит: «У меня недостаточно веры, чтобы быть атеистом», не понимает, что означает слово «атеист» или просто неискренен.
Во-вторых, эта линия защиты приобрела такую популярность из-за своей точки отсчета. Верующие начинают с Бога как данности; иначе говоря, верующие смотрят на мир вокруг себя и говорят: «Бог». Я сейчас в самолете и, оглядываясь вокруг, я вижу облака, кресла, людей, свой ноутбук, но не наблюдаю невидимого, объединяющего, метафизического и сверхъестественного элемента. Я вижу объекты. Мне непонятно, почему кто-то отталкивается от существования Бога.
Заимствуя термин, впервые использованный пастором и французским теологом Джоном Кальвином, современный американский апологет христианства Алвин Плантинга пытается ответить на вопросы о существовании Бога «по умолчанию» при помощи Sensus Divinitatis [40] , или «восприятия божественного» (Plantinga, 2000). В целом, Платинга считает, что некоторые обладают врожденным чувством божественного: что-то позволяет им чувствовать Бога так же, как мы используем органы чувств.
40
Чувство божественного. Кальвин использовал это выражение, чтобы описать врожденное знание человека о Боге. – Примеч. ред.
Основная проблема с аргументом восприятия божественного в следующем: как одни утверждают, что чувствуют Бога, так и другие могут утверждать, что чувствуют другие воображаемые сущности. Это общее возражение носит название «великая тыква». В комиксе американского художника Чарльза Шульца «Peanuts» («Мелочь пузатая») Лайнус верит, что есть Великая тыква, которая дарит подарки хорошим детям. Если теист может утверждать, что его ощущение Бога непосредственно, почему каждый, кто ощущает воображаемую сущность, не может утверждать, что она реальна? (Этот аргумент может стать весьма запутанным, и, как правило, я советую по возможности избегать его. Вместо этого лучше сосредоточиться на факте, что уверенность в ощущении не влияет на его точность: многие люди всем сердцем чувствуют, что император Японии имеет божественное происхождение, но это не делает его божеством.)
Отвечая на фразу: «Моей веры недостаточно, чтобы быть атеистом», – я начинаю с четкого определения слов «вера» и «атеист». Я не могу себе представить, как можно поставить между этими двумя определениями знак равенства, который придавал бы этой фразе смысл.
4. «Моя вера истинна для меня»
Аргумент «моя вера истинна для меня» редко услышишь от много размышляющих верующих и почти никогда – от фундаменталистов.
Очень сложно объяснить, почему это утверждение ошибочно, так как часто человек, делающий подобное заявление, обладает недостаточным уровнем интеллекта или образования, чтобы понять умозрительные, нетривиальные ответы. (Исключение – молодые солипсисты [41] , постмодернисты и эпистемологические и когнитивные релятивисты.)
41
Последователи солипсизма. Солипсизм (лат. solus – единственный, ipse – сам) – доведенный до крайних выводов субъективный идеализм; признание единственной реальностью только своего «я», индивидуального сознания, отрицание существования внешнего мира. – Примеч. ред.